Дверь хлопнула. Из кабины первым выбрался высокий, худой, в длинной рубахе. Подбородок вперёд, жесты экономные: человек, который привык объяснять и приказывать, а не таскать. За ним вышел коренастый с автоматом на ремне. Из кузова спрыгнули ещё двое: один с автоматом, второй с длинным пакетом через плечо.

— Карим, — шепнул Маркус. — Это точно он?

Переводчик прислушался. До них долетали обрывки фраз, но тембр и манера были узнаваемыми.

— Очень похоже. Голос тот. Он всегда так говорит, будто одновременно вещает толпе и ругает одного идиота.

— Заходит внутрь, — сказал Пьер. — Двое остаются у пикапа, один у ворот, один на крыше. Один тащит пакет за ним. Внутри будет минимум трое.

Дверь склада распахнулась, брызнув жёлтым светом. Голоса изнутри стали громче. Аднан прошёл, не сбавляя шаг, за ним скрылся носильщик. Дверь захлопнулась.

— Обновляю, — сказал Пьер. — Внутри трое. Снаружи пятеро. Всего девять на складе и площадке.

— Хорошо, — глухо сказал Рено. — Значит, бабах будет не зря.

— Мы можем уйти, — тихо сказал Дэнни из вади. — Заряды стоят. Взорвём, когда отойдём. Или когда он уедет.

В голосе слышалась не паника, злость.

— Если он уедет, — так же тихо сказал Карим, — он вернётся. С оружием, с деньгами, с новыми людьми. И уже умнее. Сегодня у нас редкий шанс обрезать голову, а не хвост.

— Мы сюда приехали склад взорвать, а не головы собирать, — упрямо ответил Дэнни. — Мы охрана, а не палачи.

— Не обманывайся, — вмешался Михаэль. — Мы давно не охрана. Мы инструмент. Вопрос только, по чему бить.

Маркус выдохнул, вернул голос в сухую рабочую линию:

— Решение такое. Ждём, пока он уйдёт глубже в склад. Рено, тебе нужно, чтобы он был не у двери, а в центре?

— Да. Если он у ворот, его просто швырнёт наружу. Если в проходах, сложит вместе со стеллажами.

— Вот и ждём, — сказал Маркус. — Как только Пьер подтвердит, что движение ушло в глубину, начинаем отход. По полю. Потом двойное подтверждение, и только тогда подрыв.

— Принято, — сказал Пьер.

Внутри склада пятна смещались дальше от ворот.

— Он ругается, — тихо прокомментировал Карим. — Про проценты, доли, недостачу. Орёт на кого-то. Всё как всегда.

— Идеальный момент, — буркнул Рено. — Умрёт в окружении любимых цифр.

Маркус дал команду на отход. Тени оторвались от стены и растворились в другой тьме.

Дэнни оставался последним у вади. И именно тогда в его секторе отделился от стены дома силуэт. Взрослый мужчина, крупнее тех мальчишек, что водили козу. Вышел во двор, оглянулся, сказал что-то внутрь дома и медленно пошёл вниз, к руслу.

— Контакт, — прошептал Дэнни. — Один взрослый. Идёт в сторону вади. Если ещё шагов пять, увидит следы.

— Вижу, — сказал Пьер. — Оружия в руках нет, но это пока.

— Если он увидит, поднимет шум, — тихо сказал Карим. — Здесь любой ночной след это повод собрать всех.

— И что? — спросил Дэнни. — Я должен его убрать просто так?

Маркус не повысил голос, но слова легли тяжело:

— У нас нет задачи чистить деревни. Если можешь уйти так, чтобы он ничего не понял, уходи. Если нет, выбираем между одним криком и толпой с калашами.

Мужчина остановился, наклонился к земле, будто рассматривая что-то. Выпрямился, сделал ещё пару шагов и повернул голову в сторону вади.

— Он понял, — сказал Пьер. — Ещё секунда, и он либо развернётся, либо закричит.

Тишина повисла густо.

— Решение, капитан, — ровно сказал Михаэль. — Сейчас.

Маркус выдохнул.

— Пьер, можешь снять его тихо?

— Да. Но «тихо» здесь условно.

Мужчина сделал движение, будто собирался набрать воздух.

— Стреляй, — сказал Маркус.

Выстрел в наушнике был почти невесомым. В тепловизоре яркое пятно головы дёрнулось, расплылось. Тело застыло и соскользнуло по склону в темноту без крика. Только сухой шорох камней.

— Готов, — сказал Пьер. — Без голоса. До дома не докатился.

