— Здесь живёт целительница, — говорю я. — Мне нужно поговорить с ней.

— Я иду с тобой, — сразу отвечает Гаспар.

И по его тону понимаю — спорить бесполезно.

— Хорошо, — киваю.

Всё повторяется, как у здания суда.

Метс активирует защитный купол.

Солдаты быстро занимают позиции.

Гаспар сам выкатывает коляску из экипажа по откидному полу.

Дождь шуршит по камню.

С каждым шагом боль становится всё резче.

Я стучу в дверь.

Минута.

Вторая.

Внутри начинает нарастать тревога.

Неужели адрес неверный?

Может, Сибилла переехала?

Прошёл почти год, как мне назвали её адрес. На всякий случай. А я почему-то запомнила.

Но замок щёлкает.

На пороге появляется женщина лет пятидесяти.

Тёмно-зелёное бархатное платье облегает фигуру слишком дорого для этого района. Рыжие волосы уложены высоко, открывая тонкую шею. Вырез глубокий, почти вызывающий.

Взгляд — острый.

Цепкий.

Она быстро скользит глазами по мне, затем по Гаспару и солдатам.

И сразу всё понимает.

— Входите, — произносит спокойно.

Глава 43

— А вы, господа, — целительница переводит взгляд на Гаспара и Метса. — Возвращайтесь к экипажу и отъедьте от дома. Скоро приедет другая пациентка. Не в моих правилах, чтобы посетители встречались.

— Иди, Георг. Я останусь снаружи, — говорит Гаспар Метсу.

— Нет, — отрезает госпожа Сибилла. — Никого. Таковы правила. Иначе мои клиентки перестанут мне доверять.

Гаспар переводит взгляд на меня.

— Николь?

Голос тихий.

Но в глазах — жёсткий контроль.

Я понимаю, что он чувствует опасность всей ситуации.

Только всё равно позволяет мне решать.

— Всё в порядке, — говорю твёрдо. — Правда.

Несколько секунд он молчит.

Потом медленно кивает.

Я вхожу в дом вслед за Сибиллой.

Дверь закрывается.

Только тогда я прижимаю ладонь к животу и позволяю себе согнуться.

— Я беременна. И у меня сильные боли.

Впервые произношу это вслух.

И от этого внутри становится страшно по-настоящему.

— Ложитесь. Сейчас помогу, — спокойно отвечает Сибилла.

Её лицо мгновенно становится серьёзным и собранным.

Я прохожу в комнату и осторожно опускаюсь на кровать.

Живот постепенно расслабляется.

Да.

Лечь — именно то, что было нужно.

— Я приняла успокаивающий эликсир. Экстракт оники. Он не помог.

— Оника хорошо справляется, если напряжение вызвано психикой, но у вас проблема с мускулами матки.

— Что с моим ребёнком?

Сибилла проводит ладонью над моим животом.

На кончиках её пальцев вспыхивают золотистые искры.

Тёплое магическое тепло растекается по животу мягкими волнами.

— Вы слишком напряжены. Как вас зовут?

— Николь.

Сейчас я чувствую себя не целителем, а просто женщиной, которая боится за своего ребёнка.

— Ребёнок в порядке, Николь, — спокойно говорит Сибилла. — Но ваше тело на пределе. Ресурсы исчерпаны… долго лечили бесплодие?

Я киваю.

— Спазмы могут быть частыми. Вам нужна поддержка на протяжении всей беременности. Сейчас я сниму напряжение, и вы сможете поехать домой. Но несколько дней — постельный режим и специальные капли до самых родов. Вот, примите сейчас.

Сибилла протягивает жидкость на ложке.

Глотаю.

— Капли красной галопеи? — называю растение.

— Да. Вы разбираетесь?

— Да, я целитель. Назначала их пациенткам при проблемах… но не распознала у себя…

— С собой всегда сложнее, не переживайте, Николь. Мы не видим своих недугов. Я дам вам флакончик на первое время.

— Спасибо, не надо, у меня есть, в чемоданчике…

В этот момент понимаю, что забыла свой лекарский арсенал в карете.

— Хорошо, — кивает Сибилла. — Будете принимать, всё будет в порядке.

— Спасибо.

Боль начинает отпускать, я расслабляюсь.

В дверь стучат.

