Не успел я дочитать, как мир мигнул, а передо мной зависли огромные цифры таймера, отсчитывающего секунды до поединка: 13… 12… 11…
Драться мне предстояло безоружным, но это было неважно. В разведке боем главное — выстоять подольше и узнать как можно больше.
Как и в боевом карманном измерении рехегуа Убамы, до начала боя я не мог шелохнуться. Рядом замерла напряженная фигура Крисси, а у меня под ногами, топорща усы, застыл… Тигр! Причем сам по себе, без клетки!
Утешил себя тем, что ничего с ним не станется, даже если погибнет… Черт, но он же запомнит! А что, если он получит моральную травму или посттравматический синдром? Или впадет в депрессию? Будет мучиться кошмарами! Мысленно выругав Распорядителя за такую подставу, я с большим трудом выбросил хомяка из головы — поделать-то все равно ничего не мог.
В двадцати метрах перед нами располагались противники — оба расы да’ари. Они стояли, вытянув длинные шеи и опираясь не только на короткие мощные ноги, но и на центральные лучи метровых кожистых крыльев. В кулаках у обоих было зажато незнакомое двуручное оружие — то ли копья, то ли… что-то стреляющее.
6… 5… 4…
Рассматривать ландшафт времени не оставалось. Все, что я успел заметить, — Распорядитель перетащил нас в карманное измерение, скопированное с участка какой-то огненной планеты, где повсюду разлились опасные лужи жидкой лавы.
Оба да’ари как-то взлетели за секунду до истечения таймера и атаковали одновременно: вытянув «копья», выстрелили красными лучами! Один, издавая треск на высоких частотах, скользнул по мне, другой прикончил Тигра. Вернее, испарил.
Только когда таймер исчез, я обрел подвижность и, бросившись к противнику, крикнул Крисси:
— Не угоди в огонь!
Пробежал метров шесть, и воздух снова застонал, разрезаемый двумя лучами. Один ушел мне за спину, Крисси страшно закричала, но нашла в себе силы атаковать в ответ — мимо меня пронесся сгусток плазмы. К сожалению, оба ее выстрела ушли в небо — враги легко уклонились одним взмахом крыла.
В эти же секунды я, перепрыгнув через ручеек лавы, ушел от второго выстрела и рванул к да’ари. Луч, выжигая землю, настиг меня и ударил в плечо, сняв почти полпроцента прочности живой брони и толкнув так, что я еле устоял.
Кувыркнувшись вперед, я вскочил и побежал дальше. Очков жизни у меня оказалось не так много, как я предполагал: 840/840. У да’ари — в два раза меньше, но никакого для себя преимущества я в этом не увидел, мне было их не достать, потому что стоило приблизиться, как оба воспарили на пару метров выше!
Оттуда враги расстреляли Кристину, решив, видимо, что противник с оружием опаснее. Я начал примерно понимать принцип действия их стволов — чем жирнее луч, тем мощнее урон, но выстрел короче по длительности.
В Кристину врезались два очень толстых коротких луча, и девушка дернулась в сторону…
— Стреляй! — заорал я, понимая, что ее вот-вот добьют.
Она пальнула, пробив дыру в крыле одного из да’ари, после чего сразу завалилась на спину. Из ее разомкнувшихся пальцев вывалился бластер — прямо возле пепла героически погибшего Тигра. Поврежденный противник остался в воздухе, но заработал крыльями чаще.
Чертыхнувшись, я, виляя зайцем, рванул назад за бластером — в надежде, что его хватит еще на один выстрел. Очередная перезарядка лучеметов да’ари заняла пять секунд (я считал). То ли они были мощнее, чем рельсотрон, а потому стреляли реже, то ли не лучшего образца, что наиболее вероятно.
Подобрав бластер, я перекатом ушел от сдвоенного выстрела и выругался — лава прожгла плащ, подаренный Убамой, а бластер — мой единственный шанс победить — полностью разрядился.
На абсолютно ровном поле битвы спрятаться было негде. Что же делать?
Идея, пришедшая в голову, требовала со стороны противников проявления глупости. Учитывая, что они такие же новички, как и мы, шанс на это имелся.
Я присел возле тела Крисси, подняв руки, и отключил «Щит Предтеч».