Дэнни стоял неподвижно ещё секунду, глядя туда, где только что был человек. Потом развернулся и двинулся вниз.

— Если будешь крутить это в голове, далеко не уйдёшь, — сказал Пьер. — Оставь его здесь. Он уже никуда не идёт.

— Я знаю, — хрипло ответил Дэнни. — Просто… теперь я знаю его рост, походку и как он дышал. А имени нет.

— Имя нам не нужно. Нам нужно, чтобы наши дошли до катера.

Когда группа вышла на дистанцию, Маркус собрал доклады и выровнял голос, как перед командой на штурм:

— На счёт три. Раз: Пьер подтверждает чистоту сектора. Два: продолжаем отход. Три: Рено работает.

— Раз, — сказал Маркус.

— Сектор чист от своих, — подтвердил Пьер. — Вокруг склада только те, кто будут очень удивлены.

— Два.

Тени на поле потянулись дальше, к кромке сухой травы.

— Три. Рено.

— Есть, — шёпотом ответил подрывник.

Щелчок он услышал только в наушнике.

Сначала внутри что-то глухо хлопнуло сразу в нескольких местах. В тепловизоре склад дёрнулся, как живой: яркое пятно вспыхнуло в центре, распухло, потянуло за собой всё вокруг. Стены вздрогнули, крыша на мгновение приподнялась, будто дом пытается вдохнуть.

Потом удар догнал звук. Воздух толкнуло, земля под локтями Пьера дрогнула. Из щелей ворот выплеснулся огонь. Крыша выгнулась и провалилась внутрь, пропадая в фонтане искр.

Термит на цистерне дал свою ноту: узкий белый столб выстрелил вверх, на мгновение превращая всё вокруг в ослепительный негатив. Даже через насадку Пьер зажмурился.

На площадке люди загорелись яркими пятнами: кто-то рванул к воротам, кто-то отскочил. Один из часовых у ворот просто исчез в вспышке, будто его стёрли. Другого швырнуло на землю.

— Контакт, — хрипло сказал Рено. — Несущая села, крыша ушла. Всё, как на картинке.

В деревне ночь взорвалась криками. Женский протяжный, следом второй, третий. Собак будто сорвали с цепей. Хлопали двери, кто-то стрелял в воздух.

— Пошли, — резко сказал Маркус. — Не тормозим. Сейчас начнётся.

Пьер перевёл прицел к полю.

— Вижу троих, бегут из деревни к складу. Без оружия или с коротким. На поле не смотрят.

— Не трогаем, — отрезал Маркус. — Пусть бегут в огонь.

С крыши кто-то попытался сбежать. Яркое пятно отделилось от общего пламени и побежало к лестнице.

Прицельная марка легла на грудь. Выстрел. Фигура дёрнулась, перелетела через перила и исчезла в пламени.

— Минус один с крыши, — сказал Пьер.

— Принято.

Пьер отметил двоих, которые двигались «правильно»: не к огню, а дужкой, к кромке поля.

— По правому флангу двое, идут на перехват. У одного длинный ствол.

— Если подойдут близко, снимай, — сказал Маркус. — Нам дуэли не нужны.

Пьер взял первого у забора. Второго поймал на бегу, развернуло и швырнуло к стене.

— Минус два.

— Дальше не трогаем, пока сами не полезут, — коротко сказал Маркус.

Они ушли за перелом и начали спуск к вади. Там было прохладнее и теснее, запахи менялись: пыль, камень, старая сырость. Русло вело к морю, как чёрная трещина.

На пляже их ждал катер, тёмный корпус качался в двадцати метрах от берега.

— На месте он, — бросил Трэвис вниз. — Целый. Дырок не вижу.

Марио стоял на палубе, сигарета красным огоньком мигала в темноте.

— Я уж решил, вы там передумали, — сказал он, когда первый добежал до воды. — Смотрю: свет, хлопки, шоу на весь берег, а вы всё не идёте.

— Двигай ближе, — выдохнул Маркус. — Без понтов.

— Вода вам по пояс. Дальше сами. Я вам не круизная линия.

Они заходили в воду по одному. Штанины намокали сразу, броня тянула вниз. Волна шлёпала по животу, катер подпрыгивал навстречу. Один оступился, выругался, но его тут же подхватили за жилет и вытянули.

— Все на борту? — громко спросил Марио. — Или кого-то оставить местным на воспоминание?

Маркус быстро пересчитал.

— Джейк?

— Здесь.

— Трэвис?

— Живой, к сожалению.

— Рено?

— Тут.

— Карим?