Атмосфера в шатре Хутги была напряженной, глухая тишина заполняла юрту, покрытую шкурами. Военачальники и вожди племени собрались кружком у трона своего кагана, и все взгляды были устремлены на задумчивого вождя.

Его думы были мрачными и полными страхов: смятение лидера, сознающего, что его народ стоит на краю сокрушения. Он окинул пронзительным, затравленным взглядом чемпионов цавагов.

Только когда он увидел Дорго, стоявшего рядом с Тогмолом, взгляд кагана смягчился. Подтверждение рассказа его сына, восстановление его чести было единственным благом, скрытым в черных словах мертвого мухака и чудовищном ужасе, который они предвещали.

— Вы слышали, что сказал мой сын, — сказал Хутга голосом, похожим на скрежет гравия под ногой мамонта. — Вы слышали слова мухака. Зар Лок мертв.

Это заявление вызвало одобрительное ворчание и улыбки на покрытых шрамами лицах. Хутга поднял руку, останавливая своих приближенных.

— Не спешите радоваться его смерти. Та же погибель, что пришла к мухакам, грозит и цавагам. — Голос Хутги упал до испуганного шепота. — Чужеземец, воин, что сразил Лока, — это предсказанная погибель из старых пророчеств. Собиратель Черепов вернулся.

Это известие вызвало испуганный ропот, пробежавший по комнате. Могучие воины, люди, которые не дрогнули в битве с самыми отвратительными зверями и чудовищами, испытали страх, услышав, как Хутга произносит ужасное имя: Собиратель Черепов. Существо из самой древней легенды цавагов, багровый призрак, чье возвращение угрозой нависало над владениями с самого начала. Даже самый юный из цавагов знал о кровавом палаче Кхорна.

— Собиратель Черепов, — повторил Йорул.

Шаман выступил вперед, его скрюченное тело переместилось в центр круга.

— Вы все слышали рассказы путешественников о нем. Вы слышали о голодном демоне, Кровавом Страннике, который испытывает гордость тех, кто называет себя воином. Вы слышали, что он скитается по земле, обвешанный черепами, и его огненное прикосновение опаляет плоть жертв. Вы слышали, как он скачет по равнинам на огромном демоническом звере, убивая всех, кто оскорбил Великого Кхорна. Бытует множество рассказов о Собирателе Черепов: как он убил дракона Шейниита и положил его окровавленные головы к подножию Трона Черепов; как он вышел против огров Разгрызателя и в одиночку изгнал их из страны; как он осмелился встретиться лицом к лицу с Похитителем Грехов выродившихся ульвагов и на тысячу лет изгнал демона из царства смертных; как он навлек гибель на город еретиков По и не оставил в его проклятых стенах ни одного выжившего из детей Лашора.

— Но до всего этого, — продолжал Йорул, — он был известен как Убийца царей. Собиратель Черепов появился в землях Тейогтея, чтобы низвергнуть самого могущественного из каганов. Он шагал по владениям, оставляя за собой кровавый след. Никто не мог противостоять ему: ни самый хитрый хунт, ни самый сильный курганин, ни самый сильный гор. Все, кто сражался с ним, были убиты, из их тел можно было сложить гору. Ни одна раса или племя не могли выстоять перед войсками Тейогтея, но Собиратель Черепов прошел сквозь них, словно нож сквозь масло. Тейогтей не мог допустить, чтобы орда, которую он создал, земля, которую он вырезал из пустыни, были уничтожены этим избранником хаоса. Он приказал своим войскам отойти и не вступать в бой с Собирателем Черепов. Великий каган в одиночку вышел против чудовища, чтобы решить судьбу земель. Тейогтей сражался с Собирателем Черепов на голом холме. Семь дней могучий повелитель бился с порождением тьмы. Каждая рана, нанесенная Тейогтею, вернулась к Собирателю Черепов, но ни один из сражающихся не мог нанести решающий удар. Когда седьмой день сменился восьмым, Тейогтей воззвал к Кровавому Богу, моля его направить его руку и принести победу над ужасным врагом. Кхорн ответил на молитву Тейогтея, и Кровопийца вспыхнул, словно пламя, в руке царя и пронзил тело Собирателя Черепов. Но как только был нанесен смертельный удар, черный клинок Собирателя Черепов сокрушил Тейогтея, разбив Кровавую корону. Великий каган пал, смертельно раненный Собирателем Черепов. Нашего великого правителя принесли в шатер, где колдуны и целители пытались удержать его жизнь до глубокой ночи, но, прежде чем истаял восьмой день и забрезжил девятый рассвет, дух Тейогтея отправился в Охотничьи чертоги. Его военачальники перессорились после смерти господина и разделили владения между собой, отказавшись признать цавагов истинными наследниками царя.

