Да ведь⁈

Осталось только дождаться награды от Князева и снова вырасти. А то ишь ты, Кате не нравится, что я стал меньше. Да будто я кайфую! Раньше я мог выставил руку, взять её за лоб, и она бы до меня не домахнулась. А щас что? Сдачи даст! Оно мне надо? Нет.

И тут, на мыслях о битве с женским полом, меня внезапно обрадовали.

Реально внезапно.

«Пользователь, колония готова»

«О как. Это ты вовремя, хе-хе», — я ехидно потёр ручки, — «Что поможет мне прогрессировать?»

«Для начала напомню о возможности поглощать источники энергии — у вас колония второго уровня в пищеварительной системе. Вы буквально способны есть батарейки»

«ЧО, реально⁈»

«Да…», — не, отвечаю, он внатуре меня за дурака считает, — «Больше, увы, предложить не могу — ни ядро, ни энергосистему я улучшить не могу, а кожа и пищеварительная система у вас и так улучшена»

«Хм-м-м…», — нахмурился я, — «А что если… о, хе-хе, я знаю куда её устроить!»

Да, есть место, которое я давно хотел улучшить. Нет, не в районе паха. Что-то лучше. Куда… куда лучше. Это мало того, что косвенно поможет качаться, так и в теории сделает меня сильнее и круче прям на месте!

Ха. Ну точно! Я знаю куда я пристрою колонию!

А я ещё и вычитал об интересной технике «Кайлас» в книжке Ахерона… у-у-у! Это типа проектирование Эфирного Плана! Типа… мир свой строить короче! Как гору воздвигать!

Нафиг грусть! Грустят только дураки и несчастные! Я несчастен? Теперь нет! Я дурак? Возможно… Но я выбираю быть счастливым дураком!

Тем более… тем более!..

Ох, ну какой же денежный мешок появился в нашей компашке! Муаха-ха-ха!

Не, конкретно Я — ни еврорубля не возьму! Но-о-о… хе-хе-хе, я буду ооооочень хорошим учителем!

«Динь-донь», — прозвучал звонок.

Я встал, уверенно накинул рюкзак и положил руку на плечо Никифорова. Он дёрнулся.

— Ч-что… уже выгоняете⁈ — испугался парень.

— О, нет. Наоборот! — хитро улыбаюсь, — Скажи, ты любишь крысок?

— Ам…

— Ты — любишь крысок.

— Я… люблю крысок, — вздохнул он.

— Ты любишь спонсировать старые, но душевные спортивные залы и покупать новое оборудование для лучших тренировок?

— … наверное, теперь, да…

— А ещё я тут вспомнил… — улыбаюсь всё шире, — Твой род там энергокристаллы добывает, да?

Ну что, Лёша. Хочешь быть моим учеником? Я не против. Я буду учиться сам, и обучать тебя! Ты пойми… для хорошей учёбы нужны средства. А ты думал ром для вуду с воздуха возьмётся⁈ Не-е-е, на это только Барон способен. Но он в запое, так что не даст.

Никифоров доказал, что без шуток — он может стать другом. Он болван, но разве у меня могут быть нормальные друзья? Но если он ТАК хочет потратить деньги…

То пусть потратит их на благое дело? На зал, благотворительность…

Ну и немножко на меня, хе-хе.

Возьмём рыжего в оборот!

За день до этого.

В коридорах тюрьмы строгого режима становилось холоднее. Воздух густел, тени начинали ползти по стенам, словно живые, а заключённые в камерах беспокойно ворочались, чувствуя чьё-то присутствие. Что-то тёмное. Что-то древнее.

Император шёл по коридору без охраны. В этом не было необходимости. Если в мире и есть что-то сильнее его, то вряд ли даже храмовники помогут в этой битве. Начальник тюрьмы, Владлен Георгиевич, едва поспевал следом, крепко прижимая к груди папку с личными делами.

— Сколько? — спросил Виктор.

— Тысяча пятьсот сорок два. Оставшихся доберём с сибирских рудников.

— Отлично. Но, полагаю, впритык упираемся?

— Увы, — вздыхает начальник, — Все резервы истощаем.

Убийцы, похитители, насильники — каждый заслужил свой приговор. Раньше их просто казнили, но с приходом нового Императора всё изменилось.