Целительница поднимает взгляд.

— Полежите, Николь. У меня другая пациентка. Это недолго, я лишь отдам ей одну вещь и вернусь к вам.

Сибилла выходит в холл, прикрывая дверь.

Даже за закрытой дверью слышу скрип половиц, шорох одежды — дом старый, стены тонкие.

Раздаётся стук каблуков в холле.

— Мой артефакт готов? Старый почти выдохся, — звучит молодой женский голос.

Резкий.

Нетерпеливый.

И смутно знакомый.

Может, она была моей пациенткой.

Через меня прошло много людей.

— Готов, — отвечает Сибилла.

Снова шаги. Пауза.

— Держи, этот мощнее, лучше соответствует твоему сроку. Старый давай сюда, я его уничтожу.

Тихий нервный выдох.

— Муж не посчитает странным, что связь резко усилилась?

— Магия в младенцах развивается скачками. Всё будет в порядке.

— Хорошо.

Снова пауза.

— Я подгадаю момент для инсцинировки выкидыша и сообщу тебе. Ты приедешь ко мне, всё сделаешь и уничтожишь артефакт. Всё в силе? — произносит девушка.

— В силе.

— Хорошо. Вот деньги. Всю сумму получишь, когда закончим.

Снова нервный выдох.

— Он точно ничего не поймёт?

— У меня большой опыт. Ты не первая, Виктория.

Я замираю.

Виктория.

Внутри всё холодеет.

Любовница Сола.

Это же она!

Выходит, она лжёт Солу о беременности?

Я хочу убедиться. Может быть, смогу увидеть её в окно, когда она будет уходить.

Я осторожно приподнимаюсь.

Кровать издаёт тихий предательский скрип.

— Ты не одна? Ты же должна быть одна! — резко произносит Виктория.

— Срочная пациентка с угрозой. Она не слышала.

— Если я услышала, как она ворочается на кровати, то и она слышала нас. Я должна убедиться!

Дверь резко открывается.

Глава 44

Виктория ступает на порог.

Наши взгляды встречаются.

Я понимаю: узнала.

Несколько приёмов, на которых я сопровождала Сола.

Нас представили друг другу год назад.

Сол лично это делал.

«Это леди Виктория, моя помощница, а это Николь, моя жена», — его голос тогда прозвучал хрипловато, глубоко и немного нервно.

Взгляд Виктории слишком оценивающе прошёлся по мне, губ коснулась вежливая улыбка, но насквозь натянутая.

Значит, уже тогда…

Тогда я не придала этому значения — я и помыслить не могла, что муж полюбит другую.

Перед глазами вспыхивает Сол.

Его рука на талии Виктории. Его гордый взгляд на неё.

Его голос:

«Виктория беременна».

И холодная жесткая интонация: «Ты бесплодна, Николь».

Меня будто снова ударяют туда же.

В старую рану.

Но теперь внутри поднимается упрямая гордость.

Виктория его обманула.

А я, та которую он списал со счетов, теперь беременна.

Но, надеюсь, он никогда об этом не узнает.

Я сделаю всё, чтобы не узнал.

Инстинктивно накрываю рукой живот, чтобы защитить.

Виктория смотрит на меня несколько секунд.

Не моргая.

Её взгляд медленно скользит по моему телу, по ладони на животе.

Губы едва заметно дёргаются.

Но не от сочувствия.

— Вот как, — произносит она с тихим шипением.

Я выпрямляюсь на постели, но не встаю — ради ребёнка.

И не перед ней.

За спиной Виктории появляется Сибилла.

На лице целительницы — раздражение.

— Я сказала тебе, что здесь срочная пациентка.

— А я сказала, что должна убедиться, — холодно отвечает Виктория, не сводя с меня глаз. — И, как вижу, не зря.

Тишина — тяжёлая, острая.

— Можешь не волноваться, — произношу спокойно. — Твой разговор останется здесь, если забудешь, что видела меня.

Виктория тихо усмехается.

— Правда?

— Да.

— Даже после того, как выяснилось, что я обманываю Сола, а ты ждёшь от него ребёнка?

Чувствую острый укол под рёбрами.

Она думает, что ребёнок от Сола.

Все… абсолютно все будут считать отцом моего бывшего мужа, потому что знают, что Гаспар калека.