– Даниил, наша организация не причастна к этому фарсу, что творится в средствах массовой информации! – с порога заявил мне Рогов.

Впрочем мне не нужны были его оправдания или извинения. Я прекрасно понимал, что всё это устроил отнюдь не Коваленко, а Юсупов и целью его был я, так что обвинять Лигу и Рогова я не собирался.

– Жорж, давайте перейдём к делу. У нас есть общая проблема, которую необходимо как можно скорее решить, – сухо сказал я.

– Так вы согласны? – Обрадовался он.

– У меня есть три условия, – сказал я, не сводя с него взгляда. – Первое: вы даёте официальную пресс‑конференцию и публикуете полную версию ролика.

– Само собой, – кивнул он.

– Второе, – загнул я следующий палец. – Вы заключаете рекламный контракт сроком на один год с моим агентством «Уваров и Распутина» на эксклюзивное размещение рекламы в новой газете «Голос улиц».

Собственно это было основное, зачем я пришёл сюда. Необходимо было пользоваться ситуацией. Из‑за козней Юсупова стало очень сложно подписать крупных рекламодателей для моей новой газеты. А они – фундамент всей задумки, без которых её существование просто невозможно. Поэтому я не испытываю угрызений совести от того, что пользуюсь положением Лиги магических единоборств в своих целях. В конце концов, сотрудничество со мной для них окажется фантастически выгодным и они непременно продлят с нами контракт, просто сейчас они ещё этого не понимают.

– Даниил, это чистой воды шантаж, – нахмурился Рогов. – Вы предлагаете мне кота в мешке.

– Нет, Жорж. Никакого кота в том мешке, что я вам предлагаю нет. Там только золото, – улыбнулся я.

– Я не могу вам ничего ответить на этот счёт, не зная конкретных цифр.

– Они будут, но уверяю, через пару месяцев вы сами позвоните мне и потребуете продлить сотрудничество, – уверенно сказал я.

– Ладно, ладно, всё равно у меня нет выбора, – недовольно развёл он руками. – Какое там третье условие? Достать вам Луну с неба?

Хитро улыбнувшись, я назвал своё третье условие, при котором состоится мой показательный бой.

– Даниил, я понимаю, что после боя с Безумным Максом вы почувствовали уверенность в своих силах, но Неуязвимый – наш лучший и сильнейший боец!

– Не беспокойтесь, мы ведь будем биться в защитных артефактах, так что ваш чемпион не пострадает, – улыбнулся я.

Но Рогов не разделял моего настроя. Он покачал головой, а затем строго спросил:

– Вы точно уверены что готовы к этому?

– Абсолютно, – без промедления ответил я. – Я зайду в октагон лишь увидев Неуязвимого на другом конце.

Промоутер откинулся на кресле и долго смотрел на меня. В его глазах отражалась внутренняя борьба, поэтому я просто ждал, когда он примет единственное возможное решение.

– Это несомненно вызовет колоссальный ажиотаж. С учётом шумихи, поднятой в газетах, это без преувеличения станет событием года, – рассуждал вслух Рогов. – Но теряется весь смысл поединка, Неуязвимый уничтожит тебя за считанные секунды.

А вот это сейчас было обидно. Неужели я настолько не выгляжу как достойный соперник? Или они все судят по тому, что я так и не прошёл переаттестацию и до сих пор числюсь одарённым первого ранга?

– Я выстою все три раунда, – заявил я в ответ на его рассуждения.

– Даниил, если ты доберешься хотя бы до второго раунда, то я подпишу контракт с твоим агентством не раздумывая, – отмахнулся он.

– Э‑э‑э нет, – хитро улыбнулся я. – Вы и так его подпишете. Но у меня есть ещё одно предложение для спора, которое не будет стоить вам ни копейки.

Промоутер заинтересованно посмотрел на меня.

– Если я продержусь все три раунда против вашего чемпиона, то вы станете автором еженедельной рубрики в моей газете! – с этими словами я протянул ему руку.

