Сумма взноса, который вменяется в обязанность каждой стране, рассчитывается исходя из размера ВВП. Список стран с указанием размера ежегодного платежа в Приложении № 1.
Члены ООН обязаны и имеют право:
1. Принимать участие в плановых заседаниях и работе общей Ассамблеи, комитетов, комиссий и аффилированных структур. При постановке любого вопроса на голосование принимать участие в нём в обязательном порядке. Отказ от голосования недопустим.
Члены ООН имеют право:
1. Подавать на рассмотрение общей Ассамблеи, комитетов и комиссий любой вопрос, который считают важным для всего мира или региона.
2. На защиту от незаконной агрессии со стороны любых государств, членов или не членов ООН. Защита осуществляется за счёт возможностей государств — членов Высшего Совета ООН. Все остальные члены ООН обязаны оказывать международным силам Высшего Совета ООН любое запрошенное содействие.
Санкции по отношению к членам ООН.
В случае нарушения государством — членом ООН Устава ООН и других директивных документов предусматриваются следующие санкции:
1. Понижение рейтинга, который влияет на очерёдность рассмотрения любых заявок. Система рейтингов в процессе разработки.
2. Финансовый штраф.
3. Лишение права голоса на определённый или неопределённый срок.
4. Лишение права на суверенитет. Указанная мера может применяться только в случае тяжелейших преступлений против человечества и при соблюдении особой процедуры.
5. В случае незаконной военной агрессии Высший Совет ООН оставляет за собой право на применение силы к агрессору.
30 июля, понедельник, время 09:40
Окраина Канска (Красноярский край), МП «Эласт-Силикон».
— Вы кто такие? Как сюда попали? — всполошился средних лет человек за начальственным столом.
Сначала секретарша кудахтала, теперь этот. Кажется, даже плацдарм у лба, с которого начинает своё победное наступление лысина, розовеет от негодования. Не слишком уверенного. Это у моей ударной группы уверенности через край. Кроме Кости Храмова и его помощника со мной спец из группы сборки Анжел Антон, финансист Кеша, другие официальные лица в составе дяди Фёдора и двух офицеров ФСБ в штатском. Пара моих девчонок, златовласка Фрида и медно-рыжая Грета, разумеется, тоже.
— Вышников Владимир Борисович? — Мы деловито рассаживаемся за приставленным столом, я и Костя ближе остальных.
Мои девочки разошлись по сторонам, взяв под контроль вход и всё остальное пространство.
— Я-то Вышников, а вы кто?
— Делаете вид, что не узнали? Сделаю вид, что поверил. Колчин Виктор Александрович, генеральный директор агентства «Селена-Вик». По какой причине мы здесь, объяснять?
Как в калейдоскопе, в глазах мужчины мелькают эмоции. Растерянность, опаска, упрямство, раздражение. За дверью в приёмной слышится какой-то шум. Вышников дёргается в отличие от нас. Небольшая территория предприятия блокирована со всех сторон, кабинет директора тоже.
— Вы чего-то ждёте? — подталкиваю директора к конструктивной беседе.
— Э-э-э…
Терпеливо жду, когда он закончит мекать.
— Виктор Александрович, всё равно не понимаю, к чему ваш такой неожиданный визит. Всё ведь можно решить обычным порядком…
— А что вы видите необычного в нашем приезде? Вы дважды нарушили договор, имеем право и хотим знать, что происходит.
— Да ничего особенного не происходит, Виктор Александрович, — Вышников нагнетает в голос максимальную убедительность. — Просто совпали по времени расходы разного рода, выросли издержки. Нам бы договор перезаключить…
Убедительность в последних словах непринуждённо меняется на мольбу:
— Увеличить цену хотя бы процентов на двадцать…
— По нашим подсчётам, — вовремя в разговор вступает мой финансист Кеша, — рентабельность вашего предприятия достигает восьмидесяти процентов. Я просто не понимаю, как надо вести дела, чтобы провалиться при таких доходах.
— Ваша оценка сильно приукрашивает наше экономическое положение, — Вышников потихоньку приходит в себя, голос становится уверенным.
