На этот раз даже силы Вульфрика не хватило, чтобы удержаться на звере. Безумные удары мордрака, бросающего свое тело на камни, сорвали с его шеи непрошеного седо ка и меч, швырнув их через волны, как камень, прыгающий по поверхности пруда. Истекая кровью из десятков порезов, с клыками, сломанными безумной атакой на утес, с рваной раной в боку от зазубренных камней, мордрак яростно за шипел на ненавистное солнце. Он нырнул обратно под воду раскручивая свои змеевидные кольца, отступая во тьму океана, чтобы зализать свои раны.

Измученный этим сражением, полумертвый от давления и холода океанских глубин, Вульфрик молотил руками по бурлящей воде прибоя. В отчаянии он обхватил руками кусок плавающего мусора, пытаясь удержаться на поверхности. Герой закашлялся, его вырвало морской водой, которой он сполна наглотался. В своих странствиях он много раз был близок к смерти, но редко ближе, чем сегодня, пытаясь в одиночку убить морского дракона.

Герой с темным от крови рептилии лицом посмотрел туда, где мордрак исчез под водой.

— Трус! — выплюнул Вульфрик сквозь кашель. — Вернись и сражайся как настоящий змей!

Вульфрик вцепился в плавающий рангоут, всматриваясь в то место, где под водой скрылся мордрак. Герой знал, что это безумие, но ему хотелось, чтобы чудовище вернулось и завершило их битву. Лучше умереть в брюхе змея, чем утонуть. Души утопленников никогда не входили в чертоги своих предков, они оказывались в цепях Мермеда, ужасного повелителя глубин. Вульфрик мрачно усмехнулся про себя. Интересно, станет ли Мермед оспаривать право собственности на дух Вульфрика у Темных Богов, наложивших на него свое проклятие, или же этот падальщик спокойно откажется от своих притязаний?

Герой бросил взгляд вверх, хмуро глядя на нависшую над головой скалу. Он мог видеть блестящие шлемы выглядывающих из-за края эльфов и даже их мстительные глаза. Конечно, был еще один вариант. Можно снова взобраться на утес и встретиться лицом к лицу с воинами Альвхейма. Перспектива принять бой и отправить еще несколько врагов в загробный мир привлекала Вульфрика, но возможность попасть в руки эльфов живыми — нет. Пленник не мог рассчитывать на милосердие эльфов, особенно после того, что сделали разбойники Вульфрика. Даже герой может стать трусом под ножом палача. Вульфрик не посрамит своих предков, проведя последние часы в криках и мольбах о смерти.

Всплеск слева отвлек его внимание от эльфов. Он ожидал увидеть чешуйчатую голову мордрака, поднимающуюся из моря, и был разочарован, обнаружив, что источником звука оказался человек.

— Тзинч следит за предателями, — прорычал Вульфрик, когда Брондульф подплыл к нему. Не обладая невероятной силой героя, хускарл сбросил с себя доспехи, позволив им погрузиться в пучину, чтобы остаться на плаву. Однако Брондульф не сражался с мордраком всего несколько минут назад. Он был в лучшей форме, чем потрепанный, израненный Вульфрик. В схватке это значило бы больше, чем доспехи, которые только тащили на дно.

Изучающий взгляд Брондульфа сказал Вульфрику, что сарл пришел к тому же выводу о состоянии героя. Тонкая улыбка появилась на лице хускарла.

— А где же змей? — спросил он.

Вульфрик закашлялся, пытаясь рассмеяться.

— Я отпустил его, — сказал он. — В любом случае, он слишком здоровый, чтобы забрать его в качестве трофея.

Глаза героя ожесточились, когда хускарл подплыл к плавающей мачте и крепче сжал рукоять меча.

Брондульф даже не пытался скрыть ненависть. После того как с гибелью «Морского клыка» рухнули все надежды, старания убедить Вульфрика в своей лояльности не имели смысла.

— Что теперь будем делать? — Он отвел взгляд от Вульфрика и снова посмотрел на эльфийских воинов. — Мы могли бы подняться наверх, биться с ними до конца.

— Те, кто остался при мечах, могли бы, сказал Вульфрик.

При этих словах вождя Брондульф поморщился. Вместе с доспехами он лишился и клинка. Норс боялся только одной смерти — смерти, которая забрала бы его безоружного.

— Должен быть другой выход, — сказал сарл, но слова прозвучали глупо даже для него самого.

— Мы можем поплавать тут, пока эльфам не надоест ждать, и они не решат добить нас стрелами, — прорычал Вульфрик. — Или, может быть, они пошлют за одним из своих колдунов и попросят его вернуть мордрака.

