Следом заработал орбитальный лифт — его ухающие звуки напугали Лексу до смерти, да и я вздрогнул.

— Туканг Джуалан будет счастлив, — заметил я, наблюдая за тем, как ни в чем ни бывало роботы начали перевозить добытые ресурсы к лифту.

В жилом корпусе мы нашли много универсальных питательных припасов. Все поели, кур'лык с да’ари тоже, после чего выдвинулись к юго-западному краю колонии, где, по словам Ри’кора, был спрятан их шаттл.

Гигантская платформа орбитального лифта начала медленный подъем, когда мы выбрались за пределы полосы отчуждения. Ожившие турели реагировали на нас, но, просканировав, не атаковали, признавая за нами право здесь находиться.

— У нас контракт с Тукангом Джуаланом, — пояснила Лекса. — А у да’ари с кур'лыком — контракт с нами.

— Ответив на сигнал бедствия, мы тоже заключили контракт с великим мастером преумножения рапторианцем Тукангом Джуаланом, — поправил ее кур’лык Тензин Конгбу.

Потом мы нырнули в фиолетовые джунгли Агони, но продираться через растительность долго не пришлось. Уже метров через сто мы оказались на идеально круглой выжженной поляне, на которой стоял дисковидный шаттл — примерно шесть на шесть метров.

Я напрягся, начиная понимать, что происходит.

В следующие мгновения Лекса, державшая мою руку, отпустила меня и направилась к летающей тарелке. Кто-то — юяй! — перехватил управление и моим телом, направив его вслед за девушкой.

В шаттле открылся проем, оттуда показались два зеленых человечка. Точно юяй, подумал я, — тонкие вытянутые тела, серо-зеленая кожа, огромные блестящие черные глаза без белков, ростом не выше да’ари и кур’лыка, словно метровый рост — некий галактический стандарт.

«Тело друга под контролем, — подал голос спиннер. — Опасность? Враждебные сущности?»

«Опасность!» — подумал я так громко, как мог. — Враждебные сущности!»

«Сейчас разберусь!» — мысль спиннера-матриарха прозвучала с теми же интонациями, с какими я бы сказал «Подержи-ка мое пиво!»

Выжженная поляна в кошмарном лесу, в центре которой — настоящая летающая тарелка из плоских фильмов двадцатого века. Два серо-зеленых гуманоида с непропорционально большой головой и руками в облегающих скафандрах и прозрачных шлемах, повторяющих форму головы. Устремившаяся к ним Лекса. Спокойно наблюдающие за происходящим да’ари Ри’кор и кур’лык Тензин Конгбу. Замерший рядом Гардисто — страж не слышал меня, мой разум отсекли и от внешнего мира тоже. И я, подчиненный враждебным разумом, из-за чего не чувствовал тела. Хуже — мозг отключили от него, а управление телом перехватили юяй.

Панорамная картинка, запечатлевшаяся в моих глазах, вряд ли была моей собственной — мое поле зрения не способно охватить триста шестьдесят градусов, так что, скорее всего, зрелищем поделился спиннер-матриарх за мгновение до того, как покинуть мое тело.

Все, что осталось за спиной, померкло, зато удалось четко разглядеть, что случилось дальше — время резко замедлилось, как будто реальность окунули в кисель. Безволосые головы с каменными лицами в шлемах смялись так, как если бы были надувными, и из них резко выпустили воздух, а потом и вовсе будто втянулись в микроскопическую невидимую черную дыру. Их выпили. До дна.

Действовал спиннер молниеносно — первый скафандр юяй, более не поддерживаемый телом внутри, только начал сминаться и валиться, как то же самое произошло со вторым. В тот же миг я снова обрел контроль над телом, потому что тот, кто его перехватывал, перестал существовать.

Лекса, видимо, не успела сориентироваться — ее ноги подкосились, заплелись, и она споткнулась и рухнула. Гардисто запоздало среагировал на мой мысленный приказ и рванул на юяй — вернее, на то, что от них оставил спиннер.

— Страж, вернись, — приказал я.

«Верно ли я интерпретировал твое нежелание, чтобы твои спутники знали о нашем симбиозе?»

С пару секунд я тупил, не поняв своих мыслей, но оказалось, что спиннер, разобравшись с «враждебными сущностями», уже вернулся ко мне.

