Тут Кларисса меня немного порадовала:
- Босс, отмечаю наличие слабого магнитного поля. На сколько оно стабильно, пока не хватает данных.
- Отличная новость, Клэр! Теперь, хотя бы худо-бедно ориентироваться появилась возможность среди этого бескрайнего мира.
Чтобы понять, где нахожусь я создал поисковый магический конструкт, нечто наподобие летающего глаза и запустил его в небеса. Поднявшись на полсотни метров, заклинание развеялось по какой-то непонятной для меня причине. Даже до верхнего яруса ветвей не смог добраться. Короче, первый блин, по всем канонам бытия, оказался комом.
Второй разведывательный модуль я ваял с большим старанием. Для этого подобрал с земли камень размером с мой кулак. В материальный объект внедрил ряд базовых заклинаний различных аспектов магии. Теперь это уже не просто булыжник, это летающий артефакт, по сути магический голем, способный вести наблюдение за земной поверхностью с высоты птичьего полета, а также транслировать картинку непосредственно в мозг своего создателя.
Запустил в небо изделие рук своих. На этот раз мой «летающий глаз» смог выйти за пределы крон деревьев. Вот только кроме расстилающегося вокруг лесного полога и плоской равнины, откуда я прибыл, ничего более передать не успел, ибо все мои конструкты развеялись, опять же по непонятной причине, а спустя секунд двадцать неподалеку грохнулся о землю и мой камешек. При пролете внутри кроны дерева он несколько раз жестко соприкоснулся с ветвями, чем вызвал нездоровый ажиотаж среди пернатых и прочих тамошних обитателей.
Облом не остановил мой исследовательский пыл. В процессе сканирования территории мой летающий артефакт все-таки успел зафиксировать парочку древесных гигантов, доминирующих над окрестностями. Представить сложно, но эти воистину колоссы возвышались на высоту до полукилометра. Поднимусь на один и попробую глянуть оттуда собственными глазами. А если получится, запущу с вершины дерева магического наблюдателя, авось минуту-другую просуществует. Ничего более продуктивного в голову мне не пришло.
Продвигаться в зеленом лесном полумраке не составляло особого труда. Толстый слой палых листьев, местами обломанные ветки. Однако ожидаемых завалов валежника не было. Лишь один раз мне попалась обширная поляна на месте падения древесного гиганта. Кстати, самого ствола уже не наблюдалось, приличной вмятиной на земле было лишь обозначено место падения. А вот нитей грибниц, а также грибных тел на образовавшейся поляне был видимо-невидимо. На обратном пути к своему временному жилищу непременно насобираю местных «боровиков» и «груздей». Кроме многочисленных грибов и мха на поляне ничего не росло.
Впрочем, подобные вопросы в данный момент меня мало интересовали. Загадочный мир, до сих пор не имевший аналогов, а это значит, что здесь все может быть необычным. Взять хотя бы геоморфологический аспект. По идее, никаких холмов и рек тут быть не может. За время существования этого мира здесь всё должно быть ровно и сглажено. Ан нет, аналоги планетарных тектонических процессов все-таки имеют место. Не удивлюсь, если кроме гор здесь и моря с океанами существуют. Иначе, рекам стекать было бы некуда.
Размышляя о природе вещей, я не забывал и о собственной безопасности. В этом деле я полностью доверял Клэр с её способностью анализировать окружающую обстановку и своевременно предупреждать о представляющих угрозу для моей жизни факторах.
Ничего уж очень опасного до конечной цели путешествия мне практически не попалось. Пару раз Кларисса зафиксировала поджидавших добычу гигантских пауков. Мохнатые, противные размером с крупную кошку. Бр-р-р! Хоть и не страдаю арахнофобией, но представителей отряда членистоногих отчего-то не жалую. От одного их вида меня передергивает. Скорее всего, из-за инстинктов, доставшихся нам от древних предков.
Если кто-то думает, что я тут же занялся активным уничтожением пауков, тот глубоко заблуждается. Я здесь не хозяин, а всего лишь гость. Поэтому не мне тут устраивать разборки. К тому же, в моем внепространственном хранилище осталось всего двенадцать полных магазинов с иглами, плюс то, что не израсходовано в самих игольниках. То есть, примерно тысяча триста керамических стрелок. На первый взгляд, вроде бы, много, вот только неизвестно, сколько времени мне придется здесь торчать и сколько реально опасных монстров пожелают полакомиться моей тушкой.
