— Поняла, — киваю я. — Что-нибудь придумаем.

После завтрака Николас кладёт передо мной стопку писем.

Первое — напоминание об оплате дома до конца недели. Я откладываю его в сторону.

Следующий конверт — от леди Элеоноры.

Вскрываю сразу.

Внутри всего несколько строк:

«Прокурор — мой хороший знакомый. Он обещал разобраться. Поговорим в больнице».

Я медленно выдыхаю.

Значит, надежда есть.

Если за дело взялась леди Элеонора, счета должны скоро разблокировать.

Я заставляю себя перестать думать о деньгах и беру следующий конверт.

На печати — герб генерала Максимилиана Райнхарта.

Невольно улыбаюсь.

Когда-то судьба свела нас на Дальних островах.

Сола тогда на несколько месяцев перевели туда на службу, а генерал Райнхарт фактически управлял всем архипелагом, как полноправный хозяин. Именно он помог мне открыть военный госпиталь, доставал редкие артефакты и эликсиры, когда их невозможно было выписать на острова, и всегда поддерживал мои начинания.

Надёжный человек.

Из тех командиров, за которыми люди идут не из страха, а потому что верят им.

После перевода мы с Солом уехали.

А спустя несколько лет от Райнхарта неожиданно пришло письмо.

Максимилиан сломал позвоночник и просил моей помощи.

Конечно, я отправилась к нему.

Официально — чтобы проверить работу госпиталя на островах. Но на самом деле Райнхарт устроил всё так, чтобы никто не узнал о его страшной болезни.

Я сделала всё, что могла.

Но не смогла поставить генерала на ноги.

Причиной оказался его дракон.

Зверь словно отвернулся от собственного хозяина, вступил в противоборство с его человеческой сущностью и не позволял исцелить тело, удерживая его словно в плену.

После моего отъезда мы продолжали переписываться.

Я отправляла ему новые лекарства, облегчавшие боль, а он щедро жертвовал деньги госпиталям, в которых я работала.

Когда же мы с Гаспаром покинули столицу, переписка оборвалась — как и со многими людьми, которых я когда-то называла друзьями.

Я осторожно разворачиваю письмо генерала.

Почерк всё тот же — уверенный, твёрдый.

«Николь, здравствуй. Я долго не получал от тебя ответа и решил разыскать тебя своими силами. Мне сообщили, что ты жива, замужем за генералом ван Райденом и ждёшь ребёнка. Поздравляю. А теперь к делу. Я вернулся в столицу. Приступы становятся всё тяжелее. Мне снова нужна твоя помощь».

Я перечитываю последние слова ещё раз, затем беру перо и бумагу и тут же пишу ответ.

Глава 88

Сол Бекфорд

Бекфорд захлопывает дверь кабинета во дворце Надзорного совета с такой силой, что стекла в книжном шкафу громко звенят звенят.

Николь.

Перед глазами снова возникает её лицо — спокойное, гордое.

И ладонь, лежащая на округлом животе.

Он останавливается посреди кабинета. Пальцы сами собой сжимаются в кулаки.

Беременна.

Николь беременна.

От этой мысли внутри будто разгорается пожар.

Нет.

Такого не может быть.

Он же думал, что она уже стара для детей.

Так он решил, так объяснил самому себе развод.

А теперь…

Она беременна.

Он резко смахивает со стола папку.

Документы веером разлетаются по полу.

— Проклятье!

В памяти всплывает последний месяц перед разводом. Николь тогда попросила у него большую сумму на очередное лечение — редкий эликсир.

— Я очень хочу ребёнка, хочу родить тебе малыша и чтобы он был похож на тебя, Сол.

Он тогда дал деньги — скорее, чтобы отмахнуться. Чтобы Николь занималась своим лечением и не лезла к нему — тогда у него во всю бурлил роман с Викторией.

А ведь она тогда провела это лечение. Провела до конца.

А он с ней переспал — скорее по-привычке, без надежды.

Но выходит, что получилось.

Сол медленно поднимает голову.

Это ведь его ребёнок… Не от калеки же она беременна — это совсем невозможно.

