Виктор Колчин'
Генерал хмыкает. Этот высоко во всех смыслах взлетевший юноша не находит нужным упоминать свою должность. Это-то ладно, у него их много, легко запутаться. Но вот то, что он вызывает к себе, как-то выходит за рамки…
Видеоинтервью от Киры Хижняк.
22.09.2035
Г. Омск, региональное телевидение
— Ты относишься к той счастливой категории женщин, которых беременность украшает, — одобрительно оглядываю Киру с уже очень заметным животом.
(Цитата слов Штирлица о радистке Кэт)
— Спасибо, Виктор, — улыбается без всякого смущения, зато благосклонно. Львица, как есть. — Итак, Виктор, вы недавно вернулись из космоса. Раскройте нашим зрителям подробности.
Сидит она на этот раз скромненько, и юбка длиннее. Но ножки всё так же хороши.
— Инспекционная поездка… — тут же самому становится смешно, ездить приходилось только на самой Луне. — Вернее, посещение наших космических объектов: орбитальной станции, Луны.
Кира немедленно требует подробностей. Их у меня полно, даже с учётом того, что не все можно раскрывать.
— «Обь» полностью в рабочем состоянии. Способна принимать и отправлять космические аппараты. «Бураны», космоплан «Тайфун», корабли с Земли. «Бураны» и многое другое изготавливается на борту станции.
— Почему не на Земле? Разве здесь не удобнее?
Улыбаюсь, но без нотки превосходства. Вряд ли она не знает, давно ведь рядом крутится. Ради неискушённых зрителей старается.
— В космосе есть два мощных технологических плюса, которых нет на Земле. Вакуум и невесомость. Слыхала о вакуумных плавильных печах? Так вот, например, на Луне это просто печи. Вакуум организовывать не надо, он есть. Поэтому там легко и просто выплавляют титан. А вот на Земле это довольно хлопотно. Невесомость тоже большое дело. Конструкцию любой массы можно легко переместить или повернуть. А знаешь, как металлические детали сваривают? Кстати, ещё один технологический плюс.
Дожидаюсь вопроса и поясняю:
— Просто прижимают их друг к другу и нагревают. Не до расплавления. Ну, по краям и швам могут лазерной сваркой пройтись. Если требуется надёжность. В вакууме никакого окисления металлов, никаких шлаков, никакого выгорания легирующих добавок. Сказка.
— И что, нет никаких неудобных моментов?
— Есть. Но их научились обходить. Ведь есть механизмы с трущимися поверхностями. И нельзя, чтобы они бесконтрольно сваривались. Такие поверхности покрываются керамикой. Методом плазменного напыления. Кстати, это в несколько раз уменьшает износ деталей.
— Куда-то мы не туда ушли, Виктор. Кому-то будут очень интересны технические подробности, но наша аудитория намного шире сообщества инженеров и техников.
— Согласен. Тогда интересная новость для всех: в данный момент на «Оби» строится опытный образец среднемагистрального космического корабля. Название можем ещё изменить, но пока именуем его «Фаэтон».
— А среднемагистральный…
— Это я по аналогии с авиаперевозками. Наши «Симарглы», «Виманы», «Тайфуны» — корабли ближнего радиуса действия. Земля — орбита, орбита — Луна, не дальше. «Фаэтон» мы отправим в район Юпитера. Там очень много интересного.
— К Плутону не будете отправлять?
Я же говорю, она нахваталась у нас всякого. Сейчас попроси её перечислить все планеты, ни разу не запнётся.
— Нет. Для такого расстояния он будет слабоват. Там уже ядерный привод понадобится.
— Так вроде есть уже! И давно. В Росатоме.
— Обратимся к ним, когда дойдёт очередь до Плутона. У нас пока и на Луне много работы.
— Да, Виктор, совсем мы заболтались и о самом важном забыли. Как там дела? — Кира оживляется и благодарит взглядом за то, что вернул разговор в нужное русло.
— Хорошо там идут дела. Построили вторую жилую базу, провели к ней трассу. Электрифицировали её. Она, кстати, очень длинная, не буду говорить сколько, но больше тысячи километров. Но нестрашно, скорость передвижения — двести пятьдесят километров в час. Грузовые составы, конечно, медленнее идут, но полтораста километров в час развивают.
