— Сюда! — крикнула Кафа. — Я нашла выход.

Запасным выходом оказался деревянный люк в полу, куда с трудом может пролезть человек. Кафу с Фредриком встретил порыв ветра. На стенках люка были прикреплены железные кольца, и вниз вела примитивная лестница. Кольца были покрыты льдом. Засунув пистолет в кобуру подмышкой, Фредрик хотел было ступить на лестницу, как вдруг уловил в окне какое-то движение внизу. Между кучами мусора и строительных материалов, бежал высокий и мощный человек. Он держал курс на бараки рабочих, стоявшие вдоль забора к северу. Соскользнув вниз, Фредрик ногами нащупал ступеньку.

Ветер пронизывал Фредрика под курткой, словно пытался вывести его из равновесия, сбросить на камни, бетон и обрезки досок, лежавшие внизу. Расстояние между ступеньками было большим, и с каждым шагом в колене вспыхивала боль. Полицейскому оставалось лишь положиться, что следующая ступенька выдержит и он не поскользнется на льду. Едва он успел поставить ногу на землю, как Кафа уже спустилась за ним.

— Они охотятся на меня. Возвращайся в терминал, найди Косса. Я пойду за убийцей, — сказал Фредрик.

Она кивнула. — Будь осторожен.

Ствол «Хеклера и Коха» поднимался и опускался в такт шагам Фредрика. Полицейский замедлился перед входом в барак, чтобы совершить бросок. Вдоль стен стояли шкафы и лавки, на крючках висели защитные каски, светоотражающие жилеты и рабочая одежда. Он решительно прошел всю комнату и на другом ее конце пнул ногой дверь. За ней был кабинет. Выходившее на забор окно приоткрыто.

Между стеной барака и забором был маленький просвет. Для устойчивости забор был вкопан в мощные бетонные блоки, стоявшие на расстоянии нескольких десятков метров вокруг стройки. Но здесь два таких блока были расположены на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Между ними была щелка. Фредрик вылез через окно, лег в эту щель и пополз вперед.

Поднявшись на ноги, Фредрик увидел, что находится на самом севере территории аэропорта. Место преступления осталось далеко за спиной, по другую сторону стройки. Оттуда доносился вой сирен. К востоку от военной части аэропорта на парковке для самолетов полицейский увидел два «Боинга», сопровождавших истребители. Первый все еще находился в движении, паркуясь около «Геркулеса». Между Фредриком и военным терминалом была взлетно-посадочная полоса, куда приземлились F-35. Фредрик огляделся. Куда, черт побери, подевался Хейхе? Не мог же он перебежать полосу — это слишком рискованно, его могли заметить. Значит либо он продолжил путь вперед к огромным прожекторам у ее начала, либо перепрыгнул через сетчатый забор к дороге. Может, там его ждет машина? Это самое вероятное. Но Фредрик помедлил с выводами. Премьер-министр убит. Убийца еще на свободе. На отрезке от Осло до Мьёсы будут останавливать и проверять каждый автомобиль. Да и что касается действий Хейхе, тут не может быть ничего очевидного. Наемный солдат вот уж двадцать пять лет. Он воевал в Югославии и Афганистане. Он обучен действовать в любом климате, в любой местности, он привык справляться в одиночку. Стаффану Хейхе не нужна помощь. Цивилизация — неподходящее для него убежище. Он пойдет в лес. Туда, где живут хищники.

Пригнувшись, Фредрик побежал.

От прожекторов послышался тихий шум электричества. Здесь земля была покрыта твердым снежным настом и льдом. За рядом прожекторов стоял забор, за ним — дорога и лес. Забор высотой не меньше трех метров. Ячейки в сетке такие крошечные, что мысок ботинка туда не просунуть. Как же перебраться на ту сторону? Примерно в ста метрах к востоку, где забор сворачивал к югу, к нему был прислонен деревянный шест. Фредрик забрался по нему, поставил ногу на верхушку шеста и оттолкнулся от него. Извивался и полз вперед, пока не смог подтянуть ноги, и упал на землю.

Из царапины на ладони закапала кровь, мышцы болели. Острые зубцы наверху забора разорвали его куртку. На снегу были следы. Между ними большое расстояние. Они вели в лес.