Жорж Рогов посмотрел на меня взглядом, полным скепсиса и недоверия, но всё‑таки пожал её.

Едва я дал согласие на поединок, как Лига организовала пресс‑конференцию, на которой публично заявила о политики нулевой терпимости к насилию на улицах и осудила своего бойца.

Они тут же распространили полную версию ролика, а также объявили, что помогут следствию наказать истинных нарушителей закона.

Ну и конечно же в самом конце был анонсирован показательный бой Даниила Уварова с Неуязвимым, что как и планировалось сместило фокус внимания со скандала на грядущее уникальное мероприятие.

После этого, некоторые СМИ выпустили опровержения и извинения за прошлые материалы, где смешивали меня с грязью. И конечно же моя фамилия в их опровержениях отсутствовала. Все их усилия были направлены на то, чтобы выгородить себя, переложив всю вину на Коваленко и его обман.

Он кстати своё получил и довольно быстро. Лига мгновенно расторгла с ним контракт и потребовала вернуть неустойку за репутационные потери. Также, к Безумному Максу проявили интерес работники правоохранительных органов. И хоть уголовного наказания за применение запретных техник нету, но в стране подобное каралось очень строго, так что его быстро задержали на двое суток за неподобающее поведение, а дальше нашли доказательства его других грешков. И судя по энтузиазму, с которым полицейские взялись за него, я не сомневался, что о Максиме Коваленко можно теперь забыть.

Чего не скажешь о роде Юсуповых. Несмотря на очевидные и неопровержимые доказательства, подтверждающие мою версию событий, многие СМИ по прежнему рьяно придерживались заданной изначально линии.

Впрочем не это больше всего меня поразило, а то, что некоторые люди, слепо доверяющие телевизору и газетам, продолжили утверждать, что в этой истории именно я был злодеем. Да и чёрт с ними, если им комфортно жить, когда их сознанием можно так легко манипулировать, то флаг им в руке.

Чем ближе приближался день нашего показательного поединка, тем сильнее накалялась обстановка вокруг. Бешеный ажиотаж вокруг боя превысил все самые смелые предположения Рогова, да и чего греха таить, мои тоже.

Люди спорили в трамваях, спорили на улице, доказывая друг другу смогу я или нет продержаться хоть раунд. Некоторые с пеной у рта доказывали окружающим, что это всё заговор и интрига и я – дух великого воина прошлого, вселившийся в молодого парня. А ведь они были ближе всех к истине. Я действительно был великим воином. И воевал я с бюрократами, политиками и «эффективными» менеджерами.

Назойливое внимание к моей персоне было приятно, но сильно мешало работе, которая никуда не испарилась. Впрочем, это та плата, которую я готов заплатить за такой взрывной рост моего статуса и влияния. Впервые моё имя звучало на весь город и вызывало неподдельный интерес.

Но интерес этот испарится так же быстро, как и возник, стоит мне проиграть. Я прекрасно знал эту суровую истину. Именно поэтому, я собирался выложиться на двести процентов и дать достойный отпор чемпиону.

– Дядь Дань, вы наш народный чемпион! – крикнул мне Гоша, когда я пытался незаметно для всех сходить в магазин.

Надо уже скорее организовать сервис по доставке продуктов, а то всё сложнее и сложнее просто выходить на улицу.

– Кто это такое придумал? – хмыкнул я, крепко пожимая руку моего работника.

– Как кто? Это же из новой песни! – воскликнул он.

– Какой такой песни?

Уважаемые читатели (а теперь ещё и слушатели), в дополнительных материалах прикрепил трек Черного пса. Буду рад вашей оценке творчества! 

Передо мной стоял неформальный лидер банды моих пацанов и удивлённо смотрел на меня:

– Вы ещё не слышали что‑ли⁈

– Давай включай, – скомандовал ему, кивая на телефон в руках подростка.

Он без промедления включил песню, которая уже видимо неплохо так распространилась.

И тут я услышал знакомый хриплый голос Пса: