Мы засыпаем в объятиях друг друга.

Просыпаюсь от приглушённого ругательства.

Открываю глаза.

Солнце уже встало и светит в окна.

Гаспар сидит на кровати и пытается одновременно застегнуть рубашку, дотянуться до сапог и взглянуть на часы.

Получается плохо.

— Опаздываешь? — сонно спрашиваю я.

— Проспал.

Он смотрит на часы так, словно они лично его предали.

— На два часа.

Я нахожу ночную сорочку, натягиваю быстро и поднимаюсь, чтобы подать мужу сапоги.

— Не надо, Николь. Я сам доберусь.

— Я помогу. Ведь ты из-за меня проспал.

Ловлю его горячий взгляд.

Обжигающий.

Ставлю сапоги перед ним на пол.

И забираюсь обратно в постель под одеяло, чтобы на сгореть со стыда от его взгляда.

Гаспар заканчивает с пуговицами, натягивает сапоги.

Потом тянется ко мне, быстро целует в лоб.

— Скорее всего, вечером снова задержусь. Дел немерено.

— Я буду ждать.

В его глазах вспыхивает лучистый свет.

— Я тоже, — он кивает.

Поцелуй в губы.

Он быстро отрывается от меня и выкатывает коляску за порог.

А я ещё долго лежу и улыбаюсь в подушку.

Такая лёгкость внутри. Приятная ломота в теле. Окрылённость. Настоящее счастье.

Но потом мысли возвращают меня обратно на землю.

Сжимаю зубы.

Гаспар смертельно болен, и я должна вылечить его.

Должна скрыть от Сола ребёнка навсегда.

Тогда будет по-настоящему хорошо.

Николас весь день странно улыбается, поглядывая на меня.

Наверное, он что-то слышал ночью, ведь мы, кхм… не сдерживались.

— Николас, — произношу строго. — Уберите эти улыбочки.

— А что я… я ничего, извините.

— С этого дня ночуете в гостевом домике, ясно?

— Я только «за», — и продолжает улыбаться.

— Идите переносите вещи!

Как же я скучаю, находясь дома в четырёх стенах.

Когда после обеда на кухню привозят продукты, я помогаю Николасу разбирать их.

Женщина, которая привезла продукты, беспокойно оглядывается.

— У вас всё в порядке? — спрашиваю.

— Да… Ой, не знаю… Майкл, мой сын сегодня нанялся на рудники. Вы не слышали новости?

— Нет. Что-то случилось?

Я настораживаюсь.

— Да, говорят обвал случился.

У меня внутри всё холодеет.

Корзина едва не выскальзывает из рук.

Обвал.

Рудник.

Гаспар.

Сразу вспоминаются его усталое лицо и сажу на лице.

Дальше не слушаю, хватаю целительский чемоданчик и велю заложить экипаж.

— Капитан Кертис, едем в штаб разработок, к Гаспару!

— Можно с вами? — просится женщина.

— Поехали.

Сердце колотится так сильно, что становится трудно дышать.

Не доезжая штаба, вижу группу людей у подножия холма.

Доносятся крики, лязг инструментов.

— Остановите тут! — прошу Кертиса.

Я выхожу из кареты прежде, чем кто-то успевает мне помочь.

И сразу вижу его.

Гаспар.

На коляске.

Посреди хаоса.

Отдаёт приказы коротко и чётко.

Я иду прямо к нему.

— Что случилось?

— Мальчишка нарушил технику безопасности, полез в неукреплённую штольню, — отвечает Гаспар — весь встревоженный. — Что ты тут делаешь, Николь? Тебе нужно быть дома.

В этот момент из тёмного тоннеля выходят люди с самодельными носилками, на которых лежит молодой парень.

Лицо белое как мел.

Грудь залита кровью.

— Целителя! Срочно! — кричит кто-то.

Я уже бегу к ним.

— Здесь целитель!

Носилки кладут на землю, я опускаюсь рядом на колени и открываю чемоданчик.

Изучаю рану магией. Тяжёлое внутреннее кровотечение.

Ещё немного — и парню конец.

Я активирую лечебные артефакты.

Магия вспыхивает под пальцами.

Когда через несколько минут парень наконец делает полноценный вдох, вокруг раздаётся облегчённый шум.