Ведь для ритуалов нужны жертвы, а Виктор — Король Ритуалов.

Император остановился у одной из камер. Внутри, скрючившись на койке, лежал человек в оранжевой робе. Один из той группы, что похитила детей из лагеря. Лидер. Именно он воплотил план, и допрос это подтвердил.

Больше, чем тысяча восемьсот человек. Официально они будут казнены — бумаги уже готовы. А их истинная судьба… что ж. Они сами выбрали свой путь.

Тени продолжали извиваться по стенам, а температура падала всё ниже. Заключённые в камерах начинали дрожать. Не от холода — от ужаса. Животного, первобытного страха перед чем-то, чего они не могли понять.

— Пап!

И тут тьма рассыпается! Император, вскинув брови от внезапного высокого голоска, повернулся на прохвостку.

— Дочь, ты что здесь забыла?

— Мне нравится смотреть на мучения плохих людей, — пожала она плечами, — На, тебе письмо. Передаю.

Дочь Виктора… была, скажем так, необычной девочкой. Поэтому он больше удивился именно письму, а не маниакальным наклонностям любимой дочурки, которая уже весело ускакала вглубь подземелья.

"Ваше Императорское Величество!

С превеликим почтением обращаюсь к Вам по поводу лучшего мальчика во всей Империи, Михаэля.

Как матери мне крайне прискорбно наблюдать, как мой сынок грустит после недавних событий. Потеря сил и регресс развития весьма плачевно сказались на его душевном состоянии, не говоря уже про его вечные переполохи!

Учитывая его неоценимый вклад в защиту наших граждан и очередное самопожертвование, прошу рассмотреть вопрос о скором предоставлении ему награды, соответствующей его заслугам.

С уважением и надеждой на понимание,

Анна Кайзер"

Виктор усмехнулся. Забавная семейка, всё же. Но Анна права — если ребёнок грустит, то награда может скрасить его настроение. Надо бы не тянуть.

Тёмный Император двинулся к выходу. За его спиной тени продолжали извиваться, а в камерах заключённые, сами не понимая почему, начинали молиться. Но было уже поздно. Их судьба была решена в тот момент, когда они совершили свои преступления.

И теперь… они послужат своей стране.

В последний раз.

В моих руках была коробка с половину меня. Я уже хотел её вручить, хотел обрадовать! Но первое что я увидел, зайдя в квартиру — вот это: мама замерла, держа конверт дрожащими руками, её глаза расширились, а губы беззвучно шевелились, перечитывая строки снова и снова.

— Три… в любой… точке… — пробормотала мама.

Эм… не это я ожидал увидеть. Вообще не это.

«Рой, анализ эмоционального состояния», — мысленно прошу я наномашины.

Что-то странное творится с мамой. Она явно в шоке, но не в плохом. Скорее… ошеломлена?

«Согласно анализу, фиксирую повышенный уровень дофамина и адреналина. Эмоциональное потрясение позитивного характера»

Мама медленно подняла голову, переводя взгляд с папы на меня. В её глазах плескалось что-то среднее между восторгом и неверием. И даже комично огромную коробку в моих маленьких ручках она не заметила.

— Это… это письмо от Императора, — пробубнила она.

Теперь переглянулись и мы с батей.

— Он написал, что знает о нашей цели накопить на особняк. Мы же через несколько месяцев станем аристократами, — продолжила мама, всё ещё пребывая в шоке, — И поэтому… в качестве награды за заслуги Михаэля, Император… оплатит три любых особняка в любой точке по нашему дизайну и выбору.

Хотелось почесать затылок как полный болван, но руки были заняты.

Чтоп, сто?

Я же правильно услышал? Я же не дебил?

— Погоди-погоди. Wait a minute, — папа поднял руки, — Ты хочешь сказать…

— Бюджет не ограничен! — мама взмахнула письмом, — Можем строить хоть дворцы! Хоть… хоть замки! В горах, у моря, в столице — где захотим! Не, конечно, это не подразумевается, и лучше не наглеть, но всё равно! Любая. Точка. Страны!

Я смотрел на родителей и не мог поверить своим ушам. Три особняка? Без ограничения бюджета? В ЛЮБОЙ ТОЧКЕ⁈ Да это же…

— Мы можем жить где угодно, — прошептала мама, и её глаза заблестели, — Можем построить дом мечты. И не один!