— Да! Неужели до сих пор не заметно?

— О, еще как заметно, — подает голос Грейсон.

— Просто хочу убедиться, что дело не в уязвленном самолюбии – она ведь первая девушка, ответившая тебе отказом.

Я фыркаю.

— Мое эго не настолько хрупкое, — однако какая-то мысль в ее взгляде заставляет осечься. Я потрясенно уставляюсь на Беллу. — Боже... Так вот что думает Лайла!

Белла неопределенно покачивает ладонью из стороны в сторону.

— Ну, возможно.

— Звучит... на редкость логично. Пожалуй, теперь я знаю, что делать, — я вскакиваю на ноги, хватаю контейнер с черничными маффинами и, уже выбегая за дверь, тычу пальцем в сторону лучших друзей. — Забираю в качестве моральной компенсации за душевную травму от ваших постельных сцен! Спасибо за помощь с Лайлой!

— Киран, стой! — кричит вслед Белла, но меня уже и след простыл.

— Что за безумную мысль мы только что вбили ему в голову? — доносится вопрос лучшего друга за секунду до того, как захлопывается дверь.

— Понятия не имею, — тихо отзывается Белла.



Тяжело дыша, я пулей влетаю в дом после стремительного бега по длинной подъездной дорожке Грейсона. Бесшумным появление точно не назовешь: уже секунду спустя из-за угла выходит Лайла, а позади нее на диване сидит Эмми, разложив на коленях кукол Барби.

Лайла нервно заламывает руки, и взгляд, в котором сквозит легкая тревога, устремляется на меня.

— Киран? — скорее вопросительно, чем утвердительно произносит она.

Кое-как переведя дух, я указываю на нее пальцем.

— На кухню.

От такого приказного тона ее глаза округляются, но, к моему изумлению, Лайла бесспорно идет следом. Прислонившись к кухонной столешнице, она прикусывает нижнюю губу, и, Господи, от одного только вида ее губ внутри все переворачивается.

Мечась по кухне, я вынужден признать: план совершенно не продумал. Следовало выждать денек, переспать с подобной мыслью, но сердце словно само дергает за язык, вынуждая повернуться к Лайле и выпалить:

— Не ходи с ним на свидание.

Она удивленно приоткрывает рот, и великолепные голубые глаза округляются.

— Что?

Перестав метаться, я подхожу к ней вплотную и смотрю сверху вниз на Лайлу – пылкую, но в то же время такую хрупкую и нежную девушку, мысли о которой не покидают ни на секунду с самой первой нашей встречи.

— Не ходи с ним на свидание, — едва слышно выдыхаю я.

Она срывается на смешок, но я отчетливо улавливаю нервные нотки: совсем не привычный, беззаботный смех. Лайла тут же отводит глаза, словно не в силах смотреть на меня.

— Ты действительно хочешь пойти с ним на свидание? — уточняю я, когда воцаряется тишина.

Она принимается теребить край футболки, скручивая ткань пальцами.

— Если честно... нет, — от признания в груди слегка отпускает, дышать становится ощутимо легче, но ровно до тех пор, пока Лайла решительно не выпрямляется. — Но я твердо пообещала себе: вернувшись сюда, начну наконец жить по-настоящему. А значит, нужно открыться миру и...

— Нет.

Лайла ошарашенно откидывает голову.

— Нет? — переспрашивает она с полным недоверием.

— Только не с ним.

В груди все сжимается, тисками сдавливая легкие от колкого, накатывающего чувства паники.

Твою мать, Лайла ведь действительно настроена пойти на свидание.

Гребаный барный придурок.

— Киран, ты не можешь...

— Позволь пригласить тебя на свидание.

Она резко поднимает глаза, лихорадочно всматриваясь в мое лицо.

— Но я ведь на тебя работаю.

— И что с того?

Лайла издает смешок, в котором сквозит крайнее недоверие.

— Киран, нельзя.

— Почему?

Ее губы приоткрываются, Лайла беззвучно шевелит ими, но слова застревают в горле.

— П-почему ты вообще хочешь позвать меня на свидание? Почему так задело согласие? Дело в том, что я собираюсь пойти с другим мужчиной?

Да, готов прорычать я в ответ, но, вовремя вспомнив, что флирт она принимает за обычное упрямство уязвленного эго, прикусываю язык. Я не могу признаться, что от одной мысли о свидании с кем-то другим готов заживо содрать с себя кожу.