Герой мрачно усмехнулся собственной черной шутке. Потом взгляд его стал жестким.

— Но почему? — спросил он низким, угрожающим голосом.

— Почему — что? — спросил Брондульф тем же током.

— Не страх заставил тебя пойти против меня, — сказал Вульфрик. — Я вижу это в твоих глазах так же ясно, как и твою ненависть. Что заставило тебя пойти против меня?

Брондульф покачал головой, хмуро глядя на героя.

— Какое это имеет значение сейчас? У тебя меч. Убей меня и предоставь богам судить о моих причинах.

— Ты был в сговоре с курганином? — прорычал Вульфрик. Брондульф видел, как побелели костяшки пальцев чемпиона, когда они еще крепче сжали рукоять меча.

— Бог-Ворон сгноит тебя в преисподней! — рявкнул Брондульф.

Хускарл на полкорпуса приподнялся над водой и бросился на чемпиона. Вульфрик поднял руку с мечом и ударил сарла по лицу плоскостью клинка. Прежде чем Брондульф успел оправиться от ошеломляющего удара, другая рука Вульфрика обхватила его за горло. Затем Вульфрик опустил голову хускарла под воду, позволяя ему вынырнуть и вдохнуть, только когда тот оказывался на пороге потери сознания.

Шипя и хватая ртом воздух, хускарл пытался вырваться из могучей руки Вульфрика. Герой прорычал в ухо Брондульфу:

— Где Зарнат? Куда подевался этот ублюдок?

В ответ Брондульф затряс головой, пытаясь откашляться. Вульфрик не стал ждать так долго, снова погрузив голову в волны. На этот раз хускарл был уверен, что герой намеревается утопить его. В его глазах заплясали алые пятна, легкие охватил огонь, а Вульфрик все еще держал его под водой.

— Скажи мне, куда делся курганин, или, клянусь всеми твоими предками, ты будешь носить цепи Мермеда!

Вульфрик снова начал топить Брондульфа. Хускарл отчаянно ударил чемпиона, выдыхая торопливые слова.

— Хьордис! Хьордис! — воскликнул он.

Вульфрик схватил пленника за волосы, развернул его и сердито уставился в окровавленное лицо сарла.

— О чем ты? — требовательно спросил он.

— Ради Хьордис, — выплюнул Брондульф, с каждым словом чувствуя себя более слабым и пристыженным. — Я хотел убить тебя ради Хьордис. Я не связан с Зарнатом.

Чемпион усмехнулся, услышав это жалкое признание. Он поднял меч и приставил острие к горлу Брондульфа.

— Она не будет иметь ничего общего с таким слизняком, как ты, — усмехнулся Вульфрик. — Ты умрешь не только как предатель, но и как дурак!

Брондульф вызывающе посмотрел на Вульфрика.

— Она была бы моей, — прошипел он. — Конунг Виглундр обещал ее мне.

Упоминание этого имени заставило Вульфрика заколебаться. Его глаза сузились.

— Виглундр?

— Да, Виглундр, — прорычал Брондульф. — Он обещал, что Хьордис будет моей, если я убью тебя.

Вульфрик рассмеялся над уверенностью, с которой говорил Брондульф.

— Тогда ты дважды дурак. Виглундр хочет отдать Хьордис Свейнбьорну, а не какому-то бродячему хускарлу.

— Свейнбьорн женился бы на ней, — сказал Брондульф. — Номинально. Во всем остальном я был бы мужем Хьордис. — Сарл ощерился, увидев насмешливое недоверие на лице Вульфрика. — Свейнбьорну нужен мужчина для его жены, потому что сам он не может иметь наследников.

Резкий смех вырвался из клыкастой пасти Вульфрика, напугав даже эльфов, зло наблюдавших за ними с утеса.

— Трижды идиот! — гавкнул он. — Нет наследников? У Свейнбьорна из эслингов? У этого пса так много ублюдков и полукровок, что половина его племени вправе называть его дядей, а другая половина знает его как отца!

Если бы Вульфрик еще раз ударил своим мечом по лицу хускарла, Брондульф был бы ошеломлен не больше, чем услышанным. Он чувствовал себя так, словно у него все внутренности упали на дно живота, а ледяная рука сжала сердце. Виглундр обманул его! Он использовал любовь Брондульфа в своих тайных целях. Несомненно, у Свейнбьорна были наготове убийцы, которые дожидаются возвращения «Морского клыка» в Ормскаро, чтобы «вознаградить» за услугу, которую сарл оказал князю-эслингу.