Если бы я не услышал его недавний разговор, мог бы принять все эти расшаркивания за чистую монету. Лицедей, однако, еще тот, ни в жизнь не подумаешь, что за маской достопочтенного гражданина скрывается форменный кусок собачьего дерьма. Ничего, я ведь тоже не лыком шит и отомстить сумею достойно. Но пока делаю вид, что рад встрече и ни о каких махинациях за моей спиной ни сном ни духом.

Не вдаваясь в подробности нашей встречи, скажу лишь, что она продлилась около часа. За это время мои имя и фамилия были официально вписаны в столбцы «Бархатной книги» дворянских родов Российской Империи. Теперь я Коринфский-Полубояринов официальный владетель всего движимого и недвижимого имущества древнего аристократического семейства греческого происхождения, родоначальник которого за особые заслуги перед Российской Империей был пожалован в графское достоинство более шестнадцати веков назад сыном Петра Великого Алексеем Петровичем.

Всю эту информацию вывалил на мою голову Дмитрий Афанасьевич.

По большому счету, процедура регистрации, никаких преференций мне не давала, поскольку главным и неоспоримым доказательством моего высокого положения является магический перстень на моей руке.

А еще вопрос о наследовании в случае моего преждевременного ухода из жизни завис в воздухе, понятно по какой причине. Ну нет у меня пока человека, которого я могу назвать своим преемником. Ну и ладно, покидать этот бренный мир я не собираюсь еще очень долго, поэтому и нет нужды в официальном наследнике. Так и сказал «генералу». Тот на мои слова лишь хмыкнул:

— Ну что же, в таком случае предлагаю оставить очередность, утвержденную Альмансором Фаттаховичем.

— А кто, позвольте узнать, первый претендент? — В принципе я уже знаю ответ на этот вопрос, но все-таки захотелось получить официальное подтверждение.

— Тэ-экс, — чиновник сделал вид, что напряженно копается в виртуальных архивах своего ведомства, аж глазки закрыл от усердия. — Ага! Вот оно! — Спустя минуту, «поисков» воскликнул он: — Граф Золотов, точнее Василий Захарович Коринфский-Золотов.

На что я, стараясь не выдать своей радости, сказал самым равнодушным тоном:

— Ну что же, пусть будет Золотов. Коль Альмансор Фаттахович назначил его наследником, значит, человек достойный. — Про себя же ухмыльнулся, поскольку долго коптить белый свет этому «достойному» человеку не позволю.

Заодно постараюсь выяснить степень участия в покушении всех прочих членов рода. Я хоть, по словам некроманта, и обладаю даром универсала, то есть имею способности к развитию любого аспекта, но пока что с трудом представляю свои возможности и, вообще, с чего начинать развивать свой дар. Оно конечно, книжной премудрости в моей башке хватает, но без серьезной подготовки под эгидой опытного преподавателя, я ноль без палочки.

— Правильный выбор, Ваше Сиятельство. Василий Захарович известная в России личность, магнат, не жалеет денег на благотворительность…

Он еще долго распинался над достоинствами господина Золотова. Если не знать, чьими «молитвами» устроено нынешнее нападение на меня, так воистину чистейшей души человек. Ладно, пусть временно побудет моим преемником. Заодно Дмитрий Афанасьевич получит свои «тридцать сребреников» или сколько ему там пообещал Золотов.

Представил, лицо Колчина в тот момент, когда тот будет распинаться перед своим подельником, какими неимоверными трудами ему удалось убедить меня сохранить прежнюю очередность наследования в роду Коринфских.

Однако при одной лишь мысли, что воспользоваться полученными деньгами в полной мере тот вряд ли успеет, на душе у меня теплело. Уж я-то смогу донести до сведения комиссаров госбезопасности, какие делишки проворачивает статский генерал у под самым их носом.

Насколько мне известно, мздоимство в Российской Империи тягчайшее преступление и карается отсылкой провинившихся на длительные сроки на не самые уютные осколки иной реальности. Дабы те в поте лица добывали ценные минеральные и биологические ресурсы. А поскольку подобная добыча связана с высочайшим риском для жизни, из мест «не столь отдаленных» возвращаются редко.