Знать, как оно обернется, прихватил бы что-нибудь более существенное. С другой стороны, у меня на руках пара добротных полицейских игломета «Удар». Что б я делал, будь на их месте «Нахтигаль», «Кляйне Роза», «Клио», или еще какое немощное убожество для дамских сумочек и кобур скрытого ношения оперативных сотрудников спецслужб? А еще, в самое ближайшее время мне необходимо озаботиться созданием боеприпасов. Артефактор я или где? В процессе отстрела боеприпасов магазины будут освобождаться. Остается найти подходящие материалы для изготовления игл, а также над магазинными накопителями маны основательно пошаманить.
А еще со мной магия. Я ж универсал. Оно хоть в местных условиях чародействовать затруднительно, но все-таки огнешар-другой создать я способен, ну или молнией зафигачить от души, воздушным или водным лезвием озадачить противника. Магию необходимо прокачивать даже в неблагоприятных условиях избыточного магофона.
Интересно, бывает так, чтобы неугомонная башка ни о чем не думала? Ну хотя бы о вещах неактуальных на данный момент? Стоит лишь чуть-чуть отпустить «удила», тут же всякая хрень в голову лезет.
Ага, вот и конечная цель моего недолгого путешествия. Вот это, я понимаю, древо! Таких гигантов, насколько мне известно, ни в одном из освоенных обеими ветвями человеческой расы миров не существует. Пара сотен метров – предельный максимум. А тут половина километра. Диаметр ствола на уровне моей груди полсотни метров. Это сколько же потребуется мужиков, чтобы охватить деревце?
Благо кора оказалась основательно испещренной длинными продольными и поперечными трещинами, в которых свободно помещались пальцы рук. Неприятным моментом оказалась густая липкая смола, истекающая из поврежденных мест, нанесенных непонятно кем и когда. Впрочем, выходы смолистых веществ на поверхность имели фрагментарный характер и легко обходились мной в процессе подъема.
Нижний ярус ветвей располагался на высоте полусотни метров. До него я добрался минут за двадцать. Дальше пошли ветки более часто, по ним подниматься стало значительно легче. Вообще-то «ветки» как-то слишком уж скромно. Скорее, целые рощи полноценных деревьев растущих параллельно земной поверхности.
На высоте сотни метров меня поджидала первая неприятность. Стая «хомяков» каждый размером с крупного пса посчитала меня персоной нон грата на их законной территории. Твари оказались хоть зубастыми и когтистыми, но уж очень неуклюжими. Мне они никакого вреда не нанесли. Десяток же их после мощных ударов моих ног и рук полетел с душераздирающими воплями к земле. По характерным шлепкам, донесшимся до моего слуха снизу, им категорически не повезло. Гравитация, мать её.
Убедившись в собственной неспособности избавиться от непрошенного гостя, «хомяки» разбежались по ветвям, откуда внимательно наблюдали за моими действиями.
Иных неприятностей я им не доставил. Полез дальше.
По пути анализировал получаемую информацию. Как оказалось, дерево не только дом, но и стол для многочисленных пернатых и лохматых местных обитателей. Что удивительно его ветки находятся в различных стадиях плодоношения. Если одна ветвь размером с громадное дерево едва не ломится от густо усыпавших её зрелых плодов, на другой только-только формируются бутоны, а на третьей активно наливаются соками зеленые завязи.
По рекомендации Клэр я сорвал один из зрелых плодов, напоминающий по форме звездчатый фрукт. Парочка деревьев карамболы произрастала в саду моего деда. Во время вызревания меня было не оттащить от них, настолько вкус этого плода мне нравился. Здешняя «карамбола» меня не разочаровала. После тщательной проверки плод был одобрен нейросетью в качестве полезной и здоровой пищи, богатой углеводами, белками, жирами и даже витаминами. Пришлось сделать остановку. Местный «звездчатый фрукт» хоть и не был похож ни на один известный мне плод, тем не менее он оказался весьма приятным на вкус. В меру сладок, с легкой кислинкой, к тому же обладал непередаваемым запахом.
