– Спасибо вам, – вновь тихо произнёс он, открывая дверь. – И это, подумайте над нашим предложением.

Во деловые конечно, не могу. Интересно, он понял, что я пошутил про резюме, или они сейчас побегут их писать?

Решив вопрос с Колькой, я так и не отправился в офис. Полученная информация требовала срочных ответов и я мог получить их только у одного моего знакомого.

– К сожалению, Всеволод Игоревич сегодня уже уехал по личным вопросам, – сообщила мне девушка из его клиники, когда я позвонил туда в надежде застать лекаря.

Он не отвечал на звонки, а теперь выяснилось, что и на работе его нет. Но сдаваться так просто я не собирался. Была у меня ещё одна идейка, где он мог решать «личные вопросы».

Подойдя к дверям цветочного, я не удивился, обнаружив табличку:

«Магазин закрыт по техническим причинам».

Хмм, интересно, насколько причины закрытия «технические»? Поднявшись на второй этаж, я не стал использовать свой старый ключ, а вместо этого громко и настойчиво постучал. За дверью послышалась возня, перешёптывания, а затем раздался звук падающего стула. И вот, после долгих тридцати секунд, замок двери щёлкнул и на меня удивлённо посмотрела раскрасневшаяся мама.

– Привет, я не вовремя? – улыбнулся я, видя её чуть испуганный взгляд.

– Нет, нет, я всегда очень рада тебя видеть, – улыбнулась она в ответ, а затем очень быстро обернулась и с явным облегчением распахнула передо мной дверь.

– Даниил, какой сюрприз! А я вот зашёл цветы купить для важного пациента и с Верой так разговорились, вот она меня на чай пригласила, – виновато вскочил Всеволод Игоревич, как только я зашёл на мамину кухню.

На чай. Ага. Тото же мама побежала воду греть да заварку искать, – мысленно улыбнулся я, но промолчал, принимая их версию.

– Даня, а ты тут какими судьбами? – попыталась невзначай поинтересоваться мама, пока Мечников безуспешно изображал чаепитие из пустой кружки.

– Да вот тоже решил цветочков приобрести, – хитро сказал я. – Надеюсь, Всеволод Игоревич оставил что‑нибудь для меня?

Но моя фраза дала им повод самим хитро заулыбаться.

– Полагаю, для Алисы Сергеевны? – тут же уточнил он.

– Для важных клиентов, – парировал я, намекая на его прошлый ответ.

Удивительно, но я уже достаточно давно не видел Распутину. Она словно избегала встреч со мной, появляясь в офисе лишь тогда, когда меня там не было. Похоже, что та ночь не прошла без последствий.

– На самом деле, очень рад, что вы тут, – обратился к Мечникову. – Есть один вопрос, требующий вашего незамедлительного участия.

Он мигом отбросил всю весёлость и строго посмотрел на меня, а затем на маму.

Она была воспитана в аристократической семье и по его взгляду прекрасно поняла, что мужчинам сейчас надо поговорить о делах и их нужно оставить.

– Ой, Даня, я тогда оставлю гостя на тебя? Из головы вылетело совсем, что нужно два заказа срочных успеть сделать, – картинно спохватилась она и ушла в цветочный.

– Что случилось? – напряжённо спросил он, подавшись вперёд.

– Слышали про пожар в Заневском районе? – начал я издалека.

– Это где твоя магическая собака вытащила ребёнка из огня? Кто же об этом не слышал, – кивнул он.

– Так вот, есть подозрения полагать, что пожар вызван артефактами, что незаконно хранились в подвале дома. И я надеюсь, что вы сможете помочь мне определить что за артефакт нашёл мой работник там, – объяснил я.

Мечников вопросительно посмотрел на меня, ожидая, что я выложу артефакт на стол, но вместо этого я лишь описал то, что услышал от Кольки.

– Скорее всего это усиливающее кольцо для огненных магов, – покачал головой лекарь. – Их используют маги пехоты на фронте для усиления своего дара.

– Но почему оно загорелось в руках моего работника? – задумался я.

– Думаю, ты прекрасно понимаешь, Даниил, – ответил он.