— Сдаюсь, — сказал я, искоса наблюдая за врагами, и сдержал ухмылку, когда оба да’ари подлетели ближе, чтобы выстрелить наверняка.
Не отводя от них взгляда, одновременно со звуком раздавшихся выстрелов я активировал «Блеф».
Оба целились в голову. Шесть секунд «Блефа» уменьшились до пяти, когда два тонких ярко-красных луча толщиной в струну ударили в лицо моей копии. Без живой брони я ощутил такую адскую боль, что заметался, закрыл лицо руками, и лазерные лучи иссекли их до костей, исполосовали все тело, испаряя плащ, кожу и плоть. Повалил едкий дым, ноздри защекотал запах жженой плоти.
Ранения были несовместимы с жизнью. «Картер Райли» погиб, а лучеметы да’ари пискнули, сообщив о необходимости перезарядки. Оба чужих приземлились, один вцепился когтями в мое плечо, вторая рука двинулась вдоль бока.
За мгновение до этого «Блеф» закончился, я вернулся на место копии и собрался для рывка.
— Повезло, что достались эти нелепые хомо, — проверещал противник, ощупывающий тело Кристины. Другой рукой он поворошил пепел, оставшийся от хомяка. — На редкость беззащитные создания. Хорошо хоть, последнему хватило здравомыслия сдаться.
— Не повезло, что оба ничем полезным не могут похвастать, — сказал другой, который обыскивал меня. — Слышал, есть мизерный шанс подобрать копию экипировки убитого врага.
Он перевернул меня. Красное небо заслоняли два невысоких существа, похожих на гигантских летучих мышей. Оба опирались на «локти» в середине кожистых крыльев. Шеи у них были как у гусей — очень длинными и тонкими. Как раз такими, какие удобно…
…хватать! Вскочив, я вцепился в горло обоих да’ари, сжал кулаки и рванул на себя, ощущая их как резиновые шланги — гибкие, тугие, но все же податливые! Хрясь! Хрясь!
Дышали инопланетяне как-то иначе, потому что не задохнулись, шарахнулись, забили крыльями, зацепив меня, принялись лягаться когтистыми ногами, пытаясь вспороть живот, но активированная живая броня свою функцию выполнила. Несколько секунд поверженные противники бились в агонии, ломая крылья и хрипя, но вскоре затихли.
Критический урон, ставший летальным, завершил бой в нашу с Крисси пользу.
В ту же секунду мир померк, погрузился во тьму, а через мгновение я оказался там же, где стоял перед боем, — возле Распорядителя.
Осмотрев себя, убедился, что поврежденный в бою плащ полностью восстановился, а заряд бластера и прочность живой брони стали такими же, как до поединка. Хотя «восстановился» — не то слово. Остался прежним, так правильнее.
Часть поля зрения перекрыло всплывшими уведомлениями:
Победа!
Монеты Сидуса: +0,0004.
Боевой рейтинг: +6.
Очки опыта: +45.
Очки опыта питомца (гкхом’миакк’тигурр Тигр): +1.
Глядя на все эти цифры, я озадаченно почесал затылок: боевой рейтинг и рейтинг Сидуса, как оказалось, вещи разные. Впрочем, это справедливо.
Жаль, но ничего из экипировки поверженных врагов мне не досталось. То ли да’ари фантазировали, то ли действительно шанс на это мизерный. Учитывая, что времени обыскать трупы мне не дали, возможный лут, по всей вероятности, выдавал Распорядитель.
Тем временем из клетки в моих руках отчаянно запищал живой Тигр. Хомяк был в бешенстве и немедленно начал вымещать злобу за испытанную боль проверенным способом — раскручивая колесо. Хотя, кто знает, что происходило в его хомячьих мозгах — может, решил прокачивать себя для будущих боев?
В любом случае Тигр прошел боевое крещение — доказательством тому стал его обновившийся профиль:
Гкхом’миакк’тигурр Тигр 0-го уровня
Боевой питомец хомо Картера Райли.
Очки опыта: 1 / 4 000.
Единственное очко опыта он получил, судя по всему, за участие. Успел бы укусить хоть раз — получил бы больше. И все же…
— Поздравляю, Тигр! — торжественно объявил я. — Ты теперь официально боевой питомец!
— Пи! — согласился хомяк таким тоном, словно в гробу он видал такие бои, где тебя в первую же секунду разделяют на атомы.
