К назначенному времени я пришёл заранее. Лаура появилась через несколько минут в светлой блузке, короткой синей куртке и тёмной юбке. Даже без оружия держалась настолько уверенно, что прохожие невольно освобождали ей дорогу.

— Ты давно ждёшь? — спросила она.

— Только пришёл.

— Хорошо, я уже составила маршрут!

Лаура достала сложенный лист. На нём были отмечены три оружейные лавки, мастерская кожевника, торговец маслами и небольшая кузница возле западной площади.

— Мы успеем обойти всё до вечера, если не будем задерживаться без причины.

— Выглядит как настоящий военный план.

— Без плана люди тратят время на бессмысленные перемещения.

— Во время прогулки это иногда называют отдыхом.

— Мы не гуляем! Мы выбираем принадлежности для оружия.

— Разумеется…

Она посмотрела на меня внимательнее, словно пыталась понять, почему я улыбаюсь, однако ничего не спросила. Мы вышли с территории академии и спустились к центральной улице Тристы, где после занятий уже собирались студенты. Кто-то сидел возле кафе, кто-то рассматривал товары, а несколько учеников младших курсов спешили к станции.

Первая оружейная лавка находилась недалеко от академии. Хозяин узнал форму нашего класса на мне и сразу предложил показать лучшие товары, после чего Лаура полностью погрузилась в изучение точильных камней. Она проверяла зернистость подушечками пальцев, спрашивала о месте добычи минерала и требовала объяснить, каким способом камни выравнивали перед продажей.

Я сначала честно пытался участвовать, затем заметил полку с ремнями для ножен и занялся собственными делами. Через несколько минут Лаура подошла ко мне с двумя одинаковыми на вид камнями.

— Какой из них лучше?

— Левый.

— Почему?

— Он выглядит надёжнее.

— Они изготовлены из одного материала.

— Тогда правый.

— Ты даже не посмотрел.

— Посмотрел. У правого богатый внутренний мир.

Лаура нахмурилась, потом вдруг улыбнулась.

— Не хочешь помогать, так сразу скажи.

— Я хочу, только в камнях разбираюсь хуже тебя.

— Поэтому тебе и нужен хороший набор. Ты ухаживаешь за мечом бессистемно.

— Я протираю его после каждого боя.

— Куском старой ткани.

— Эта ткань многое пережила вместе со мной.

— Её давно следовало выбросить.

Мы начали спорить возле полки с наборами. Лаура утверждала, что дешёвое масло оставляет налёт, я считал, что дорогой флакон отличается от обычного только красивой крышкой. Она взяла один из наборов, открыла футляр и показала на несколько инструментов, назначение которых я даже не смог определить.

— Здесь есть всё необходимое: масло, мягкая ткань, мелкий камень для устранения небольших повреждений, щётка для гарды и паста для защиты металла.

— Половиной этого я никогда не воспользуюсь.

— Воспользуешься, если научишься правильно следить за своим мечом.

— Тогда тебе придётся каждый раз стоять рядом и проверять.

— Придётся.

Она произнесла это без раздумий. Хозяин лавки, который до этого делал вид, будто занят записями, поднял голову и улыбнулся. Я сразу поставил набор обратно.

— Сначала посмотрим остальные места.

— Ты избегаешь разумного решения.

— Я сравниваю цены.

— Ты десять минут выбирал ремень по цвету.

— Внешний вид тоже имеет значение.

Мы вышли из лавки и направились к западной площади. По дороге Лаура продолжала объяснять, что меч заслуживает уважительного обращения, поскольку от его состояния зависит жизнь владельца. Я возразил, что хороший клинок выдержит несколько дней без дорогой пасты. Она остановилась, схватила меня за плечи и заставила отступить к стене ближайшего дома.

— Послушай внимательно! Маленькая трещина возле гарды может расшириться при сильном ударе. Ржавчина портит металл. Неровная заточка меняет направление клинка во время столкновения. Ты не имеешь права относиться к оружию небрежно, особенно после того, что случилось в Кельдике.

