Огромный меч висел за спиной, пальцы временами касались ремня, а сама Лаура уже несколько раз оглядывала дорогу за воротами с таким выражением, будто бандиты могли стоять за ближайшим поворотом и только ждать, когда она придёт разрубить их напополам.

— Мы опросим охранников, затем проверим конюшни, — сказал я, когда Сара закончила объяснять задачи. — После этого вернёмся сюда и сопоставим сведения.

— За это время преступники уйдут дальше!

— Они уже получили несколько часов.

— Именно поэтому нельзя тратить ещё больше времени!

Сара посмотрела на неё, а потом на меня и лениво махнула рукой.

— Разбирайтесь сами! Только не уходите за пределы города без моего разрешения. Иначе я вас догоню и устрою такую тренировку, что прошлая неделя покажется отдыхом.

— Вы будете здесь? — спросил я.

— Сначала поговорю с начальником караула, потом посмотрю, как справляются остальные. Если городская стража внезапно вспомнит о своих обязанностях, сообщите мне первой, я хочу увидеть это редкое явление.

Она скрылась в будке, а мы с Лаурой подошли к двум охранникам у ворот. Один оказался молодым парнем с веснушками и слишком новым шлемом, второй носил короткую седую бороду и держался увереннее. Старший сразу узнал форму академии Тор и назвал себя сержантом Келлером.

— Ночью через ворота проходила телега без фонарей? — спросил я.

— Проходила одна ближе к трём часам, — ответил Келлер. — Я сам её не видел, стояла другая смена. В журнале есть запись о пустой повозке, которая выехала к южным хозяйствам.

— Пустой? — переспросила Лаура.

— Так записал дежурный. Возница сказал, что возвращается после разгрузки товара.

— Почему его пропустили без проверки?

Молодой охранник переступил с ноги на ногу, а Келлер недовольно сжал губы.

— Во время фестиваля таких телег десятки. Люди привозят вино, еду, украшения, затем возвращаются домой ночью. Стража проверяет въезжающих, выезжающих обычно пропускает быстрее.

— Значит, преступники могли вывезти украденное прямо через городские ворота, — сказала Лаура. — Ваши люди даже не заглянули под брезент.

Келлер не стал спорить.

— Могли, поэтому начальник уже приказал найти дежурную смену и опросить каждого.

— Нам нужны имена охранников и описание телеги, — сказал я. — Ещё всё, что запомнили о вознице, лошадях и грузе.

Сержант позвал писаря. В журнале значились деревянная повозка с тёмным брезентом, две лошади и один возница в сером плаще, а вот номер хозяйства отсутствовал, разрешение никто не проверял, а возможных спутников под брезентом охрана не видела.

— Мы знаем направление. Можно ехать следом, — сказала Лаура.

— Мы знаем только, что телега ушла на юг.

Келлер показал на карту.

— Через полмили дорога делится: западная ветка ведёт к виноградникам, восточная к фермам и старым складам, дальше можно свернуть к природному парку или выйти на тракт.

— Вот поэтому сначала нужны свидетели, — сказал я.

Лаура посмотрела на карту возле будки и промолчала. Мы записали имена дежурных, попросили Келлера задержать их до разговора с Сарой, затем направились к конюшням. Дорога шла вдоль городской стены, где уже начали убирать праздничные ленты. Рабочие снимали украшения и переговаривались о ночном нападении, а слухи разошлись по Кельдику быстрее нас: одни говорили о десятках разбойников, другие обвиняли приезжих торговцев. Лаура слушала всё с нарастающим раздражением.

— Пока мы ходим по городу, преступники удаляются.

— Зато теперь знаем, что телега существовала.

— Этого достаточно, чтобы начать преследование.

— Нет! Мы даже не знаем, была ли это та самая телега.

— Время совпадает, путь совпадает, возница скрывал лицо плащом.

— Во время фестиваля половина людей ходит в плащах, так как ночью холодно.

— Ты намеренно ищешь причины не действовать?

Я остановился возле стены и Лаура тоже замерла, повернулась ко мне и положила ладонь на ремень.

