– Ладно, – недовольно фыркнула аристократка, но затем хорошее настроение вновь вернулось к ней, потому что в голове созрел новый, куда более эффектный и безумный план.

Направляясь в редакцию, я решил зайти в лавку Сергея Сергеевича Евсеева. Во‑первых, на прошлой неделе мне пришла в голову идея сделать небольшую кухонную зону в нашем офисе и нужно было наполнить её всякими вкусностями. Вспомнив офисы крупных IT‑компаний из моего времени, я подумал что неплохо было бы перенять оттуда практику бесплатного снэк‑бара для работников.

Мне хотелось сделать Невский вестник и Голос улиц лучшими не только для читателей, но и для работников. Чтобы наш офис стал образцово‑показательным и владельцы фабрик и предприятий увидели, что счастливый и довольный сотрудник работает куда эффективнее. Ведь то, насколько человеку приятно находиться на работе – это очень важно. Чтобы он с улыбкой и хорошим настроение шёл в офис, зная, что там ему будет хорошо.

Это немаловажный момент в том числе и в вопросе лояльности моих людей. Сейчас, когда я стал рупором перемен и объявил незримую войну старому порядку, мне очень важно, чтобы окружающие люди были преданы мне на сто процентов.

Ну а во‑вторых, я хотел проведать Сергея Сергеевича и узнать как у него обстоят дела. С тех пор, как с моей подачи они с Севастьяновым помирились, Евсеев пропал из моего поля зрения. А означало это одно из двух: либо у него всё хорошо, либо…

– Предатель и лицемер! – услышал я разгорячённый голос Виктора Наумовича. – Как ты можешь целовать свою жену этим ртом, что изрекает подобную ложь⁈

Ох, похоже перемирие продлилось недолго, – выдохнул я и направился к толпе людей в сквере рядом с лавкой Евсеева.

– Это я то лгу? – эмоционально воскликнул Сергей Сергеевич. – А доказательства будут? Или опять надо «просто верить»?

– Иуда! – ударил его соперник по скамейке, на которой между ними стояла шахматная доска.

Поле подскочило и шахматные фигуры разлетелись в разные стороны.

– Доказательства, уважаемый, – постучал пальцем по пустой доске Евсеев.

– Репутации Даниила Александровича тебе недостаточно⁈ – картинно огляделся Виктор Наумович по сторонам в поисках поддержки окружающих, благо меня он не заметил.

Мне не хотелось вмешиваться, чтобы понять истинную причину их разгоревшегося спора, тем более она видимо напрямую связана со мной.

– Даниила Александровича я безмерно уважаю и ни на секунду не сомневаюсь в его словах, – тут же оборонительно приподнял руки его собеседник. – А вот как мне знать, что самого Даниила не ввели в заблуждение? Как он узнал, что Хозяйка кухни – действительно служанка в чьём‑то поместье, а не какой‑нибудь бородатый выдумщик, сочинивший там всё до последнего слова?

– Вот те крест! – судорожно перекрестился Севастьянов, на что Евсеев лишь отмахнулся, откинувшись на спинку скамейки и отвернувшись.

Я не выдержал и рассмеялся. Они сейчас спорили из‑за статьи в Голосе улиц и похоже, что окружавших их людей тоже крайне интересовала эта тема. Вот что значит действительно популярная народная газета.

– Даниил Александрович! – лучезарно улыбнулся стильный дедок, когда все люди обернулись на мой смех. – Вы не представляете как вовремя тут появились! Скажите этому Фоме неверующему, что вы не занимаетесь обманом людей и Хозяйка кухни – настоящая!

Мне никак не удавалось сдерживать широченную улыбку. В какой‑то момент у меня даже устали щёки.

– Вот видишь, старый? Смеётся он над тобой, потому что обвели тебя вокруг пальца, как ребёнка доверчивого! – тут же приободрился Сергей Сергеевич.

– Неужто неправда в статье той понаписана? – притихшим голосом спросил седовласый старичок, обмякнув на скамейке.

– Чистейшая правда, – поспешил я успокоить эмоционального бакалейщика.

– Ага! Говорил же тебе, плут! – мгновенно вскочил он и ткнул пальцем в опешившего от такого Евсеева.

