— Нет! — воскликнула княжна, и краска залила ее щеки. — Все было не так! Когда они решили, что тебя больше нет, когда курганин поклялся, что ты мертв, отец потребовал, чтобы я вышла замуж за Свейнбьорна! Я не хотела его! Я хотела только тебя.

— Кажется, ты получила больше, чем его каплю, — прорычал Вульфрик.

— Отец заставил меня! — закричала Хьордис. Она повернулась спиной к Вульфрику, показывая шрамы на плечах и боках — следы от удара хлыста.

На мгновение внутри Вульфрика поднялась волна сострадания. Он даже двинулся к ней, чтобы обнять. Запах Свейнбьорна, исходивший от нее, отбросил его назад. Воспоминание о Сигватре, лежащем мертвым в Темноземелье, вспыхнуло перед его глазами.

— Люди с позором погибли, поддавшись обману, — сказал ей Вульфрик. — Ты не знаешь, что такое страдание.

Он резко обернулся, меч сверкнул, выходя из ножен. Он набросился на Свейнбьорна, когда князь, воспользовавшись тем, что Вульфрик отвлекся, рванул к двери. Герой придавил эслинга к полу и уперся коленом ему в спину, затем вцепился в волосы и резко запрокинул его голову назад. Лезвие меча Вульфрика замерло у шеи Свейнбьорна. Череп конунга Торгальда скалился в лицо своему сыну.

— Не убивай его!

Это был крик конунга Виглундра. Старый сарл привел к порогу дюжину воинов, хускарлов и хэрсиров поровну. Вульфрик просто улыбнулся конунгу и его свите, обнажив клыки в свирепом рыке.

— Я собирался нанести тебе визит, — сказал Вульфрик. Он дернул Свейнбьорна за волосы, вынудив князя вскрикнуть. — Как только закончу здесь.

Лицо Виглундра побелело от ужаса.

— Не убивай его, Вульфрик! — взмолился конунг. — Это будет означать войну с эслингами! Назови свою цену! Твой вес в золоте! Лучшие воины моего дома! Я даже отдам тебе Хьордис!

Вульфрик искоса взглянул на княжну, и его глаза были похожи на осколки льда.

— Порченый товар, — произнес разбойник. — Я пришел сюда не торговаться.

Вульфрик выпустил Свейнбьорна, злобно пнул его, отбрасывая прочь. Пока Свейнбьорн полз по полу под защиту телохранителей Виглундра, Вульфрик сунул руку за пояс и вытащил маленький кожаный мешочек.

— Я пришел сюда, чтобы сделать тебе предложение, — сказал он Виглундру.

Вульфрик высокомерно швырнул мешочек на пол, так, что содержимое рассыпалось по всей комнате.

Люди, окружившие конунга, ахнули от изумления, увидев целое состояние в сверкающих драгоценных камнях, рассыпанных перед их глазами. Вульфрик забрал мешочек у Тьорви, после того как убил грелинга. Тот сорвал драгоценности с платьев убитых эльфийских жен, но норсы, пытавшиеся собрать камни с пола, не могли знать об этом.

— Сокровища южан, — похвастался Вульфрик. — Рубины, сапфиры и алмазы! Целое состояние для любого, кто пожелает протянуть руку и забрать его!

Конунг с благоговением смотрел, как один из его хускарлов ссыпает драгоценные камни ему в руку. Он недоверчиво покачал головой.

— У южан нет таких богатств, — сказал Виглундр. — Я много раз брал их города. Никогда мне не доводилось видеть таких камней!

— Ты называешь меня лжецом, Виглундр? — прорычал Вульфрик с угрозой в голосе. — Конечно, ты никогда не видел такого богатства! Где ты брал их? Вдоль побережья, в жалких деревушках, где до тебя прошли поколения норсов. Настоящие сокровища лежат далеко от моря, в самом сердце Империи!

— И великий Вульфрик приплыл в такие места, — усмехнулся Свейнбьорн. — Он с одним кораблем пробил себе путь сквозь твердыню Мариенбурга и флотилии южан!

— Нет, эслинг, — сказал Вульфрик. — Нет нужды растрачивать силы моих воинов так далеко от сокровищ. Не с таким кораблем, как «Морской клык», который может проплыть сквозь моря богов и оказаться там, где я пожелаю!

Это заявление вызвало возбужденный ропот собравшихся воинов. Все они слышали о магии «Морского клыка» от команды корабля, хотя его капитан был осторожен, чтобы сохранить в тайне точное описание его колдовства. Они знали, что Вульфрик говорил правду о плавании по морям за пределами мира смертных.