Месяцами, годами я ждал хоть какого-то подобия отношений с ней, и теперь, когда Лайла наконец появилась в моей жизни, меньше всего хочется сидеть сложа руки и смотреть, как она влюбляется в кого-то другого.

Внимательно разглядывая меня, Лайла поджимает губы, и я замечаю: в ее голове рождается и крепнет какая-то мысль. У меня перехватывает дыхание, пока она, кажется, собирается с духом. Лайла заставляет себя выпрямиться и повыше поднимает подбородок.

— Ладно, я не пойду с ним на свидание, — мои губы расплываются в широкой улыбке, но Лайла тут же цыкает языком и поднимает палец. — При условии... что ты мне поможешь.

— Помогу... в чем?

Лайла шумно сглатывает, щеки пылают, и то, ради чего она собирается с духом, заставляет податься вперед с бьющимся у самого горла сердцем.

— Я сделаю все что угодно, — шепчу я.

Судорожно вздохнув, она выпаливает на одном дыхании:

— Помоги со списком «первых разов». Помоги познать жизнь и... научи всему, чтобы я понимала, что делаю.

Сердце ликующе взмывает ввысь – и тут же камнем падает вниз от ее последних слов.

— Чтобы ты понимала, что делаешь, — медленно, с предельной осторожностью уточняю я. — С... будущими партнерами?

Она кивает.

— Да. Ты отлично разбираешься в отношениях без обязательств, а большинству мужчин я как-то не доверяю, но ты не причинишь боли, — она поднимает на меня полные невинности огромные глаза и шепчет: — Могу я довериться тебе?

Казалось бы, радоваться надо до безумия: Лайла Карсон стоит на моей кухне – девушка с чистейшим золотым сердцем, пухлыми розовыми губами и россыпью веснушек на лице – и просит доставить удовольствие, но от ее слов я чувствую себя так, словно получил сокрушительный удар под дых.

Почему я не гожусь для того, чтобы просто встречаться?

Почему для всех всегда остаюсь лишь временным вариантом?

И самое жалкое: до безумия хочется ответить «да». Если Лайла бросит хотя бы жалкие крохи внимания, я с радостью их подберу. С благодарностью приму абсолютно все, просто потому что она – Лайла.

И безумно желаю ее с той самой секунды, как впервые увидел.

Глава 19Лайла

Белла:Киран вернулся домой?

Лайла:Да

Белла:Все в порядке?

Лайла:Кажется, я совсем лишилась рассудка

Лайла:Либо перечитала слишком много откровенных романов

Белла:В смысле откровенных?

Лайла:Тех, что окончательно сбили меня с пути истинного

Я резко поднимаю руку и касаюсь губ, пытаясь убедиться, что этот безумный вопрос действительно сорвался с языка.

Я что, правда попросила Кирана Эшфорда – хоккейного бога и известного бабника, причем весьма опытного, –научить меня?

Я мысленно проклинаю себя на чем свет стоит.

Я только что предложила собственному боссу секс.

Секс!

Боже, мне пора завязывать с любовными романами. Они забили голову какой-то нелепой самоуверенностью и бредовыми идеями. Что я, черт возьми, натворила?

Лицо Кирана вытягивается, а в глазах мелькает абсолютная растерянность. Выглядит так, будто я влепила ему пощечину.

— Ты... — он тяжело сглатывает. — Хочешь, чтобы я тебя научил?

Я киваю. Раз уж ляпнула такую глупость, отступать некуда – надо идти до конца.

— Да.

Он продолжает молчать, и затянувшаяся пауза заставляет меня со стоном спрятать лицо в ладонях.

— О боже, сама не знаю, зачем я это предложила.

— Все нормально, — тихо бормочет он. Из гостиной доносятся звуки возни – это играет Эмми.

— Да ничего не нормально! Ты мой босс. Киран, прости, пожалуйста.

Он мягко опускает ладони мне на плечи, и от обжигающего прикосновения я невольно вздрагиваю.

— Лайла, сделай глубокий вдох, — медленно произносит он. И только услышав эти слова, я осознаю, что судорожно хватаю ртом воздух, балансируя на грани панической атаки. Тыльная сторона его ладони скользит по щеке, заставляя меня шумно втянуть кислород. — Все хорошо, солнышко, просто дыши.