– Но доля истины в подозрениях Сергея Сергеевича имеется, – хитро произнёс я.

– Так шож нам думать то⁈ – схватился за голову ничего не понимающий Севастьянов.

И опять я не смог сдержать улыбку:

– Думать то, что думается. Но дабы разрешить ваш спор, то отвечу: я лично знаком с Хозяйкой кухни и всё, что написано в статье – чистейшая правда до последнего слова.

– А почему тогда он прав? – уточнил старичок, указывая на своего соседа по скамейке.

На что я загадочно пожал плечами, лишь раззадорив их любопытство. Уверен, что теперь все эти люди будут ещё пристальнее следить за статьями Распутиной.

– Могу лишь сказать, что Хозяйка кухни – юная и прекрасная особа. И больше – ничего, – подмигнул я и провёл сложенными пальцами по губам, показывая, что рот мой теперь на замке.

– Жаль, что не узнать кто это, я бы этой красавице написал парочку писем, – игриво присвистнул дед.

– Витя, конверты побереги! Тебя Любава в лавке ждёт, – прописал ему дружеский подзатыльник Евсеев, а затем добавил: – Но конечно жаль всё‑таки, что нельзя написать, есть у меня парочка вопросов к её статье. Страсть как интересно узнать некоторые детали, может вы, Даниил Александрович спросите у Хозяйки, а потом нам расскажете?

Толпа вокруг тут же разразилась одобрительными возгласами.

Вот так попал. Они ведь не ограничатся «парочкой вопросиков». Тут как нельзя кстати подойдёт пословица про «дай палец – руку откусят». Так что надо было решать этот вопрос, тем более читательский интерес – это ведь прекрасно, главное им умело воспользоваться. А пользоваться представившимися возможностями я умею пожалуй лучше всех в этом мире.

– Уважаемые, во‑первых, большое спасибо что читаете наши газеты. Именно ради вас мы и работаем не покладая рук. А во‑вторых, уже со следующего выпуска вы сможете присылать письма с благодарностями, вопросами и комментариями вашим любимым авторам, – подался я вперёд, окинув всех присутствующих уверенным взглядом.

Люди вокруг тут же зааплодировали и принялись обсуждать между собой что необходимо спросить в первую очередь и у кого.

– Также, самые лучшие вопросы и комментарии попадут на страницы Голоса улиц вместе с упоминаниями фамилий приславших их людей, – добавил я, окончательно приводя людей в состояние эйфории.

Ещё по прошлой жизни я помнил, насколько ценным и важным для обычного человека было попасть в телевизор или на страницы газет. Даже малейшее упоминание, один кадр, одна фраза – и это навсегда останется в его памяти ярчайшим воспоминанием. Недели он будет показывать газеты со его напечатанным вопросам всем родственникам и друзьям, заодно продвигая и популяризируя наше издание.

Подходя к редакции, я уже мысленно набросал намётки того, как это будет работать и сколько человек понадобится. А по моим прикидкам, эта затея будет пользоваться бешеной популярностью среди читателей, значит писем будет много, очень много. Это неминуемо приведёт к необходимости найма полноценных работников на разбор корреспонденции и увеличению расходов, которые и без того были немаленькими. Бесплатная газета без рекламы пока что представляла из себя очень дорогую и рискованную инвестицию, но я верил, что в будущем это принесёт мне баснословную прибыль, а самое главное поднимет мой статус и репутацию на недостижимую пока высоту и даст огромный рычаг влияния, ведь в моих руках будет самая крупная и популярная газета среди жителей города.

– Дядя Даня, есть какие поручения? – встретил я у редакции Гошу.

– А чего ты не в школе? – поздоровавшись, я пристально посмотрел на него.

– Так вот как раз закончил и дай думаю зайду узнаю, вдруг что надо вам, – вытянулся парень.

– А как же погулять, поиграть, уроки сделать? – хохотнул я, видя его серьёзное выражение лица.

– Я уже не маленький, чтобы в игрушки играть, – фыркнул он. – Да и честно говоря, отвечать на звонки и читать письма – куда веселее чем бегать с деревянными пистолетами, да яблоками друг в друга кидаться.