«Верно, — подумал я, вытаскивая «Кромсатель» и направляя его на парочку, заманившую нас в ловушку юяй. — Спасибо за помощь, матриарх».

«Оказанная другу помощь позволила восстановиться, — признался спиннер. — Я более не нуждаюсь в живой энергии друга, а потому спрошу: верно ли и то, что друг собирается туда, где правят Недруги?»

Прежде, чем ответить, я с недоумением понаблюдал за странными действиями да’ари Ри’кора и кур’лыка Тензина Конгбу. Оба свалились на землю, прямо распластались по ней и издавали звуки, которые можно было принять за стоны и кряхтение.

«Не считая того, что этих Недругов никто давно не видел, верно, собираюсь, — ответил я спиннеру. — Надеюсь, ты расскажешь мне о них все, что знаешь?»

Наш безмолвный диалог прервал злой и негодующий вопль Лекса:

— Так вот как юяй похищали людей! — Девушка неверяще ощупывала себя, с опаской глядя на два вороха сложившихся скафандров там, где стояли юяй. — Отвратительно! Я чувствовала себя как паралитик, запертый в своем теле! Боже, какой ужас! — Она подбежала к тому, что осталось от гуманоидов и пнула. — Чертовы кукловоды!

— Лекса! — я взглядом показал ей на да’ари и кур’лыка. — Отбери у них оружие и… — Вспомнив о находках в шахте, я порылся в инвентаре, вытащил оттуда и бросил Лексе «Простой станнер». — Умеешь пользоваться?

— Чего тут уметь… — зло прорычала девушка, видимо, осознав, что нам грозило по вине этих двоих. — Щас как дам!

Приблизившись к копошащимся в выжженной земле инопланетянам, она треснула поочередно обоих рукояткой по головам. Да’ари отключился сразу, но у кур’лыка череп оказался прочнее — он отпрянул, и Лекса все же догадалась использовать станнер как положено — оружие выплюнуло сгусток полупрозрачного вещества размером с жевательную резинку, который прилипнул, обратился облаком взвеси, как одуванчик от порыва ветра, и обернулся ячеистой пленкой вокруг кур’лыка, спеленав того, как младенца. Лицевые щупальца стиснуло так, что лицо Тензина Конгбу стало похоже на осьминога в рыбацкой сети.

— Лекса, держи обоих под прицелом, — сказал я. — Гардисто, охраняй Лексу. Я пока проверю внутри шаттла, может там еще какие-нибудь юяй прячутся.

— Осторожнее, Картер! — воскликнула Лекса, и тут до нее дошло. — А что случилось с теми двумя?

— Их настигла карма, — пробормотал я, вопрошающе подумав: «Остался кто в шаттле?»

«Больше разумных на этой планете нет, — ответил спиннер, — если не считать искусственный интеллект, заключенный в неорганическую материю, в колонии».

Я чувствовал, что матриарх немного рассеяна, что ее заботят собственные мысли. Решив, что получу ответ, когда она примет решение, я исследовал шаттл.

Входной проем находился в задней части. В передней я увидел странную панель управления — как будто в стену воткнули два ведра с жидким цементом, и этот цемент поразительным образом ходил волнами, но не проливался. Интерфейс управления? Если так, то учитывая, что юяй — псионики, логично предположить, что шаттл краденный.

Между двумя ведрами пролегала прозрачная обзорная панель, перед ней — два кресла пилотов, еще два стояли друг напротив друга сзади. И между ними что-то вроде операционного стола. И больше ничего в шаттле не было — голые стены, стерильная обстановка, теснота — непонятно даже, где юяй размещали оборудование, оружие, инструменты, припасы, личные вещи, в конце концов.

Да уж… Как управлять этим корытом? Не то чтобы я был экспертом в космических кораблях, но подобный дизайн показался мне нефункциональным — все равно что автомобиль двадцатого века, который бы приспособили для межзвездных путешествий. И только подумав так, сообразил — это же планетарный челнок, а межзвездный корабль «припаркован» на орбите. Если, конечно, да’ари Ри’кор говорил правду. В этом были большие сомнения, ведь уже понятно, что, по всей видимости, и он, и кур’лык были под контролем юяй. Но в данном случае я предпочел придерживаться презумпции виновности — обоих буду считать приспешниками юяй, пока не докажут обратного.