30 августа, четверг, время мск 08:40.

Первые сутки лунного дня.

Трасса «Форт-прима» — База «Секунда».

Едем с такой скоростью, что, наверное, лучше сказать — летим. Чуть более двухсот пятидесяти километров в час. С момента, когда мы вошли в чуть качнувшийся салон, Игорь с удовольствием и с моего разрешения вещает Юне об уникальных особенностях первого лунного экспресса. Сразу после того, как она с трудом вышла из четвертьчасовой медитации перед лобовым окном. Незакрытая трасса выглядела на два порядка завлекательнее, зато картина за броневым стеклом обладает гипнотическим эффектом. Освещённый прожекторами идеально ровный тоннель. Настолько ровный, что отчётливо заметна кривизна поверхности, поэтому кажется, что в самой далёкой перспективе потолок плавно смыкается с полом.

Да, я решил, что многое уже можно открыть миру. Пусть внимают и завидуют, самые важные для мира события происходят у нас. Феноменальные и эпохальные. Именно мы находимся на острие развития человечества.

Трасса электрифицирована. Разумеется, не постоянным током, ведь это не Вышка на расстоянии всего в двести километров. Длина трассы больше двух тысяч, на такой дистанции потери на постоянном токе станут болезненными. Нет, привычная промышленная частота в пятьдесят герц наше всё. И входное напряжение — десять киловольт. Всё ради снижения потерь. Так что мы летим под линией высокого трёхфазного напряжения.

Экспресс не земной. Как рассказывал только что Игорь благодарной слушательнице, он на магнитном подвесе, сопротивления воздуха нет за отсутствием такового, инерция вследствие небольшой массы ничтожна. Так что мощность двигателей не превышает полутора киловатт, что может даже смех вызвать. Аппетит электрочайника, разве не смешно?

Однако смех уместен только для нашего варианта облегчённого, так сказать, ВИП-экспресса. Всего два модуля, пассажирский вагон и лидер. Грузовые поезда жрут энергии на порядок больше и едут намного медленнее. Золотосодержащая обогащённая руда весьма тяжеловесна.

Невзирая на бешеную скорость, ехать нам почти девять часов, поэтому для меня обычный рабочий день. Передо мной планшет со сводками и журналами всего происходящего. Вникаю.

Ого! Местные врачи провели уже пару операций по удалению аппендикса. Рядовая операция, но тем не менее. Это ведь тоже тянет на мировую сенсацию. Абсолютно элементарные вещи меняет одно обстоятельство: всё происходит на Луне, а значит, впервые в истории. Влезаю в паузу речей распевшегося словно соловей Игоря.

— Игорь, кратко о работе медблока. О случаях хирургического лечения уже читал.

— Если кратко, то ребята занимаются в основном мелочью. Мелкие травмы, небольшие ушибы, ожоги. Стоматологи вот работают почти непрерывно. В среднем получается, что каждый работник приходит на медосмотр раз в две недели. Чуть что, зубы залечивают на ранних стадиях. Быстро и безболезненно.

— Кто платит? — вклинивается Юна. — Ну, по итогу.

Сначала глядим на неё с огромным недоумением. Затем вспоминаю, что в Южной Корее услуги стоматологов и, в целом, врачей очень недёшевы.

— Всё на Агентстве, — это я объясняю. — Материальное обеспечение, зарплата врачам и всё прочее. Деньги на Луне вообще не в ходу. Тут нет торговых центров, кафе, ночных клубов и курортов.

— Не совсем так, — вмешивается Игорь. — Мы не монахи. И кафе есть, где ребята могут посидеть вечерком. И клубы по интересам есть. Спортивные очень популярны. Всё бесплатно, это да. Излишеств тоже не допускаем. Мы всё-таки в космосе.

— Всё забываю спросить, Витя-кун, — Юна резко меняет тему. — Что там в Южно-Китайском море произошло?

— Знаю не больше тебя, — отмахиваюсь. — Понятно, что мы оперативно подавили огневые позиции, но там сейчас комиссия должна разбираться. Вернёшься, посмотришь новости и всё узнаешь.

