Не могу. Не знаю. Ничего из этого не знаю! Я прочитал десятки книг, но ни одна не покрывает ЭТИ вопросы. Тут нет ни теории фамильяров, ни теории магии, ни истории древних чудовищ!
Не знаю. Не отвечу.
Завалю. Не пройду. Я…
«Пользователь, у вас нарастает паника. Возможна паническая атака. Успокойтесь»
«Как? КАК?!», - сжимаю карандаш, - «Рой, я ничего не знаю! Меня валят! Меня хотят завалить! Я… я был уверен, что на всё отвечу, получу высший балл, утру всем нос! Я был уверен, что я лучший! Но…», - дышу всё чаще, - «Меня просто оставят на переобучение как тупицу. Без друга, без авторитета. Буду сидеть ещё полгода! Я… я не знаю, что де…»
«Так придумайте», - ответили Наномашины.
Я аж замер. Мысли будто выбило.
«Ч-что?..»
«Придумайте решение»
«К-каким образом? Ты в своём уме?! Если бы я мог…»
«Вы можете»
«Да с чего ты взял?!»
«Потому что статистика решенных проблем – сто процентов. Вы всегда находили решение, и согласно анализу и тенденции – найдёте и сейчас»
Простые слова. Сказанные даже не человеком, а машиной. Но они ударили мне в голову словно грузовик по младенцу на светофоре.
Моё дыхание замедляется. Я расслабляю хватку, и перестаю крошить карандаш и мять бумагу.
Выдыхаю.
«Спасибо… Рой»
«Это всего лишь анализ. Рад стараться»
Вот тебе и рой мелких механических засранцев. Человечности больше, чем в некоторых людях.
Он ведь прав. Почему… я вообще запаниковал?
Хотя я знаю почему – гордыня и самоуверенность. «Да там детские тесты, легкотня! Что там не решить? Дайте поскорее старшую группу, это ведь Я. Гений! Я умный!». Я настолько был уверен в своих знаниях, что сел в лужу, когда осознал обратное.
Да, в битвах я не паникую. Но там либо бей, либо беги. Там проще. Сейчас – ситуация, с которой я столкнулся впервые. Как двухлетний ребёнок, который ест столы, а не хтоническая тварь из прошлого.
Мне щёлкнули по носу и спустили с небес на землю. Вот и всё. Самоуверенность – плохая черта.
«Что-ж…», - протяжно выдыхаю, - «Я и впрямь ребёнок. Мне ещё многому учиться».
Ладно. Тихо. Выдыхаем.
Да, жизнь не рухнет, если меня завалят, но я очень… ОЧЕНЬ хочу в старшую группу. Веселиться! Развиваться!
Давайте решать этот вопрос. Как и всегда.
«Что там?», - я посмотрел на тесты.
Очевидно – это не уровень детского сада. Меня валят. И это бред! Это произвол! Я в полном праве жаловаться и возмущаться, об этом должны узнать все! Но…
Я подниму бучу, вызову родителей, а нам скажут: «Всё правильно. Это его тест. Не сдал? Выгоняем». Припишут какую-нибудь дебильную причину, типа я звёздочкам первый, и всё. Стоит ли влезать в разборки прямо сейчас? Каков шанс, что здесь ВСЕ в этом же и участвуют?
Но кто? Кому это надо? Не директрисе же?!
«Катя?», - смотрю на девочку.
Она хмурится и, держа карандаш кулаком как ребёнок, обводит ответы. Нет. Не Катя. Я услада для её сплетен и змеиного характера. Уверен, она вообще расстроится, если я не попаду.
«Теодор…»
А вот он мог. Он меня ненавидит, я порчу ему ВСË. Перетягиваю внимание Кати, не даю стать главным авторитетом в группе. И его отец один из спонсоров садика, уверен, связей у него много.
Чёрт! Ну конечно это они! Скотины! Падлы!
Да хотя какая сейчас разница. Сейчас нужно выпутываться.
«Мама, что бы ты сделала?»
Как самый настоящий ребёнок двух лет, я сразу вспомнил про маму. Хочется позвать её на помощь! Пожаловаться! Меня обижают! Но мамы здесь нет.
Есть только её гены, воспитание и влияние.
Даже находясь так далеко, я чувствую, как она мне помогает. Будто стоит за спиной, подсказывая и направляя. Как хитрее. Как выгоднее.
— Госпожа воспитатель…, - поднял руку.
— Ну что, Михаэль?.., - вздохнула она, почему-то не поднимая глаз.
— Можно выйти?
— Зачем?
— Писять и какать.
