— Да!

Киран сует руку в карман и достает презерватив, а мне уже совершенно плевать, как звучит мольба:

— Нет, пожалуйста, пожалуйста, я на таблетках. Я хочу чувствовать тебя, Киран. Хочу чувствовать всего.

Если прежде казалось, что его зрачки расширены, то теперь они и вовсе превращаются в бездонные чернильные омуты. Швырнув бумажник на пол, Киран нависает надо мной, упираясь ладонями по обе стороны от головы.

— Хочешь, чтобы я вошел без защиты?

Кивая, поскольку боюсь, что иначе сорвусь на откровенную мольбу, я прикусываю губу. Киран наклоняется и проводит языком по моим губам, заставляя разомкнуть зубы.

Одна из рук исчезает, но уже секунду спустя я понимаю, куда она делась, когда Киран устраивается между моих ног, не сводя глаз.

— Ты готова, солнышко? — шепчет он.

Не доверяя собственному голосу, я обвиваю руками его шею и прижимаю ладонь к щеке, отчаянно кивая. Киран накрывает мои губы своими в то самое мгновение, когда медленно проскальзывает внутрь.

Книги оказались правы.

Сначала становится больно. Внутри все горит, пока он растягивает меня, и телу приходится подстраиваться под внушительный размер, но Киран замирает, не двигаясь и заглушая боль поцелуем, и я постепенно расслабляюсь.

Бедра непроизвольно подаются навстречу.

Почти полностью покинув меня, Киран оставляет внутри лишь самый кончик, а затем резко толкается вперед, отчего мы оба стонем. Ощущение... Боже, то, как он двигается, не похоже ни на один мой прежний опыт.

Прижимаясь к нему еще крепче, я ловлю каждый толчок, отвечая движением на движение, а поцелуй становится неистовым, пока его бедра наращивают темп. Свободная рука проскальзывает между нами, находя клитор.

— Киран!

— Вот так, малышка, выкрикивай мое имя.

Стоит его хриплому голосу прозвучать в тишине, как лоно отзывается сладостной судорогой. Мы оба чувствуем отклик, причем Киран – даже острее, потому что роняет голову мне на плечо и принимается отчаянно ругаться, обрывая собственную брань мягким укусом в изгиб шеи.

Электрический разряд прошивает позвоночник, когда мы оба ускоряем темп, преследуя тот пик блаженства, который способен подарить только он.

— Господи боже, Лайла, ты создана для меня.

— Не останавливайся, — прерывисто выдыхаю я.

— Да я, мать твою, и не подумаю останавливаться, — Киран не сбавляет бешеного темпа, вдобавок оглаживая большим пальцем клитор, и от сочетания ласк я схожу с ума.

Накрутив его волосы на кулак, я притягиваю Кирана к себе и стону прямо в губы, пока он глухо рычит, а бедра с влажным стуком сталкиваются с моими.

— Нас кто-нибудь найдет, если ты продолжишь кричать.

Внизу живота все сжимается в сладостном спазме.

— А ведь именно этого тебе и хочется, правда, малышка? Хочется, чтобы кто-нибудь открыл дверь и застал нас, увидел, как я трахаю тебя до беспамятства. Чтобы услышали тихий скулеж и стоны, пока я в тебя толкаюсь.

— О боже, Киран, — сбившимся голосом выдыхаю я, пока стол подо мной пронзительно скрипит.

Свободной рукой Киран резко тянет корсет вниз, ровно настолько, чтобы наружу вырвалась грудь. Хлынувший к затвердевшим соскам воздух кажется настолько наэлектризованным, что я невольно выгибаюсь, всем телом умоляя о ласке. Киран охотно подчиняется: склоняет голову и, обхватив губами сосок, сильно, жадно втягивает в рот.

Я вскрикиваю настолько громко, что голос срывается.

— Ты прямо-таки умоляешь, чтобы нас поймали.

Киран убирает большой палец с клитора, и я уже собираюсь возмутиться, но порочный блеск в его глаза заставляет осечься. Насмешливо глядя на меня сверху вниз, он продолжает мерно толкаться и лениво тянет:

— Будь хорошей девочкой, выкрикивай мое имя, пока кончаешь, сжимая член.

В то же мгновение снова приникает губами к соску, а пальцами перехватывает клитор и ощутимо сжимает. Перед глазами взрываются миллионы фейерверков, и я делаю ровно то, чего Киран требовал: содрогаясь от оргазма, громко выкрикиваю его имя.