— Я ищу причину не привести весь класс к первому же попавшемуся хозяйству и не обвинить невиновных, — сказал я. — Представь, что мы догоним фермеров, которые действительно возвращались после разгрузки, а настоящие бандиты спокойно уйдут другой дорогой?

— Я не стану нападать без предупреждения!

— Ты уже несколько раз предложила пойти за ними и замочить всех на месте.

— После нападения на сторожа и разорения торговцев они заслужили наказание.

— Заслужили, однако сначала надо найти именно их, ведь дорога расходится на несколько веток, следы после фестиваля перемешаны, а подготовленные люди могли отправить телегу в одну сторону и уйти пешком в другую.

Она посмотрела на южные ворота за нашей спиной, затем на улицу впереди. Некоторое время мы стояли молча, пока рабочие проходили мимо с деревянными стойками.

— Я понимаю твои доводы, — сказала Лаура. — Однако бездействовать тяжело.

— Мы не бездействуем.

— Мы тупо сотрясаем воздух!

— Именно разговоры сейчас приведут нас к нужному месту.

— Меч действует быстрее.

— Только когда враг уже перед тобой.

Лаура опустила ладонь с ремня.

— Хорошо, сначала найдём точное направление и соберём доказательства, после чего я всё равно разрублю тех, кто окажет сопротивление.

— С этим я уже спорить не буду.

Она коротко кивнула, будто мы только что согласовали план боя, после чего пошла дальше. Я догнал её и заметил, что шаги стали спокойнее. Лаура не любила ждать, зато умела принимать решение товарища, когда считала его разумным. Ещё неделю назад она наверняка бы ушла одна, полагаясь на меч и собственную уверенность. Теперь же она осталась рядом.

Конюшни находились возле южной стены, за длинным навесом для телег. Хозяин, грузный мужчина по имени Берт, уже знал о нападении и сразу заявил, что никакой повозки ночью не выдавал. Мы попросили показать журнал аренды. Все телеги вернулись до полуночи, кроме одной, которую брали трое торговцев с восточной фермы. Она появилась утром, а возница жаловался на сломанное колесо.

— Тёмный брезент был? — спросил я.

— Ну дык у половины телег тёмный брезент, так как светлая ткань быстро пачкается.

Лаура указала на глубокие борозды возле ворот, однако Берт объяснил, что утром сюда привезли двенадцать мешков муки, а колёса у местных телег делают по одному размеру, поэтому одна колея ничего не доказывает.

Один конюх вспомнил человека в сером плаще, который вечером искал место для телеги возле южных складов. Незнакомец не назвал имени, говорил коротко и носил сапоги с металлическими накладками, поэтому конюх отправил его к пустующему сараю за воротами, дальше по восточной дороге.

Мы поблагодарили его и вернулись к воротам, где уже собралась часть класса. Алиса стояла возле Сары с несколькими зарисовками повреждённых палаток. На листах были отмечены сколы, вмятины и разбитые замки.

— Все стойки сломаны одинаково, — сказала она, когда мы подошли. — Удары нанесены одним тяжёлым молотом с прямоугольной головкой. Следы на трёх замках тоже совпадают: их вскрывали коротким ломом. Работали минимум двое: один ломал крепления, второй сразу вытаскивал ящики.

— Почему минимум двое? — спросил я.

— Следы возле шкатулок появились до того, как столы перевернули. Один человек не успел бы так быстро пройти между палатками, пока сторож поднимал тревогу.

Сара взяла рисунок, а Алиса пояснила, что прямые края вмятин оставил тяжёлый молот, которым обычно забивают крепления или ремонтируют телеги.

— Значит, инструмент могли взять на складе? — спросил я.

— Либо принесли с собой, — ответила Алиса. — Металл хороший, края ровные, поэтому молот не дешёвый.

Фи и Гайус вернулись через несколько минут. На сапогах у них налипла светлая пыль, а Фи держала в куске ткани маленький металлический крючок.

— Нашли следы телеги за воротами, — сообщила она. — Сначала она шла по главной дороге, потом свернула на восток. В нескольких местах рядом были следы шести человек.