Светлейший закрыл глаза и потёр пальцами виски.

– Собирайте преображенцев, мы выдвигаемся навстречу Морозову, – тихо сказал он своё решение. – Командование я беру на себя.

Южные пригороды Санкт‑Петербурга     

Михаил Морозов в военном кителе сидел в бронированной машине, следующей во главе колонны. Он молча смотрел на стоящие на обочине машины простолюдинов, в ужасе разбегающихся при виде приближающейся кавалькады военных.

Вчера, едва узнав о задержании своего сына, он созвал экстренное собрание московского купечества, где объявил о своём походе на Петербург и попросил московский высший свет дать ему свои войска. Было много споров, криков, но своей цели Михаил достиг: сейчас в его подчинении было по меньшей мере два полных полка, собранных из представителей лучших силовиков нескольких московских родов.

Молча наблюдая за испуганными людьми, Морозов думал о том, что будет дальше. Никакого плана у него не было. Купец действовал импульсивно, с присущим ему московским размахом.

Прийти. Увидеть. Победить. Вот его план.

Куда, зачем и как – об этом он не думал.

– Они не захотят со мной связываться, когда увидят, что за мной стоит половина Москвы, – тихо процедил он, словно убеждая самого себя в правильности избранного им пути.

Вчерашний напор и решительность с каждым пройденным в сторону Петербурга километром сменялась на тревогу и обеспокоенность грядущими последствиями. А в то, что его демарш не останется без мощного ответа столицы у него сомнений не было.

– К чёрту этих столичных интриганов. Близость Европы совсем извратила наше государство и рано или поздно кто‑нибудь бы сделал то, на что я решился, – строго сказал он, обращаясь к водителю.

После этих слов, сидящий за рулём солдат ударил по тормозам и машина резко остановилась, несмотря на огромный вес брони.

– Что творишь, идиот? – прорычал Морозов.

– Ваш сын, – смущённо сказал тот.

– Что мой сын? Думаешь, он не достоин того, чтобы ради него умирать? – возмутился купец.

– Нет, господин, – ответил водитель. – Ваш сын стоит прямо у нас на пути.

– Что⁈ – подался вперёд Морозов, всматриваясь в тёмный силуэт, освещаемый тусклым светом фар бронемашины.

Сутками ранее. Квартира Даниила Уварова     

Повесив трубку после разговора с Морозовым, я твёрдо понимал, что грядёт что‑то очень масштабное и плохое и я стою в центре нарастающей бури.

Нужно действовать быстро и решительно. Мне необходимо доказать невиновность мамы и Николая Морозова здесь и сейчас. Нет времени собирать доказательства и действовать классическим путём. Я должен во что бы то ни стало освободить Николая сегодня, иначе его отец может натворить такого, что уже невозможно будет исправить.

Мозг работал на пределе возможного, перебирая различные варианты, пока наконец не остановился на единственном, что в теории можно провернуть в ближайшее время.

Я тут же позвонил Вове и объяснил ему мой план, потому что без него реализовать подобное было невозможно.

– Ты с ума сошёл⁈ – только и воскликнул он. – Это же чистое безумие!

– Безумие – ничего не делать и ждать, когда Морозов явится в Петербург со своей вооружённой дружиной, – возразил я. – Так ты поможешь?

– Ну а куда я денусь, – ответил он. – Ты для меня столько сделал, что я не могу отказываться. Да и не хочу.

– Не беспокойся, никто не узнает о твоём участии, – тут же заверил я его. – Будь готов и одень приличный чёрный костюм.

– Костюм? – удивился он, но я уже повесил трубку.

Сразу после Вовы я набрал Гончего:

– Станислав, любыми способами выясни, где сейчас находится Роман Юсупов. Мне нужно до него добраться и как можно скорей.

