Кроме традиционных методов защиты в купюры, начиная от червонца и выше, будет внедряться микрочип. Тоже на гибкой полимерной основе. Предполагается, что наш банк купюру примет и заменит на новую, даже если в результате катаклизмов от неё останется один этот микрочип. Валюта Луны будет очень дорогой, поэтому защита нужна многослойная и труднопреодолимая даже для высокоразвитых государств.

— Что с чековой книжкой?

Елистратов приободряется. По одной этой реакции можно понять, что всё в порядке.

Мы идём тем же путём, что проходил ввод евро. Сначала безнал, наличность ввели много позже. Всё правильно, её накопить надо, производство должно быть отлажено.

Чековая книжка тоже очень непростая. Без хозяина она не откроется, есть возможности её быстрого уничтожения и подачи сигнала в банк о насильственном получении чека. Не терпится заиметь такую и ходить, как Мистер-Твистер.

6 июля, пятница, время 17:40.

Москва, ул. Воронцовская, квартира Тихомирова.

— Вот таким образом всё устроено, — откидываюсь от монитора.

Наслаждаюсь впечатлением, произведённым на Верочку. Казалось бы, что такого? Видеокамеры, датчики движения, сброс видео в облако или по указанному адресу в сети — всё это давно известно.

Моё собственноручное ноу-хау — личная охранная система в квартире. Все видеодатчики замаскированы. Их можно обнаружить, но надо постараться. Поначалу столкнулся с проблемой перерасхода электроэнергии. Компьютер следовало держать включённым постоянно, на него всё завязано. Но эта проблема — не проблема. Ещё один управляющий узел, который включает компьютер по сигналу от датчиков движения. После этого мощность потребления упала до нескольких ватт.

— Есть одна уязвимость, которую я пока не обошёл. Не успел. Если отключить электричество, то система работает в усечённом состоянии. Идёт только тревожная эсэмэска на указанный номер, видеокамеры работают в автономном режиме с записью в собственные накопители. Но их хватает на час, так что…

— Всё равно здорово, — восхищается Верочка. — И ты мне всё это отдаёшь?

— Слишком сильная привязка к месту. Ещё мне тупо лень демонтировать, упаковывать и везти всё на Байконур. С риском разбить компьютер по дороге.

— Тем более там своя система охраны, — кивает Верочка. — Не хуже, чем в элитных ЖК.

Далее объясняю, как пользоваться:

— Запускаешь вот эту программу, — навожу курсор на незаметный файл и уступаю место.

Вера берёт всё в свои руки, ссылаясь на то, что моторная память — самая надёжная. Хм-м, она права. Записывает себя, лицо и голос. Когда программа требует парольную фразу, я выхожу и увлекаю за собой Наташу, которая с огромным любопытством наблюдает за нами.

Сидим на кухне, пьём кофе с круассанами и бисквитами. Сегодня позволил себе доставку.

— Завидую вам, — вдруг заявляет Верочка. — На Байконур уезжаете. Начинаю жалеть, что в своё время решила в Москве остаться.

— В Москве не так уж плохо жить, — улыбается Наталья.

— Неплохо, — вздыхает будущая хозяйка моей квартиры. — Только Байконур сейчас — центр самых главных событий. Столица мира.

10 июля, вторник, время 14:10 (мск).

Космоплан «Тайфун», Атлантика.

— Эдита, давай хоть разок попьём кофею вместе? — первый пилот ласково и уверенно кладёт руку на коленку потрясающе красивой девушки, второму пилоту.

Получив в ответ дежурно приветливую улыбку, не разочаровывается. Подмигивает и уходит. Настоящий плейбой, неунывающий и не сдающийся. Только при мне раза три заигрывал с Эдитой, не пропуская штурмана Эльзу. Облик у него соответствующий. Рослый, на пару сантиметров выше ста восьмидесяти сантиметров, русоволосый блондин с серыми глазами, гибельными для девичьих сердец. Многоопытный казанова, весь арсенал охмурения которого неожиданно дал тотальный сбой. Море обаяния блестящего молодого человека не в силах затопить моих девочек.