На меня все недоумённо повернулись. Некоторые аж рты открыли, впервые услышав такую вульгарность. Катя тихо засмеялась, Максим понимающе закивал – тоже, наверное, хочет.
— Только быстро, - вздохнула воспитательница.
Я киваю, беру с собой твёрдый осколок карандаша, который до этого раскрошил, встаю и иду через ряды. Все на меня пялятся. А вот Теодор… нет.
Падла мелкая. Не можешь в глаза смотреть?
Ничего. Я заставлю.
За дверью ждал сюрприз – огромный грозный мужик.
— Куда? – спросил он.
— Туалет.
— Я провожу.
«Чёрт!»
Ладно, план всё равно исполним.
Мы идём в туалет и, оказывается, во время экзамена тебя одного не оставляют практически нигде! Разве что в туалет вместе не заходят, но стоят сразу на выходе. Ало, мы дети! Вы что от нас ждёте?!
Хотя я знаю. Моего провала они ждут.
Прячусь в кабинке. Достаю острый кусок карандаша.
— Ну скотины, - снимаю футболку, - Вы ещё пожалеете.
Я попаду в старшую группу! Да, я проиграл первую битву. Сейчас вы победили. Но войну…
Я. НЕ. ПРОИГРАЮ!
*****
В то же время.
Воспитательница не находила себе места.
Завалить ребёнка. Малыша. Маленького двухлетнего мальчика, пусть и умного для своего возраста!
Какая же она тварь…
Она наблюдала, как он заводил глазами. Как его ручки задрожали. Как ускорилось дыхание. Ребёнок паниковал. Он очень напугался!
«Зачем я согласилась», - воспитательница прикрыла лицо, - «Да чёрт!»
Михаэля просто жалко. Он ведь правда всего лишь ребёнок. Зачем с ним так? Но… жадность воспитательницы не позволила отказаться от ТАКИХ денег. Годовая зарплата всего лишь ценой нервов одного мальчика.
Но его испуганные глазки… они всё больше и больше повышали цену такого решения.
«Смогу ли я завалить его во второй раз?», - девушка поджала губы, - «Да зачем?.. Дура. Дура! Зачем я согласилась?!»
Она ведь шла сюда, потому что ей нравятся детки! Маленькие, карапузы. Косолапые малыши.
И кто она после этого?
«Может… признаться?», - совесть съедала, - «Может как-то ему…»
Дверь распахивается! Девушку передёргивает, она резко поворачивается и видит тяжело дышащего, взмокшего и перепуганного сопровождающего.
И вся рубашка у него была в крови.
— Скорую. Живо! – заорал он.
— Ч-что?..
— МАЛЬЧИК В КРОВИ!
*****
За минуту до этого.
Сопровождающий устало вздыхал. Снова этих детей сопровождать. Каждый раз одно и то же! Некоторые ещё и по полчаса в туалете сидят! И не объяснишь этим личинусам, что у тебя, так-то, время капает, не надо сидеть и играть в воображаемых человечков!
— Ученик! – крикнул сопровождающий, - Время! Вы чего так долго?!
Послышался смыв. Ну наконец!
Мальчик выходит. Странный, кстати, мальчик. Волосы странные, и пахнет от него кириешками.
Мужчина посмотрел на ребёнка, и…
«Да ну неееет!..», - вздыхает.
Ребёнок стоял как солдатик. Как примороженный. Руки сжал в кулаки, ноги поджал, стоит как истукан, не шевелится, глаза выпучены.
Он что… обкакался? Не дошёл? Как обычно?!
«Да почему это всегда происходит…», - бедный мужик потёр лицо, - «Каждый раз. Каждый раз! Всегда кто-то да не дотерпит! Боже…»
— Пацан… ты что, в штаны…
— БУ-Э-Э-Э!
Ребёнка вырвало потоком крови прямо на мужика.
*****
Уой палиииияяяяя…
«Рой, что-то хреновенько мне…»
«Вы себя чуть не свежевали. Это закономерно»
*Виу. Виу Виу*, - орала сирена скорой помощи. Но меня не везли, а мы стояли на парковке садика. Зачем сирена?
Я лежал на кушетке, и надо мной в срочном порядке магичили. Я видел зелёное сияние, чувствовал, как срастается кожа. Меня лечили, причём крутой магией. Становилось легче.
Уо-о-ох…
— Сына! СЫНА! – мама залетает.
— Мамуля…, - прокряхтел я.
— ЧТО С ТОБОЙ?! – она подскочила.
Её голос дрожит, нервы на пределе. Ох, представляю, что она пережила.