Кира слушает, невольно расширяя глаза.
— Мы скоро решим проблему дешёвого запуска с Луны. По сравнению с Землёй там и без того намного легче взлететь, полезная нагрузка составляет пятьдесят процентов. Но мы рассчитываем её поднять до девяноста-девяноста пяти.
— Каким образом?
— Так же, как и на Байконуре, — пожимаю плечами и благодарю взглядом девушку, снабдившую нас соком. — Тоннель строим.
— Вы неслабо размахнулись…
— Да. Но предстоит сделать намного больше. Удешевить прилунение намного сложнее, но и эту задачу мы со временем решим. Пока умолчу, каким образом.
Кира пытается выдавить подробности. Делюсь одним отвергнутым проектом. Мы рассматривали возможность посадки на поверхность Луны без снижения скорости. Аппарат садится на длинную трассу с электромагнитным захватом. При помощи игры с магнитными полями организовать торможение довольно просто. При этом ещё и кинетическая энергия будет преобразовываться в электрическую.
— С Луной мы разберёмся, — резюмирую я. — Гораздо интереснее проблема терраформирования Венеры. С ней пока не до конца ясно, что надо делать.
Снова на меня смотрят расширенные глаза. Разражаюсь краткой лекцией. Венера прекрасно подходит по размерам. Сила тяжести на поверхности — девяносто процентов от земной. Однако плюсы на этом кончаются. Углекислотная атмосфера почти в сотню раз плотнее земной и приводит к ужасающему парниковому эффекту. Температура на поверхности подбирается к пятистам градусам по Цельсию. Действующие вулканы постоянно выбрасывают в атмосферу оксиды серы. Магнитного поля нет, и солнечный ветер сдувает с Венеры водород и кислород, как раз в соотношении два к одному. То есть планета постоянно теряет воду.
Неприятности на этом не кончаются. Наклонения оси вращения к плоскости орбиты вокруг Солнца фактически нет, поэтому смены времён года не будет. Приполярные области обречены на вечную зиму. Сутки длятся сто шестнадцать земных. Как поведёт себя в таких условиях земная фауна, совершенно не ясно. Людям точно несильно понравится. Мы к такому не привыкли.
— Только представь, Кира, какие колоссальные деньги на этом можно заработать! Площадь Венеры 460 миллионов квадратных километров. Если мы будем продавать территорию хотя бы по десять центов за квадратный метр, ты сможешь охватить одним взглядом количество нулей, которые выстроятся в общей сумме?
Кира подвисает. Сразу видно, гуманитарий, с числами не очень дружит. Помогаю:
— За квадратный километр сто тысяч долларов, — намеренно употребляю до сих пор более привычную для многих денежную единицу. — За миллион, соответственно, сто миллиардов. За десять — триллион. А там таких десятков аж сорок шесть.
Кира прелестно открывает ротик.
— Хороший бизнес, правда? — начинаю смеяться. Не от её вида, от радующих перспектив.
Пока она приходит в себя, приканчиваю чашку кофе. Спасибо ассистентке.
— И как вы это сделаете?
— Открыли на сайте новую страницу, посвящённую терраформированию Венеры. Все желающие могут вносить свои предложения. А мы будем глядеть, думать и премировать авторов самых удачных идей.
На самом деле есть уже у меня разнообразные варианты. И как ускорить вращение планеты, и как наклон оси вращения организовать. Кто нам помешает нанести удар астероидом? По касательной? Главное — высчитать всё точно. Магнитное поле тоже, в принципе, несложно создать. Как и углекислоту утилизировать. Подумаешь, бином Ньютона.
— Неужто вы действительно Венеру приручите?
— Это будет долго. Лет десять — двадцать. Но почему нет?
— А Марс?
Ждал этого вопроса.
— Марс мы оставим следующему поколению. Нашим младшим братьям, условно говоря. С ним разобраться легче. Однако и выгод с ним меньше.
Возникает пауза. Мне приходит в голову ещё одна мысль. Необязательно Овчинникову прокатывать алюминиевые шинопроводы. Можно и слитками обойтись. А затем тупо плавить их на месте и заливать в борозду. В короб из какого-нибудь простого металла. Титана или железа.