Немало удовольствия доставляют такие сцены. С таким же успехом Саша Окулич мог попытаться соблазнить мраморную статую. Или даже большим. Говорят, у Пигмалиона это получилось.

Цель, конечно, не в том, чтобы забавляться реакцией окружающих на наших девчонок. Это так, побочный эффект. Смысл в сохранении тайны. А ещё у девчонок формируется блок паттернов межгендерного общения. Пока обходятся дежурными улыбками, но ребята Пескова наверняка что-нибудь придумают. Подозреваю, с наслаждением.

Саша в процессе своих ритуальных танцев вокруг Эдиты становится похожим на слепого глухаря. Не замечает воткнутого кабеля в запястье девушки. Подключение к системам корабля скрытое, конечно. Через подлокотник кресла. Но если задаться целью, можно заметить странности. Вот еще причина не останавливать Сизифов труд дон Жуана. Пусть себе токует, крепче спать будет.

— Эдита, посадку отследи с максимальным вниманием.

Девушка слегка кивает. Приказ излишний, андроиды и так проинструктированы, для того летают с Окуличем почти полгода. Перенимают опыт. Но ничего, много не мало. Дублирование приказа усиливает его. Так у них заложено.

Отхожу в зону отдыха. Тоже не помешает кофе попить.

— Подумываю продлить с вами контракт, — безмятежно заявляет Окулич, глядя на меня ясными глазами. — Только вам надо гонорар повысить. Процентов на двадцать.

— Мы и так тебе полмиллиона в месяц платим. В три раза больше, чем у меня, — наливаю густой и чёрный напиток в маленькую чашку.

— Так ведь есть за что, — парень абсолютно не смущается. — Платить надо тому, кто везёт. Манагеры и не должны много получать. А то взяли моду…

— Справедливо, — соглашаюсь и закрываю глаза, чтобы сосредоточиться на вкусе напитка.

Горячая струйка пронизывает меня насквозь.

— Только я — не манагер, — открываю глаза и легонько хлопаю по стенке. — Я тот, кто сконструировал этот аппарат. Не я один, конечно, врать не буду, но я — тот самый Главный Конструктор.

— Вроде Королёва? — парень улыбается с еле уловимой насмешкой.

— Королёв — наша история, икона и легенда, — снова соглашаюсь. — Но между нами, мальчиками, говоря…

Наклоняюсь к нему и перехожу на шёпот:

— В сравнении со мной он мелко плавал.

Возвращаюсь в прежнее положение и к своему кофе. Делаю пальцем заговорщицкое «тс-с-с»:

— Только это между нами.

Парень слегка шалеет. Чувствую, как его шарики в голове начинают лихорадочно крутиться. Возразить не может. Первый орбитальный полёт, первая женщина в космосе, первый выход в открытый космос, за Сергеем Павловичем целый ряд эпохальных достижений. Но высадка на Луну и начало её уверенной колонизации — следующая ступень экспансии в космос. Реализация мечты того же Королёва. Даже не упоминая «Оби».

Смотрю на экран, показывающий светящейся точкой наше местоположение на карте западного полушария. Приближаемся к Малым Антильским островам. Наш космоплан своей аномально высокой скоростью рушит все шаблоны. Обычно, когда самолёты летят на запад, они отстают от вращения Земли. Поэтому могут по местному времени прилететь на два-три часа позже вылета, проведя в полёте шесть-семь часов. С нами не так. Скорость такая бешеная, что пришлось вылетать после обеда, чтобы прибыть на Кубу утром.

В процессе экспериментов и продумывания конструкции «Тайфуна» мы отказались от водорода. С огромной болью в сердце. Ах, если б исхитриться в кубометр запрессовать не восемьдесят килограмм водорода (жидкого), а восемьсот! Но, лорды! Как это сделать⁈

Как обычно, нашли промежуточное решение. Используем авиационный керосин, но не просто так. Загоняем в него под давлением наш любимый водород. Он неохотно там приживается, но под высоким давлением и при низкой температуре становится сговорчивее. Слегка и при не слишком низкой температуре, ведь керосин замерзает и густеет при сорока — сорока пяти градусах ниже нуля.