Дыхание становится тяжелее.

Значит, всё ещё можно вернуть.

В королевстве нельзя развестись с беременной женщиной.

Если всё подтвердится, и окажется, что Николь носит его наследника, то его брак с Викторией и её — с ван Райденом окажутся недействительными.

А Николь и ребёнок снова станут его.

В дверь осторожно стучат.

— Да, — рявкает он.

Появляется Виктория — как всегда внешне безупречная.

Дорогое платье, идеальная причёска. В руках папка с документами.

До свадьбы она была его помощницей и осталась после. Он не любил менять привычное.

Виктория молча кладёт на стол бумаги.

— Подпись нужна здесь, милый.

Сол смотрит на неё несколько секунд.

Когда-то эта красота сводила его с ума.

А сейчас… Раздражает.

Всем своим присутствием напоминает ему о том, что он ошибся. Он всегда любил Николь. Привык к ней, как к части себя. Её голос, её степенное спокойствие, забота, руки, всё её существо — он так по ней скучает…

По домашнему теплу, по нормальным разговорам.

Николь была умна, не то, что Виктория.

И теперь он смотрит на свою жену и понимает, насколько её безупречная красота стала ему противна.

— Свободна.

Виктория быстро уходит.

Он даже не смотрит ей вслед.

Через пару часов на стол ложатся донесения от верных людей, которые быстро копнули под ван Райдена.

Сол перечитывает бумаги несколько раз.

Значит…

Ван Райден вовсе не бедняк. Тридцать миллионов на счету в банке — большой перевод от известной строительной компании по договору.

Всё выглядит безупречно, и это больше всего злит Бекфорда.

Злость заполняет до краёв.

Он заговорщицки улыбается, собственноручно выводя строки анонимного доноса.

Перо скрипит.

«Строительство не было произведено, а деньги выплачены, ван Райден мошенник».

Этого достаточно.

Утром счета ван Райдена будут заморожены.

Доказать обратное потребует много времени — созыв комиссии, поездка в это забытое богом место, откуда он выбрался… Альтра.

На следующий день Сол сидит в карете напротив больницы, куда снова приехала Николь.

Не выходит.

Не может.

Вокруг больницы слишком много охраны.

Если попытается приблизиться — выставит себя идиотом.

Он наблюдает, как хищник из засады.

Николь выходит из кареты, и её сопровождает целая толпа. Умело прячут от глаз, так, что ему едва удаётся рассмотреть, что она бережно придерживает живот.

И внутри вдруг рождается странное чувство.

Жадность. Охотничий азарт.

Чем сильнее её охраняют, тем сильнее ему хочется забрать её обратно.

Это его женщина.

Его.

Она много лет жила в его доме, готовила, вела дом, ждала его вечерами и спала рядом.

Она принадлежала ему.

И будет принадлежать снова.

Нужно только приблизиться, коснуться её, чтобы понять, что ребёнок его.

Дракон почувствует кровь.

Но если нет…

Кулаки Сола сами собой сжимаются.

Тогда ей конец.

Как и ему.

Ван Райдена следовало убить ещё тогда.

Но после выстрелов поднялся слишком большой шум. Если бы генерал погиб через несколько дней… Первым пришли бы к нему.

Но теперь всё иначе — прошли месяцы, всё улеглось. Если теперь с ван Райденом произойдёт несчастный случай, то ничто не укажет на него.

Осталось понять, как добраться до калеки, который обосновался в особняке за высоким забором.

Сол уже собирается приказать кучеру ехать обратно, но вдруг замирает.

Мысль вспыхивает неожиданно — настолько простая, что он даже усмехается.

Отлично, теперь у него есть план, как добраться и до него, и до неё.

Глава 89

Тёплая вода медленно стекает по ладоням.

Я поднимаю голову и долго смотрю на своё отражение в зеркале.

На мне кремовый пеньюар с нежными рюшами. Длинные расчёсанные волосы спускаются по плечам. Во взгляде ощущается сила. Но вот какой ценой мне даётся стойкость можно заметить по тому, как заострились скулы и залегли тени под глазами.