Квартира Даниила Уварова

Когда я открыл глаза, за окном всё ещё было темно.

Эх, а я ведь сегодня надеялся поспать, – пронеслось в сонной голове в первые секунды пробуждения.

Но стоило мне чуть прийти в чувства, как я услышал противное жужжание. Это был вибрирующий телефон, наворачивающий круги по тумбочке. А вот и причина моего пробуждения. Ну и кому стоит сказать «спасибо»?

– Даниил, где ты пропадаешь? – раздался в трубке голос Мечникова.

– До вашего звонка гулял в царстве Морфея, – зевнул я и потянулся. – И хотелось бы там задержаться подольше.

– Ещё? – удивился он. – Похоже, вчера бой был серьёзнее чем я думал, раз тебя накрыл такой энергетический откат.

– Всеволод Игоревич, вы что‑то хотели? Я лёг спать несколько часов назад и… – недовольно произнёс я, на что он воскликнул:

– Даниил, нападение на Долгопрудного было больше суток назад!

Что? Я спал почти тридцать часов?

Взглянув на дату, что горела на экране, я присвистнул. Вот уж действительно выспался так выспался. Похоже, организм решил не дожидаться, когда у меня появится свободное время, и просто взял то, что ему требовалось.

В трубке послышался хохот Мечникова, понявший моё молчание и с чем оно связано.

– Нам срочно необходимо обсудить произошедшее, я могу подъехать к тебе через полчаса, – уже без тени веселья попросил он.

Согласившись, я повесил трубку и взглянул на экран.

– Ох и крепко я спал, – вырвалось у меня, когда я увидел два десятка уведомлений о новых сообщениях.

Если бы произошло что‑то плохое или важное, то Всеволод Игоревич непременно бы мне рассказал, а значит не стоит переживать по поводу этих сообщений. Или стоит?

«Даниил, ты где? Срочно перезвони мне или приезжай в редакцию. Срочно!» – гласило сообщение от Вики, присланное сразу после нескольких звонков.

«Даниил Александрович, добрый день. Вас беспокоит Леонид из журнала Голубая кровь. Мы бы хотели предложить вам эксклюзивное интервью.» – пришло сообщение с неизвестного номера.

Дальше снова несколько звонков от Вики, а затем и из редакции.

«Даниил, надеюсь ты не игнорируешь меня? Если тебе будут писать пираньи из жёлтой прессы – не вздумай им отвечать!» – пришло её сообщение следом.

Интересно, что такого я пропустил вчера, что они все так всполошились? Впрочем, я конечно же догадываюсь.

Но дальше я прочитал текст, что прислал мне Виктор Наумович, и понял, что ничего не понимаю:

«Мы смогли! У нас всё получилось! Завтра в четыре часа, сквер рядом с магазином Евсеева.»

Зато вот следующее сообщение не содержало никаких загадок и несказанно меня порадовало:

«Даниил, я поговорил с юристами и готов обсуждать создание холдинга на твоих условиях. Распутин С. О.»

Что бы я ни прочитал дальше, оно не сможет меня огорчить.

«Даниил, они узнали твой адрес! Не знаю откуда, но это точно не мы!» – пришло очередное сообщение от Вики и следом несколько попыток дозвона.

Когда я открыл следующее сообщение, внутри разлилось тепло.

«Спасибо за вчера».

В этих словах Алисы было скрыто куда больше, чем казалось и я был очень рад, что мы вновь общаемся как прежде.

«Даниил, это Стас случайно выдал твой адрес. Гагарин уже устроил ему разнос.» – гласило следующее сообщение от Вики.

Далее следовало ещё несколько пропущенных с номера редакции, после чего пришло сообщение от Стаса:

«Даниил Александрович, я прошу прощения, что ненароком выдал ваш адрес. Меня вынудили это сделать обманом. Пожалуйста, попросите Гагарина не переводить меня в грузчики, у меня очень нежные руки и больная спина.»

А следом мне написал и сам Гагарин:

«Даниил Александрович, со Станиславом мы вопрос решили. Впредь он будет более благоразумен. П. с. Со спиной у этого болтуна всё в порядке, не верьте ему.»