— А вы нас опровергните, — Кеша продолжает давить. — Вызывайте сюда вашего главного бухгалтера с квартальными отчётами за предыдущий период. Прежде всего отчёт по прибылям и убыткам.
Директор отчётливо сереет лицом, но берётся за телефонную трубку. Набирает номер, а в ответ только гудки.
— Не отвечает, — пожимает плечами, — наверное, вышла куда-то. Она в налоговую сегодня собиралась.
Хмыкаю, но не успеваю ничего сказать. Мой Кеша вступил на тропу войны и сходить с неё не собирается. Одобряю.
— Отчёт за полугодие покажите. Он у вас должен лежать.
Глаза директора вильнули, но с места он не сдвигается. Уже не слежу за ним. Выхожу в приёмную, Грета следует за мной и так же обходит трёх лежащих на полу крепких мужчин с зафиксированными руками за спиной. Мой поклон пластиковым одноразовым стяжкам — ещё одно достижение научно-технического прогресса.
Два фээсбэшника вальяжно расположились на стульях, дядя Фёдор маячит у входа. Десантники, помогавшие приводить всех в чувство, ушли. Подхожу к симпатичной шатенке-секретарше, в глазах которой плещется ужас:
— Милочка, быстренько вызови главного бухгалтера сюда.
Почему-то у милочки это получается. Быстро и без напряжения. Как я и догадывался, Вышников звонил по какому-то пустому телефону. Например, себе домой, зная, что там никого нет.
Заходит блондинистая и стройноногая дама, навскидку лет тридцати пяти. Была б моложе, смело назвал бы красоткой.
— Вы главный бухгалтер? — кивает, я называю себя и начинаю диалог: — Светлана Васильевна, вы сводные отчёты за полугодие директору предоставили?
— Какие отчёты конкретно? — с изумлением дама разглядывает лежащих на полу мужчин и офицеров в штатском.
Те в ответ пристально рассматривают её ножки.
Она что, увильнуть хочет? Зря. Её яркая внешность от репрессий не спасёт.
— Все, какие полагается сдавать. Лично я не бухгалтер, а вы сами должны знать.
Открываю двери в директорский кабинет и, уже не слушая прекрасную и главную бухгалтершу, завожу её в кабинет. Предполагая, что там она попадёт под прессинг Кеши после моего напутствия:
— Иннокентий, эта роскошная дама — Светлана Васильевна, главбух. Пытай её, тряси её, доминируй над ней, делай с ней, что хочешь, но пусть она покажет всё, что нужно.
Кто-то из моих хохотнул, а Кеша как-то смешался. Придётся показать ему, как это делается. Немного. Небрежным движением разворачиваю женщину и слегка подталкиваю. Она плюхается на стул.
— Пойми, Иннокентий, властвовать над красивыми женщинами тупо приятно. Вот и займись этим увлекательным делом, — подмигиваю ему.
Женщина слегка краснеет, Кеша впадает в смятение.
— Владимир Борисович, сядьте сюда, — показываю на стул у окна.
— С чего это вдруг? — директор неожиданно упирается.
В препирательства не вступаю, подхожу к нему и грубо выволакиваю из-за стола. Фрида отводит его к указанному месту, а я начинаю хозяйничать на месте главного руководителя. Через пару минут Кеша и главбух находят общий язык. Женщина отыскивает на полке книжного шкафа нужную папку и ведёт моего финансиста в бухгалтерские дебри предприятия.
В кабинет заглядывает лейтенант, командир командированного со мной взвода:
— Шеф, там какие-то люди подъехали, чего-то хотят и требуют. По виду — важные дядьки.
Глаза и ухватки молодого офицера напоминают ерохинские. Сразу можно сказать, что Тим у своих подчинённых пользуется заоблачным авторитетом, если они стараются ему подражать. Никто их запугать никаким важным видом не сможет.
Займусь. Всё равно мне тут особо делать нечего.
— Фрида, следи за порядком. До моего появления старший — Антон, — этому парню не надо объяснять, как управлять андроидами.
В приёмной уже никого нет. Дядя Фёдор, наверное, уже вытряхивает из подозреваемых всю подноготную. Почему «подозреваемых»? А у него все подозреваемые, даже я когда-то в этом статусе ходил.