— По последним сообщениям, — вмешивается Игорь, — Китай на несколько месяцев потерял до двадцати процентов ВВП.

— Да и хрен с ними! — отмахиваюсь и от этого сообщения. Чужая корова сдохла, мне-то что?

30 августа, четверг, время мск 12:50.

Первые сутки лунного дня.

Трасса «Форт-прима» — База «Секунда», промежуточная станция «Липпман», 1141-ый километр.

— Единственная станция между конечными точками, — Игорь продолжает наслаждаться ролью гида. — Здесь, во-первых, небольшой излом. Его можно было оформить плавным изгибом трассы, но есть масса других ньюансов…

Главный нюанс в том, что дорога односторонняя. Следовательно, нужны места, где встречные составы могут разойтись, не тараня друг друга в лоб. «Липпман» это обеспечивает. Если одновременно пустить два состава навстречу друг другу, то как раз здесь они и разойдутся. Наш экпресс уже вошёл в изгиб, о котором говорит товарищ Игорь, но мог слегка проехать прямо и уйти на короткую параллельную ветку. Она также заканчивается смыканием с основной трассой.

Мы стоим перед панорамным окном во всю стену, глядящим вперёд вдоль дороги. Солнце поднимается справа. Есть окно и в сторону нашего поезда. Если глядеть в сторону конечной станции, то вокзальное помещение справа от трассы.

— Разумеется, тут есть минимально необходимый запас продуктов, воздуха и всего остального для пребывания десятка человек в течение недели или больше, — вещает Игорь. — Построена пара многоместных кают. Стиль пока спартанский, однако, комфорт приличного уровня дело недалёкого будущего…

Тут ещё запланировано ответвление в Бассейн Эйткена. И линию начнём строить немедленно, как только появится серьёзный интерес в том районе. На первое время, для разведки, можно колёсным транспортом обойтись.

30 августа, четверг, время мск 18:10.

База «Секунда», 2102 километра от «Форт-Прима».

Здесь примерно треть всего населения Луны. Всё согласно производственной нагрузке. Но размером база не уступает «Форт-Прима». Да и конструкция точно такая же, с небольшими изменениями. Касаются они центральной технической зоны, там, где царит лунная сила тяжести. Перемещаться при ней не слишком удобно, и навыки нужны особые. Поэтому ботинки снабжены магнитами. Здорово помогает.

Мы только что поужинали в почти пустой столовой, по расписанию ужин как раз с шести вечера. Вместе с главой базы, командором Кешой Поливановым. Юна до сих пор улыбается, он поначалу тоже за андроида её принял. И удивился, когда она в столовую с нами пошла. Там же за ужином и отсмеялись.

Веселья добавляли редкие посетители, которые при виде незнакомой и очень красивой девушки на какое-то время впадали в столбняк. Юна после второго стала развлекаться тем, что засекала время выпадания парней в состояние ступора.

— Давненько на меня так не реагировали, — веселилась вовсю.

Поливанов, шатён с правильными чертами лица, по нашему с Игорем примеру держал железный покерфейс.

Сейчас мы идём по широкому коридору. Слева и справа стальные двери с надписями. Названия стран, финансовых организаций и крупных корпораций. Останавливаемся. Юна от восторга бьёт копытом, как молодая энергичная кобылка. На двери надпись: «Акуро корпорейшн, Южная Корея. Юна Ким». Поливанов деблокирует замок магнитной картой и распахивает дверь. Юна под наши улыбки коротко взвизгивает от восторга. Смеюсь про себя: и это бизнесвумен глобального масштаба!

Перед нами длинный глухой коридор. Его мягко освещает ряд матово сияющих кругов на потолке. В конце ряд стеллажей высотой до груди. Идём туда вслед за Юной, которая скачет вприпрыжку.

— По десять тонн на каждом стеллаже, по две тонны на каждой полке, — рассказывает Поливанов восторженной Юне.

Всего четыре стеллажа. Последний, правда, едва начатый. Да, Юна хранит у нас больше тридцати тонн драгметаллов.

— Платины пока мало, всего сто восемьдесят килограмм, — просвещает нас Поливанов, сверяясь с данными журнала, который взял со столика у входа. — Палладия совсем нет.