—Киран !

Он замирает, пока мое лоно пульсирует, ублажая его плоть. Все тело напрягается, он накрывает мои губы своими, исторгая глубокий, протяжный стон прямо в рот, и я понимаю: Киран на пределе. Истинным тому подтверждением становится хлынувшая в меня обжигающая волна.

— Лайла, — выдыхает он в губы, голос кажется лучшей музыкой на свете.

Не знаю, сколько проводим времени в таком положении: Киран неторопливо целует меня и восторженно зовет по имени, будто никак не может поверить в реальность происходящего, но мгновения кажутся вечностью. И все же вряд ли проходит больше десяти минут, прежде чем Киран начинает медленно покидать мое тело.

С его уходом внутри воцаряется щемящая пустота, заставляя едва ли не умолять вернуться.

Но когда Киран смотрит на меня сверху вниз, я невольно улыбаюсь.

— Это...

— Не передать словами, — шепчет он.

Глава 45Лайла

Лайла: Прости, Бел! Мы заблудились

Лайла: Киран хочет поскорее вернуться домой к Эмми, так что увидимся на выходных!

Белла: Вы что, целовались в доме с привидениями?

Белла: Пожалуйста, скажи, что да

Белла: Я не перестану писать, пока ты не ответишь

Лайла: АУУУУ

Лайла: Мы сделали кое-что посерьезнее, чем просто поцеловались

Белла: СВЯТАЯ СРАНЬ

Белла: Синди будет тобой гордиться

Тихонько посмеиваясь над экраном телефона, я резко торможу, врезавшись в твердую грудь. Подняв глаза, замечаю Кирана: его маска давно снята, а черты лица настолько мягкие и полны нежной заботы, что я на секунду теряю дар речи.

— Останься на ночь, — выдыхает он; в голосе слышится едва уловимый страх.

Спрятав телефон в карман, я делаю шаг вперед и ласково кладу ладонь ему на щеку, наслаждаясь тем, как трепещут и опускаются ресницы.

— Я не передумаю, Киран, — тихо говорю я.

Он накрывает мою руку своей мозолистой ладонью и крепко прижимает к лицу.

— Скажи еще раз. Мне нужно это услышать.

— Я люблю тебя, Киран Эшфорд, — я тихо смеюсь. — Ты сделал все, чтобы мне было невероятно сложно отказаться.

Его губы дергаются в улыбке; Киран открывает глаза и обрушивает на меня океан, затягивая в глубину. От хрипоты в его голосе по коже разбегаются мурашки.

— Я знал, что ты не сможешь долго сопротивляться.

Фыркнув от смеха, я игриво толкаю его в грудь и прохожу к входной двери. Но тут же замираю с округлившимися глазами.

— Что случилось?

— Что, черт возьми, сказать маме? — шиплю я паническим шепотом.

Киран запрокидывает голову и раскатисто хохочет. Я бросаюсь к нему и зажимаю рот ладонью. К счастью, он обхватывает меня за талию и удерживает на ногах, позволяя держать руку на губах – иначе, с нашей разницей в росте, я бы просто стекла вниз, как капля воды.

Я чувствую, как его губы под ладонью растягиваются в ухмылке, а в глазах пляшут озорные черти, когда входная дверь за моей спиной открывается.

Он насмешливо выгибает бровь, и тут же раздается голос мамы.

— Лайла? Чем это вы двое тут занимаетесь?

— И правда, Лайла, — бубнит Киран в ладонь, — почему ты запрыгиваешь на своего босса?

— Я убью тебя, — шепчу я.

— А я буду стонать, как хороший мальчик, — подмигивает он.

Я начинаю вырываться, извиваясь прямо как Эмми, и, слава богу, он отпускает меня, позволяя встать на ноги. Резко развернувшись, я встречаюсь взглядом с Мамой Медведицей Карсон.

— Привет, мам!

Голос звучит слишком высоко, а по толчкам в спину я понимаю, что Киран сзади беззвучно хохочет.

Мама переводит взгляд с меня на него и обратно, а затем расплывается в улыбке. И, кажется, я никогда раньше не видела, чтобы она так улыбалась. В улыбке смешались радость и облегчение, а в глазах по какой-то странной причине заблестели слезы.

Сделав шаг к ней, я тихо зову, касаясь руки:

— Мам?

Она делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, и смахивает слезы.