— Пу-пу-пу… — затопал я ногой, смотря на людей, — Пу-пу-пу…

Голова загудела. Будто десятки голосов, будто шум толпы начал закладывать уши.

Если я останусь — я выживу. Я гарантированно выживаю в этом кошмаре! Мне можно вообще не беспокоиться! Уверен, Вивьен тоже. Макс, наверное. Мама и папа — они дальше меня от эпицентра.

— Пу-пу-пу…

Я прикрываю глаза. Громко. В голове слишком громко. Это не голоса. Это… мои мысли. Много. Очень. И все разом.

«Зная, что есть шанс всё предотвратить, и я как всегда единственный на это способен — я буду спать спокойно?», — удары ногой ускоряются, — «Или лучше сидеть? А если до конца жизни буду себя винить? Хотя почему я? Почему не виню при всех бедах? Что за лицемерие?», — сжимаю челюсть, голоса всё громче, — «Но я ведь могу и знаю как…», — поджимаю губы, — «А если умру… если мама будет плакать… если жизнь закончится… а если… а…»

Громко… громко… ДА КАК ЖЕ ГРОМКО!

— Мыа-а-а! — я замычал и со всей силы закрыл уши.

Сжал так сильно, что всё зазвенело, а сотня тараканчиков в голове, таскающих мысли, с шоком замерли от ярости хозяина!

Тишина. Такая спокойная… умиротворяющая тишина. Даже люди замолчали.

И на этом фоне… Тик. Тик. Тик. Часы. Хоть я и закрыл уши, но всё равно их слышу.

А ведь точно. У меня же есть советчик. Что на это скажет Порядок и потоки злой судьбы?

«Я не буду помогать. Я выбираю безопасный вариант».

Тик. Тик. Тик.

Без изменений. Судьба не меняется. Часы отбивают предначертанный ритм.

«Я — рискну и попытаюсь убить мужика до пришествия Повелителя Мух»

Т-т… т-т-т… т…

Что… серьёзно? Вы издеваетесь? Стрелка не то что виснет, она… даже не прокручивается. Её настолько заклинило, что она не может сделать ни единого поворота!

Я чувствую… думаю… нет, я знаю — этот выбор не просто поможет избежать судьбы, которой я не желаю.

Этот выбор — один из основных во всей моей жизни. Прямо сейчас.

Либо гарантированная безопасность, и я остаюсь на пути, которого всей душой не желаю. Либо риск умереть, но при успехе, быть может… я просто создам себе будущее, которого желаю.

Я протяжно выдыхаю и медленно отвожу руки от ушей, открывая глаза. Все, естественно, на меня смотрели. Я ведь замычал как долбанутый.

Снова выдыхаю.

— Понятно… — вздохнула Вивьен.

— Что тебе понятно?.., — пробормотал я.

— Да по морде твоей всё понятно. Ну какой настырный, противный, несносный мальчишка! — хмыкнула она, потирая глаза, — Юный спаситель нашёлся, без пяти минут карапуз!

— Не только других я спасаю. Но и себя.

Она покачала головой, затем снова вздохнула и, хмурым взглядом пару секунд посмотрела на потолок.

— Тогда вот тебе совет — готовься платить, — сказала она тихо.

— Хм?

— Чумной Король ВСЕГДА забирает своё. И если ты не успеешь… если прервёшь ритуал, а он УЖЕ явился — готовься с чем-то расстаться, — она на меня посмотрела, и… печаль мелькнула в её глазах, — Чем ты готов пожертвовать, и чего лишиться? И хватит ли этого?.. Подумай заранее. У тебя минут тринадцать до прихода Повелителя Мух.

Я нахмурился.

Она с ним связана. К гадалке не ходи — Вивьен прекрасно понимает, о чём говорит. Не думаю, что она и призвала, но о Чумном Короле она явно знает не понаслышке.

Платить, если не успею?

Да я и так заплачу, если не сделаю. Жизнью, судьбой и психикой.

— Хорошо, — киваю, — Макс, я пойду. Я попытаюсь это предотвратить. Я уверен, что смогу, и… у меня есть свои причины. Очень серьёзные. Я должен попытаться, — сжимаю кулак.