Её лицо оказалось совсем близко, ладони крепко удерживали мои плечи, а прохожие начали обходить нас по широкой дуге. Я попытался объяснить, что не собирался доводить меч до ржавчины, однако Лаура продолжала смотреть настолько строго, будто собиралась лично проверять каждый участок стали.

В этот момент рядом остановилась Розина. Она держала корзинку с лекарственными травами и несколько свёртков для лазарета. Сначала девушка посмотрела на меня, затем на руки Лауры у моих плеч, после чего её лицо быстро покраснело.

— Ох…

Лаура обернулась, но рук не убрала.

— Добрый день, Розина.

— Добрый день. Простите, я не хотела вам мешать.

— Ты не мешаешь, — сказал я. — Мы просто спорили об уходе за мечом.

Розина посмотрела на стену за моей спиной, потом снова на Лауру.

— Видимо, Лаура настроена очень серьёзно.

— Да, она хочет заставить меня купить дорогую смазку.

— Э-э-э?!

— Рин! — возмутилась Лаура.

— Нет, это не то, о чём ты подумала, — поспешил я сказать Розине.

— Простите!

Розина прижала корзинку к груди и быстро ушла по улице, а через несколько шагов она едва не столкнулась с фонарным столбом, но успела свернуть и скрылась за углом.

Лаура наконец отпустила меня.

— Почему она убежала?

— Потому что со стороны всё выглядело немного двусмысленно.

— Я объясняла тебе правила ухода за оружием.

— Прижав к стене.

Она оглядела место, где мы стояли, затем медленно покраснела.

— Я не заметила.

— Теперь заметила.

— Ничего неприличного не произошло.

— Конечно.

— Не произноси это таким тоном!

Мы продолжили путь. Некоторое время Лаура держалась на полшага дальше обычного и старательно рассматривала вывески, хотя до следующей лавки оставалось несколько улиц. Возле площади работало несколько прилавков с горячей едой, а после утренней тренировки и занятий я уже успел проголодаться.

— Будешь гирос? — спросил я.

— Что это?

— Мясо, овощи и соус в лепёшке.

— Ну давай, попробуем твои гиросы.

Я купил две порции. Торговец завернул горячие лепёшки в бумагу, после чего мы отошли к небольшому фонтану. Лаура сначала осмотрела гирос со всех сторон, потом осторожно откусила край. Соус сразу выступил возле пальцев.

— Удобнее держать двумя руками, — посоветовал я.

Она последовала совету и сделала второй укус. На лице появилось такое сосредоточенное выражение, словно она оценивала новое боевое снаряжение.

— Вкусно?

— Да. Мясо приготовлено хорошо, овощи сохраняют свежесть, а лепёшка удерживает начинку.

— Можно просто сказать, что нравится.

— Мне нравится.

Лаура продолжила есть. Я заметил каплю соуса возле её губ и показал на собственную щёку, однако она не поняла. Пришлось достать платок и осторожно вытереть соус. Она замерла, а я только после этого осознал, насколько близко подошёл.

Рядом раздался знакомый голос:

— Так вот оно как у вас…

Мы застыли, а затем медленно обернулись.

Минт стояла в нескольких шагах с бумажным пакетом в руках. Она смотрела на гирос Лауры, мой платок и наши лица с таким выражением, словно наконец-то узнала важную тайну.

— Не-не, мы тут просто… — сказал я.

— Да ла-а-адно! Чего уж там, всё и так понятно с вами, — с ухмылкой сказала Минт, махнув ладошкой.

— Что именно тебе понятно?

— Да всё понятно!

Минт посмотрела на Лауру.

— Тебе вкусно?

— Ну да.

— Тогда всё хорошо! Я никому не скажу.

— Минт, — начал я.

— Не переживайте! Я умею хранить тайны.

Она помахала нам пакетом и ушла, а через несколько метров Минт заметила знакомую девушку по клубу лакросса и тут же подбежала к ней и начала что-то эмоционально рассказывать, время от времени показывая в нашу сторону.

— Ага, прямо видно, как она никому и ничего не скажет, — буркнула Лаура.

— Именно поэтому через час про это будет знать вся академия.

— Короче! Пусть думают что хотят!