— Что ты предлагаешь? — спросил Виглундр.

— Мне нужен корабль побольше, чтобы смог увезти добычу, которую я собираюсь захватить, — сказал Вульфрик. — Ты построишь мне новое судно, новый «Морской клык». Это будет самый большой корабль во всей Норске, сорок скамей, не меньше.

— Тебе пришлось бы срубить тролль-дерево, чтобы добыть древесину для такого киля, — проворчал Виглундр.

— Тогда отправь людей искать тролль-дерево, — приказал Вульфрик. — Наверняка среди сарлов найдутся те, у кого хватит мужества для такого путешествия. Если нет, дай мне людей, и я выслежу бестию.

— Чтобы убить тролль-дерево, понадобится пятьдесят воинов, — хмыкнул Свейнбьорн. — Да и то вам придется его поджечь, после чего древесина перестанет быть годной для корабля.

Виглундр пересыпал драгоценные камни из ладони в ладонь.

— Тогда я пошлю сотню воинов, и они не станут поджигать чудовище, иначе я скормлю их детей угрям.

Глаза конунга сузились, в них загорелась алчность.

— Потребуется нечто большее, чем горсть драгоценных камней, чтобы оплатить риск, которому подвергнутся мои воины. Тебе придется согласиться выплатить виру за тех, кого убьет тролль-дерево.

— Любой корабль и любой человек, который пожелает, может плыть с «Морским клыком», — сказал Вульфрик конунгу. — Я поведу их в самые богатые поселения южан, и они будут грабить их до тех пор, пока не соберут такие богатства, чтобы им позавидовали даже боги!

По выражению лица Виглундра Свейнбьорн понял, что слова Вульфрика покорили конунга. Кипя от ненависти, князь вырвал меч из рук хэрсира и повернулся к герою.

— Это ловушка! — закричал эслинг. — Он нас за дураков держит! Какое дело человеку, проклятому богами, до золота?

Виглундр перевел взгляд с драгоценных камней в своей руке на Вульфрика.

— Зарнат предал меня. Ложью и хитростью курганин привел меня в Альвхейм и бросил там умирать. Он вернулся к своему народу. Мне нужны воины и корабли, чтобы найти его. Чтобы получить их, мне нужно золото.

Виглундр кивнул. В ненависти, прозвучавшей в голосе Вульфрика, и в убийственном блеске его глаз не было фальши. Как бы ни были весомы причины считать себя преданным Виглундром и Свейнбьорном, крови Зарната он жаждал еще сильнее.

— Я помогу тебе, — решил конунг. — Я пошлю своих воинов свалить тролль-дерево. Я поручу корабелам построить этот новый «Морской клык». Я пошлю весточку и соберу лучшие корабли и команды среди сарлов и эслингов.

Конунг улыбнулся и указал на многочисленные раны Вульфрика.

— И я позову лучших витки^[2] в Ормскаро, чтобы позаботиться о твоих ранах. — На лице Виглундра появилось лукавое выражение. — Взамен я хочу получить львиную долю сокровищ и клятву, что ты откажешься от своих притязаний на Хьордис и никогда больше не будешь омрачать Ормскаро своим присутствием.

— Клянусь топором Кхарната и крыльями Тчара, — сказал Вульфрик, сплевывая на пол, чтобы скрепить свою клятву.

Он услышал, как женщина, стоявшая позади него, недоверчиво ахнула, когда он произнес эти слова.

— Помни, Виглундр, я единственный, кто может управлять магией «Морского клыка». Я не буду ждать от тебя предательства. По крайней мере, до тех пор, пока сокровища благополучно не вернутся в Ормскаро.

— Конечно, нет, — согласился Виглундр. — До твоего возвращения ты будешь в такой же безопасности, как и моя дочь.

Король жестом приказал своим воинам удалиться из комнаты. Свейнбьорн двинулся было к Хьордис, но остановился, увидев на своем пути Вульфрика.

— Куда ты собрался, эслинг?

Лицо Свейнбьорна побагровело от ярости.

— Я иду за своей женой! — взревел он.

Прежде чем князь успел поднять меч, клинок Вульфрика плашмя ударил его по пальцам. Свейнбьорн взвыл от боли, меч со звоном упал на пол.

— Теперь они одинаковые, — сказал Вульфрик князю указывая на сломанные пальцы другой руки. — Я пошлю к тебе витки после того, как они посмотрят на меня.