— Майкл! Пустите! — кричит женщина — та, что приехала с нами.

Оборачиваюсь — её держат рабочие.

Я киваю, велю пустить.

Парень приходит в себя — я закончила свою работу.

Устало вытираю лоб, Гаспар уже рядом и подаёт руку, помогает встать.

— Ты не думал открыть целительский пункт в штабе разработки?

— Думал, Николь. Но найти целителя в этом захолустье, — он оглядывает холмы, — непросто.

— Целитель у тебя уже есть, Гаспар, — отвечаю я.

Глава 55

— Николь, — надавливает голосом Гаспар, когда мы подходим к карете.

— Да, Гаспар?

Он открывает мне дверцу, подаёт руку, помогая забраться, а потом заезжает сам по откинутому настилу.

В карете говорит серьёзно:

— Ты беременна, тебе нельзя работать. Сиди дома, отдыхай, гуляй. Для разработок я вызову целителя из окружного города. Найду кого-нибудь.

— Я всю жизнь работала, Гаспар. Лечила людей, не сидела без дела. В четырёх стенах я умираю со скуки, — я беру его за руку, смотрю в глаза. — Буду сидеть в штабе, тихонько, рядом с тобой. Может быть, ты даже станешь освобождаться вовремя.

Мы долго смотрим друг на друга.

Потом он качает головой, а его губы слегка изгибаются в улыбке.

— Ты всё равно не примешь отказа, да?

— Да, — киваю я.

— Хорошо, будет тебе целительный пункт. Со всеми удобствами. И помощника найму.

— С удобствами, с помощником, — улыбаюсь я. — Ты отличный начальник, тебе говорили?

В глазах его вспыхивает пламя. Что-то из прошлой ночи.

Да, Гаспар, ты не только начальник отличный, но любовник потрясающий.

Щёки заливает огнём, хоть я и не произнесла это вслух.

Мы возвращаемся домой.

А дома…

Совместный ужин.

Нежность.

А ночью сокровенная любовь — снова.

И я чувствую себя так, словно наступила вторая молодость.

Я снова влюблена. Рядом надёжный мужчина, который окружает меня заботой и любовью.

Проходит почти две недели.

Работа на рудниках разворачивается масштабная.

На месте, где Гаспар развернул полевой штаб из нескольких военных палаток, маги-строители уже заканчивают возведение основного здания.

У Гаспара свой кабинет и приёмная, у меня тоже просторное помещение: кабинет, смотровая, комната для стационара и кладовая для хранения медикаментов и артефактов.

На объект нанята охрана, территория оцеплена — чтобы не было несчастных случаев и диверсий.

Каждый день приезжают новые люди. Не только рабочие-шахтёры, но и горные специалисты — масштаб разработок растёт. Гаспар строит большой проект, и у меня дух захватывает, когда вижу карты и схемы в его кабине. По площади разработки будут равны целому городу.

Нужно сделать всё грамотно, и я верю, что Гаспар сможет. Он руководил армией, одержал много побед — он умеет командовать, думать, планировать.

И эта стройка для него, похоже, ещё одна боевая операция, которой он отдаёт всего себя. Заботится о людях, о снабжении, о безопасности.

В близлежащем посёлке тоже перемены — Гаспар выкупил землю и приказал заложили фундамент для домов, в которых будут жить рабочие. К нему приезжал наместник из ближайшего города, хочет сотрудничать, помогать строить. Гаспар с ним долго беседовал за закрытыми дверями, разошлись оба довольные — значит, договорились.

Я вижу Гаспара в окно своего кабинета, когда он провожает наместника. Любуюсь мужем.

Приятно видеть, когда люди деятельные, не сидят на месте, стараются применить себя там, где они есть.

И мой Гаспар именно такой. Несмотря на то, что в кресле. Он делает всё, что может, и даже больше.

Я заканчиваю осмотр женщины из посёлка, прощаюсь.

Люди из поселения узнали, что на разработках появился целитель, и идут ко мне за помощью. Я не отказываю, принимаю всех.

Работы у меня много. Я провожу обязательный осмотр поступающих на службу рабочих — чтобы не дай бог не произошёл несчастный случай или не случилось масштабной инфекции.

Помощник пока не появился. Гаспар сказал, что послал запрос через надёжных людей. Приедет знающий человек, который действительно будет полезен.