Йорул поднял уродливую руку, многозначительно указывая пальцем на людей вокруг него.

— Эту сказку знает каждый ребенок, — сказал шаман. — В этой легенде есть еще одна тайна, которую передают шаманы и каганы. Вас заставили поверить, что Тейогтей убил Собирателя Черепов и все позднейшие легенды о нем говорят о каком-то другом смертном чемпионе Кхорна, которого бог избрал своим палачом. Это неправда. Был только один Собиратель Черепов.

Разрушитель городов, убийца драконов и демонов — это тот же самый воин, что сражался против великого царя. Тейогтей знал о страшном пророчестве, что Собиратель Черепов никогда не будет уничтожен. Он молил богов о победе, но он мог лишь победить Собирателя Черепов, но не убить его. Поражение в битве на холме изгнало Собирателя Черепов из владений Тейогтея, словно демона, но царь знал, что он вернется, когда на небе зажгутся злые звезды и проклятие лет будет разрушено.

— Злые звезды горят в ночи, — торжественно провозгласил Хутга. — Собиратель Черепов возвращается — возвращается, чтобы уничтожить владения Тейогтея и всю их славу. — Он покачал головой, чувствуя тяжесть своих слов и безнадежность, заключенную в них. — Объединенная орда Тейогтея не могла противостоять ему. Сейчас, когда племена враждуют друг е другом, там, где была разбита орда, цавагам придется стоять в одиночестве.

Мрачная тишина заполнила шатер до самого укромного уголка, повиснув на коврах и трофеях. Воины цавагов уставились в пол, ни один из них не хотел смотреть в лицо своему товарищу, ни один из них не мог смириться с ужасом, наполнившим сердца.

Молчание нарушил Дорго. Взмахнув мечом, он поднял голос в вызывающем рыке:

— Если это последние дни цавагов, воздадим хвалу богам за то, что они послали нам достойного врага! Когда он придет, мы устроим ему сражение, которое посрамит свирепость дракона и огра!

Хутга поднялся с трона, отбросив тяжелые шкуры, в которые кутал свое массивное тело. Он прошел через круг и положил руку на плечо сына. В кои-то веки все сомнения исчезли. Перед ним стоял воин, достойный возглавить цавагов.

— К шакалам все легенды и пророчества! — рявкнул каган, поворачиваясь к военачальникам. — Вот тот, кто видел Собирателя Черепов! Он видел чудовище, и он будет сражаться с ним! Неужели он выступит один? Есть еще мужчины среди цавагов?

Ответом ему был рев множества глоток. Кулаки воинов взметнулись в воздух, и мечи зазвенели, выскочив из ножен. Дерзость Дорго и слова кагана подстегнули их мужество, раздули пламя их гордости. Если всего мгновение назад их сковывал ужас, теперь они вызывающе рычали. Хутга почувствовал, как его переполняет гордость: гордость за свой народ, за то, что они все еще могут вырастить таких воинов, и гордость за своего сына, который первым поднял меч и заявил о себе.

Внимание кагана отвлек цавагский мальчик, чьи щеки еще не ведали шрамов. Малыш робко прокрался в юрту и упал на колени перед вождем, увидев, что Хутга обратил на него свой взор. Хутга узнал одного из помощников Котагира. Мальчик был бледен под слоем грязи, и капли пота прочертили дорожки на его лбу.

— Могучий каган, — произнес мальчик. — Чужак… в стойбище. Колдун, — добавил он с дрожью.

Хутга подошел к нему и поднял его с пола за руку.

— О чем ты? — спросил он испуганного ребенка. — Кто этот колдун и как он смог беспрепятственно проникнуть в лагерь?

Ему пришлось встряхнуть ребенка, чтобы тот выдавил слова из онемевших губ.

— Он… пришел с неба, — заикаясь, пробормотал мальчик. — Он один из хунгов. Говорит, что он привез послание для нашего кагана от сулов.