К Роману Юсупову, сидящему за столиком ресторана, быстрым шагом подошёл Дмитрий – глава охраны их рода и строго сказал:

– Роман Павлович, поступила информация, что вам угрожает опасность. Мы должны немедленно проследовать в безопасное место.

– Что случилось? – чуть взволнованным голосом спросил Роман.

Но глава охраны рода вместо ответа настойчиво потребовал быстрее уходить. Подходя к машине, он достал из небольшой шкатулки блестящий амулет:

– Вы должны одеть этот защитный артефакт.

– Но у меня есть семейный артефакт, – чуть растерялся аристократ. – Дмитрий, что в конце‑концов происходит?

– Нам поступила информация, что вам угрожает очень сильный маг. Ваш артефакт может не сработать. Ваш отец приказал дать вам свой, пока опасность не отступит, – строго произнёс Дмитрий и открыл дверь машины: – Мы должны поспешить.

Сердце Романа забилось сильней. Он не знал что ему грозит, но строгий тон охранника, артефакт отца, который тот всегда использовал сам и внезапность ситуации застали его врасплох и заставили не на шутку перепугаться.

Он снял свой артефакт и положил в протянутую руку охранника, после чего спешно накинул на шею более сильную защиты, сел в машину и облегчённо выдохнул. Когда Дмитрий сел на место переднего пассажира и водитель тронулся, то Роман наконец‑то почувствовал себя в безопасности.

– Роман Павлович, пожалуйста, внимательно ознакомьтесь с инструкцией по безопасности, – не оборачиваясь, водитель протянул ему лист бумаги.

Он взял лист, где от руки было написано несколько строчек, и стал внимательно читать.

Отдел следователей особого назначения     

– Вера Романовна, может ещё чаю? – вежливо уточнил вошедший следователь.

– Спасибо конечно, но лучше верните меня поскорее домой, – уже с трудом сдерживая раздражение, ответила она.

– Понимаю ваше недовольство, но боюсь вы здесь надолго. Обвинения крайне серьёзные и ваше участие… – вновь начал объяснять он и Вера сорвалась:

– Да какое моё участие⁈ Сколько раз говорить, что я понятия не имею ни о какой контрабанде!

Следователь виновато пожал плечами и ей даже стало слегка неловко за то, что она ведёт себя так невежливо. Всё‑таки местные сотрудники относились к ней с большим уважением и даже сочувствием. Сквозь некоторые фразы, она понимала, что многие из следователей знакомы с её сыном и такое трепетное отношение к ней было в первую очередь связано с хорошим отношением к Даниилу.

Но от этого осознания едва ли было легче. Её схватили как преступницу на глазах у всего города и скоро будет уже день, как она находится тут и беспрерывно отвечает на одни и те же вопросы.

– Как бы грубо это ни звучало, но это… – вновь начал он, но его прервал вошедший без стука другой сотрудник.

Подойдя к следователю, сидящему напротив Веры, он что‑то прошептал тому на ухо.

– Что? Вы серьёзно? – поднял ничего не понимающий взгляд следователь, что вёл допрос, на коллегу.

– Да, он настаивает на этом, – ответил тот.

– И готов сделать под присягой? – уточнил следователь.

Вошедший утвердительно кивнул.

Вера видела, как сидящий напротив неё мужчина растерянно смотрел на своего коллегу, словно не зная что сказать.

– Приглашайте его, – наконец, пожал плечами он. – Если мы откажем, то он использует все свои СМИ и раструбит на весь город о том, что мы что‑то скрываем.

Второй сотрудник тут же выскочил из допросной.

В сердце Веры растеклось приятное тепло. Она поняла, что её сын пришёл ей на помощь. Не смотря на ужасную ситуацию, в которой она оказалась, её распирала гордость за него. За то, каким влиятельным человеком он стал в его молодые года. А ведь совсем недавно он ещё был несмышлёным пятиклассником, а потом всё так внезапно изменилось, после того случая, когда он едва не умер при пробуждении боевого дара.