А еще чиновник попытался выведать у меня подробности недавнего покушения. Я же отбоярился, дескать майор Герасимов в целях сохранения тайны следствия настоятельно не рекомендовал мне распространяться о произошедшем.

Расстались с Дмитрием Афанасьевичем вполне довольные друг другом.

Я из-за того, что ненароком получил всю необходимую для моей задумки отомстить организатору покушения информацию.

Колчин же непременно загребет свой куш, замаскированный под выигрыш в преферанс.

Все довольны, все смеются.

Со Светланой Даниловной распрощался вполне тепло. Девушка милая благожелательная, вряд ли в курсе махинаций своего босса. Мелькнувшее в моей голове желание пригласить её отужинать в каком-нибудь престижном местечке, тут же отмел по двум причинам.

Во-первых, я еще не отошел от предыдущей весьма бурной ночи.

Во-вторых, у меня появилась цель. Так что в ближайшие дни мне будет не до женского пола.

Петр Васильев пока меня ждал, успел вздремнуть. Определенно, Софочка, как и моя Оленька задала ему жару.

— Ну что, выспался, герой-любовник? — Подковырнул водилу.

— Все норм, Ваше Сиятельство! — Бодрым голосом отрапортовал бывший морпех. — Куда изволите направиться?

— А давай-ка махнем в Коллегию Магов. — Мне хоть на сегодня и не назначено, но, надеюсь, примут мой отчет о гибели Альмансора Фаттаховича. А потом и в Гильдию Охотников загляну. Если не выгорит отчитаться, хотя бы осмотрюсь, что там и как. Интересно же.

Вечер. После ужина в компании Петра я поднялся в свой номер. Водитель-телохранитель… хе-хе (это еще кто из нас телохранитель?) снял в ресторане барышню и отправился с ней в свой номер. На сей раз это не жрица любви, а вольная искательница приключений.

Клэр уже несколько часов при делах, занята сетевым поиском кое-какой информации, крайне необходимой для реализации моего плана. Я же сижу, с зажмуренными глазами и вспоминаю подробности сегодняшнего дня.

В Коллегии и Гильдии меня приняли вполне тепло — все-таки, как ни крути, герой. Уцелел там, где опытный чародей сплоховал. И там, и там покачали головами, поцокали языками, таким образом выразили свои соболезнования, а заодно поздравили с внезапно обрушимся на мою голову графским статусом.

Маги все-таки выразили легкое недоумение, дескать, с какой бы стати Коринфский-Квинта передал бразды правления кланом полному неумехе? Мог бы обязать меня вручить перстень в руки достойного. На что я лишь развел руками — пардонте, господа, сам не понимаю, что было на уме некроманта в момент неумолимо приближавшейся к нему смерти. Но коль признал именно меня достойным, придется соответствовать. А про себя подумал: «И не вам гундеть по этому поводу, завистники херовы».

Охотники же восприняли ситуацию с пониманием. В их рядах подобное происходит частенько. При отсутствии достойного преемника из родни по крови, наследниками погибшего охотника становится близкий друг, член группы.

Ко всему прочему, в обеих организациях мне все-таки удалось отчитаться, в полном соответствии с правилами, установленными законами Российской Империи. Писать, как я опасался, не пришлось. Меня усадили в кресло, наподобие тех зубоврачебных монстров более чем тысячелетней давности, которые я имел сомнительное удовольствие лицезреть в виртуальном технологическом музее на школьных уроках по истории. Благо, всяких сверлильно-дробильных и прочих приспособлений не было. Просто посадили, опустили спинку, чтобы мне было вольготно в полулежачем положении, нахлобучили на голову до самого подбородка глухой колпак, затем велели расслабиться и ни о чем не думать.

Ага, попробуйте ни о чем не думать, когда вас об этом попросили. Пару минут я пытался это сделать, вот только как-то не особо получалось. Однако по поводу хаотической ситуации в моей голове мне не предъявили ни охотники ни маги. Вполне допускаю, что в самом указании «ни о чем не думать» содержалась стимулирующая закладка, посредством которой мои воспоминания о произошедшем на проклятом осколке стали более доступными для артефакта, сканирующего нейронную активность мозга.