Колька непробуждённый маг огня и его дар вот‑вот откроется. Поразительно. Получается ему просто не повезло подобрать именно подобный артефакт. Возьми это кольцо кто угодно другой – ничего бы не произошло. Но как я и говорил раньше – в этом есть плюсы: мы получили зацепку и шанс подобраться к таинственному злодею.

– А что касается огня, который не могли потушить пожарные – есть несколько версий, но в любом случае ты прав – кольцо не могло дать такой эффект, скорее всего оно подожгло другое артефактное оружие, – продолжил Мечников. – И самое плохое в этом всём то, что эти кольца – новая модель, а значит…

– Поставка оружия продолжается. Вот только теперь они используют жилые дома в качестве перевалочных баз, – нахмурился я.

– Если это действительно так, то это просто бесчеловечно, – ледяным тоном сказал он. – Люди даже не знают, что живут прямо на пороховой бочке. Хотя какое там. Бочка с порохом – просто цветочки по сравнению с тем, на что способны некоторые виды артефактного вооружения.

– Уверен, что среди полицейских есть те, кто всё это покрывает. Но у меня есть сотрудники, кому можно доверять и они помогут нам найти предателей, – строго сказал я.

Обсудив план действий, я попрощался и собрался уходить, когда Всеволод Игоревич остановил меня:

– Даниил, а ты уже подготовился к Рождественскому приёму?

– А к нему нужна особая подготовка? – усмехнулся я.

Но он не оценил моего веселье. Напротив, услышав это, глаза лекаря округлились.

Толкнув тяжёлую резную дверь ателье Григория Веселова, я зашёл внутрь и мне в нос ударил ни на что не похожий запах ткани. Воспоминания мигом перенесли меня в глубокое детство, когда я ездил с мамой в швейный магазин, где она покупала материал, чтобы сшить мне мой первый костюм, в котором я должен был идти в школу.

– Я знал, что вы появитесь, – не оборачиваясь, произнёс портной.

Он работал над элегантным чёрным костюмом с красной подкладкой. Пиджак напоминал снятую кожу дикой пумы, в чьих венах ещё недавно теплилась кровь.

– Знаете, я решил перейти на светлую сторону и слегка изменить стиль и имидж, – вместо приветствия сказал я, проходя внутрь ателье.

Когда моя машина сбросила черный цвет и стала серебряной, то я осознал, что и мне срочно нужен светлый костюм. Тем более, как оказалось, впереди меня ждал приём, где дресс‑код обязывал быть во всём белом. Спасибо Всеволоду Игоревичу, что предупредил меня. Видимо, Меньшиков решил намеренно не сообщать мне об этой важной детали, дабы выставить белой, вернее как раз‑таки не белой, вороной.

– Очень вовремя, – наконец‑то обернулся портной. – Особенно учитывая предстоящее мероприятие.

– Видимо я не один, кто решил подготовиться к Рождественскому балу? – улыбнулся я, но он не разделил моего хорошего настроения.

– Уважаемые люди обращались ко мне за несколько месяцев, а не за две недели, – недовольно буркнул Григорий Леонидович. – С чего вы вздумали, что я брошу всё и брошусь выполнять ваш заказ?

– Думаю вы не будете этого делать, – невозмутимо сказал я, а затем хитро заметил: – Ведь мой костюм уже готов?

Лицо пожилого портного чуть дрогнуло. Он замер, словно его поймали с поличным на месте преступления, а затем робко спросил:

– Неужели вы почувствовали?

– Григорий Леонидович, невозможно не почувствовать, когда видишь свой костюм, – слово «свой» я произнёс с особым пиететом. – Вы мастер своего дела и ваши работы…

– Всё, прекратите, – замахал руками портной, останавливая мою похвалу. – У меня бывает не много клиентов, которые способны сполна оценить моё искусство и я рад, что не ошибся в вас. А ещё очень надеюсь, что став аристократом, вы не набрали лишних килограммов.

Его лицо расплылось в широченной улыбке, отчего на нём разгладилась добрая половина морщин.

Мы стояли и молча смотрели на сияющий своей белизной костюм, надетый на манекен в дальнем углу его ателье. Я сразу понял, что этот шедевр создавался для меня и только для меня. Он манил меня, звал и признавал во мне своего хозяина.