— Что-ж… — хмурится он, на секунду задумываясь, — Марк бы велел тебя задержать. И был бы прав. Лучше тебя не выпускать. Но… — он качает головой, — У меня был позывной «Божья Коровка». Типа удачливый. Забавно, но суть в ином — по повериям, каждая точка на божьей коровке — неудача, которую она забрала у другого. В этом весь я. Удача у меня отрицательна. Но не у всех вокруг, — он присел, нахмурился и взял меня за плечо, — Расширению Территории я тебя не научу. Пока не сможешь. Но… время ограничено и нужно быстро бежать, говорите? — хмыкнул он, — Микаель, как у тебя с координацией?

— Хорошо… — неуверенно отвечаю, — Очень даже…

— Ты знаешь, кто супергероя «Флеш» и в чём его сила?

Спустя несколько минут. Холл младшего блока.

— Спокойствие! Сохраняем спокойствие! — кричала Катя, — Не паниковать! Вы только делаете всё хуже!

Дети, осознавшие, что связь блокирована, на помощь никто не идёт и родителей не позвать — во всю ревели. Кто-то, однако, уже проревелся заранее, и теперь просто сидел в углу, поджав ноги и громко всхлипывая.

И как здесь не паниковать⁈ За окном, прямо за барьером — орды мух! Они летят сюда, они прижигаются к коже, да так, что невозможно содрать! И ещё… какой-то ребёнок слышал доклад охраны, что мухи — истощают барьер!

Как тут не плакать младшеклассникам?

— Ребята, успокоиться! Всем успокоиться! — ходил Никифоров, — Эм… к-каждому, кто успокоиться — тридцать тысяч!

На удивление, на пару детей действительно сработало — услышав, что можно не плакать и получить деньги, они вытянули ручонки и со всех сил пытались сдержать слёзы и сопли.

Но не у всех есть столько веры.

— Да с чего нам успокоиться⁈ Нас убьют! Нас съедят! Сожрут нас! — плакала девочка, — Кто нас спасёт! Тебе-то откуда знать, Катя⁈

— Я… ам… я верю! Да! Вот! Есть информация от знающего человечка, что скоро всё закончится!

— Да от кого? Ну кто это может знать⁈ — не верили дети.

— Ам… — Катя терялась, — Ну знающего! Умного. И… и важного. И… ещё… ам… — она начала бубнить и краснеть, — Ай, короче, какая вам разница⁈ А ну хватит ныть! Важные люди всё решат, и никакие мухи нас не сожрут! Главное не бухтеть, и ждать, пока… пока нас…

Краем глаза, всего на секунду, её взгляд зацепился за приметный тёмно-серый цвет. Это была чья-то макушка, чьи-то волосы. Катя сначала не обратила внимание, но вспомнив, что такие волосы только у одного человека, она медленно повернулась на окно.

На улице стоял Михаэль. Стоял согнувшись, как перед спринтом. Без куртки, только в рубашке, шапке и кроссовках.

Перед ним стоял Макс Хён с задранной рукой.

«Что за…»

И не успела Катя подумать, как Макс резко опускает руку, от Михаэля исходят фиолетовые молнии, и он, взбив ногой землю просто вылетает из барьера! Из безопасной зоны!

Грёбанный первоклашка рванул прямо в центр апокалипсиса!

Катя выпучила глаза.

Ба-бах! Где-то вдалеке слышится громкий звук помятого автомобиля, и следом едва различимое:

— Ай, б*я-я-я-я-я-я!

Следом глаза выпучил и Макс Хён, который смотрел в спину Михаэля.

Катя медленно поворачивается вбок и видит Никифорова с точно такими же глазами, который тоже за этим всем следил.

— Он чё… прям туда выбежал?.., — пробормотала она.

— Нам жопа.

Прежде чем рассказывать, как я влетел в машину, расскажу, как к этому пришло.

— Всё запомнил? — спросил Макс.

— Угу, — кивнул я, прыгая на месте.

Я разминался, как учили на тренировках. Прыжки, растяжка, разогрев мышц. На ногах кроссовки, на голове — шапка с помпоном. Но ни куртки, ни тёплых штанов, ибо сейчас они лишь помешают.

Помешают чертовски быстро бежать.

«Рой, расчёт расстояния до эпицентра», — я вставал в низкую стартовую позицию.

«Примерный расчёт — меньше, чем три километра»

Три километра… и всего пять минут для ребёнка, что хочет изменить свою судьбу.

— Помни, Микаэль — не заворачивай, сильно не разгоняйся, и всегда… ВСЕГДА заранее ищи, во что влететь. Поверь. Просто держи в уме, — Макс смотрел в сторону выхода, — Это векторное ускорение, оно не создано для поворотов. Запомнил?