Даже лучи низкого зимнего солнца не могли пробиться сквозь густые еловые кроны. В лесу стоял холод, но ветра почти не было. Только гул в верхушках деревьев. У земли стволы были голыми, а сучки торчали, будто чьи-то скрюченные пальцы. Они цеплялись за Фредрика, пока он пробирался вперед. Хлестали по лицу и с глухим треском ломались. Словно даже лес принял сторону противника. Тусклые тени стирали границы между тем, что Фредрик видел и тем, что ему казалось, и он вспомнил свой сон. Кошмар, происходивший в лесу, точь-в-точь как этот. Во сне на Фредрика охотились. Он упал, и над ним возник силуэт Стаффана Хейхе.

Лес был настолько густой, что земля под деревьями была голой, и Фредрику приходилось, согнувшись, идти по ковру из вереска и смерзшихся еловых иголок, пока наконец не показывалось снежное пятно, где были отпечатки военных сапог. Фредрик шел, не разгибаясь, крепко держа в руках пистолет. Прислушивался. Оглядывался. Если Хейхе понял, что за ним идут, если он ждет его где-то в тени, за выворотнем или в канаве, охотник и жертва поменяются местами.

Вскоре Фредрик потерял ощущение времени и пространства, продолжая пробираться через лес. Шел, останавливался, слушал и снова шел. И тут он заметил очертание высокой кирпичной стены между верхушек деревьев. Фредрик понял, где находится.

Это лес Трандум. Здесь совершались одни из самых жестоких преступлений нацистов в Норвегии. Здесь казнили и закопали около двух сотен норвежцев, русских и британцев. На братской могиле стоял каменный крест. Фредрик увидел ее с дороги.

На другой стороне ему предстало странное зрелище. Ряд армированных бетонных стен высотой и шириной до десяти метров. Внизу стен были бреши, в которые спокойно мог проехать трейлер. Старые полуразрушенные стены, ржавое армированное железо торчало из пробоин. Бывшее танковое стрельбище. Теперь лес постепенно забирал его себе.

Останавливаясь у каждой стены, Фредрик прислушивался и оглядывался. Но все было тихо. Тишина заброшенного сооружения.

Выйдя на площадку с памятником погибшим, полицейский увидел ведущие в ельник следы. Здесь местность была менее проходимой. Он пересек лыжню и пошел по низине, после чего взобрался на холм и наконец достиг гребня. Лес кончился. Перед Фредриком простиралось поле мерзлой земли, а вдалеке — хутор. Неужели Хейхе укрылся там? Вдруг Фредрик заметил кое-что еще. Оно стояло ближе, прямо у опушки леса. На поляне, скрытой рядом высоких елей, он различил неприятный желто-оранжевый свет.

Садоводство. Свет шел от потолочных ламп за обледенелыми окнами парника. У его стены стоял накрытый брезентом автомобиль. Подобравшись ближе, Фредрик увидел, что это красный «Мини Купер».

Еще до того, как Фредрик успел закрыть за собой дверь из поликарбоната, стекла очков покрылись паром.

Ну и вонь. Жужжание. Сначала он решил, что оно исходит от электрической установки. Потом понял, что звук то усиливается, то стихает, и по коже побежали мурашки. Фредрик протер очки. С потолка свисали листы фольги, а от них к полу тянулись тысячи нитей. Веревочки были обвязаны вокруг ножки какого-то липкого растения. Растения были ростом с Фредрика, а из гниющих листьев торчали продолговатые блестящие плоды. Вязкая коричнево-белая жидкость капала с кончиков этих будто зараженных гонореей огурцов, а в открытых ранах копошились личинки мух. Земля была закрыта слоем толстого полиэтилена. Странные растения росли из проделанных в нем отверстий, где хлюпали грязные лужицы.

Все вокруг жужжало и свистело. Под крышей светили тепловые лампы. Примерно на метр ниже ламп, где тепло было уже сносным, веревки, крепившие и поднимавшие лампы, были облеплены кучками мух и личинок. Огромными, как гроздья винограда. Двукрылые садились Фредрику на руку, лицо и шею. Вздрогнув, он попытался смахнуть их. Что это за отвратительное место?

Доски стояли плотно друг к другу, и увидеть, что происходит за этой гнилью, было невозможно. Фредрик отыскал узенький, почти заросший проход, видимость в нем была всего пару метров вперед. Пригнувшись, Фредрик держал оружие наготове и старался не приводить доски в движение. Он старался услышать что-то, кроме жужжания насекомых.