На лице просияла улыбка, но затем тут же исчезла:

«Даниил Александрович, это вновь Леонид из журнала Голубая кровь. Я совершенно случайно нахожусь рядом с вашим домом и хотел бы зайти и задать вам буквально парочку вопросов».

После сообщения журналиста следовало несколько неотвеченных вызовов. А затем…

Мне потребовалось перечитать следующее сообщение несколько раз, чтобы до конца понять что же тут происходило, пока я спал.

«Даниил Александрович, если вы настолько негативно настроены к работникам свободной прессы, то можно было просто ответить. Я потратил время, деньги, чтобы приехать к вам, а что в итоге? Травмпункт и гипс? Вы хоть осознаёте, что лишили меня возможности писать и тем самым зарабатывать себе на хлеб насущный? Вам следует приструнить своих слуг, иначе я буду жаловаться! Держать подобных сумасшедших – это просто опасно для честных граждан. Этот псих сначала не хотел меня пропускать в дом, а затем запрещал звонить вам в дверь. Знайте, что вы приобрели могущественного врага в моём лице. П. с. про собаку всё в силе, несмотря на сломанный палец.»

Я медленно положил телефон на тумбочку, а затем громко воскликнул:

– Твою мать. Акали!

Выскочив на кухню, я замер на месте, осматривая последствия моего сна.

На полу была разбросана еда. Собачий корм, что раньше был спрятан в нижней тумбочке, теперь валялся по всей кухне, точнее половина корма, потому что вторая половина была тщательно спрятана в животе Акали.

– Ты когда научилась ящики и холодильник открывать? – с укором спросил я, видя что помимо корма она достала все мясные продукты, что были в доме, ну и конечно же замороженный кусок отборной говядины, на который глазела ещё в вечер великого чашкопадения.

– А ну признавайся, ты тут вечеринку устраивала? – строго посмотрел я на собаку.

Акали лениво взглянула на меня, а потом устало вздохнула. Было видно, что она набила пузо до отвала и теперь ей было лень даже встать. Выкатив брюхо, она балдела в своей лежанке и на её лице отчётливо читалась фраза «Сам виноват, пёс».

– В ванну лучше не заходить, а коврик в коридоре сжечь? – усмехнулся я, смотря на эту обжору.

Собака утвердительно зевнула и завалилась дальше спать.

Мда. Пора быстрее восстанавливать поместье и переезжать туда. Нам с Акали тут становится тесно. Да и давно пора переложить часть моих рутинных дел на прислугу.

Вызвав клининг, чтобы они профессионально убрали всё, что тут натворила моя собака, я следом набрал Мечникова и перенёс нашу встречу в ресторан.

Телефон, лежащий на тумбочке человека, что взял под контроль преступность в городе, протяжно зазвонил.

– Хозяин, мы нашли парней, что были с Артёмом во время нападения, – сообщил писклявый голос подчинённого. – Они оба кричат, что Артём дрался с призраком. Мы их как следует помяли, но они всё равно стоят на своём.

– Идиоты, это был артефакт невидимости, что был у одного из тех, кто пробрался в квартиру Уварова. Получается, что парень тогда смог завладеть артефактом, – тихо произнёс криминальный босс. – Впрочем, это даже хорошо. Теперь мы сможем использовать наличие у Уварова этого артефакта против него же самого.

– Пошли, обжора, настало время тратить калории, – буквально на руках я вытаскивал обленившуюся Акали после незаконного кулинарного фестиваля, что она устроила пока я был в отключке.

Собака, нехотя переваливаясь с ноги на ногу, подошла к лифту.

– Может по лестнице? – пошутил я, на что она лишь беззлобно зарычала.

Лучше бы пошли пешком, – пронеслось у меня в голове, когда двери лифта открылись на первом этаже.

– Даниил Александрович, я ведь ясно дал вам понять, чтобы вы заканчивали водить сюда кого попало, – заворчал Нестор Павлович, едва завидел меня.

– И я его не нарушал, – уверенно сказал я.