В моей душе разлилось тепло. Это была именно та реакцию, на которую я рассчитывал. Вокруг стояли действительно «мои» люди во всех значениях этого слова. И штамп в паспорте с официальным подтверждением этого ничего не менял.

Но помимо сотрудников редакции, мне было очень важно присутствие ещё одного человека. Того, кто будет отвечать за всю безопасность и силовой блок моего будущего рода. И от того, как справится этот человек напрямую будет зависеть моя жизнь. Именно поэтому доверять эту должность абы кому было нельзя. Это должен был быть грамотный специалист с множеством связей и знакомств, знающий всю подноготную аристократических интриг. Ну и самое главное – это должен быть верный и неподкупный человек, который не продаст меня за тридцать сребренников.

Благо один такой человек был у меня на примете.

– Двойная, с солёными огурчиками, – протянул я Гончему его любимую шаверму.

Место нашей встречи нельзя было изменить даже первым морозам, накрывшим город. Тот же ларёк, тот же уличный столик. Вот только заметно меньше посетителей.

– Что‑то Кольки давно уже не видеть, – задумчиво сказал Гончий, смотря на улицу, припорошенную первым снегом. – Как бы не влип в историю очередную.

– А чего ты так за него печёшься? – улыбнулся я, поняв, что Гончий не знает о решительных изменениях в жизни Кольки.

– Да жалко пацана. Он же малой ещё совсем. Помню также эти тротуары топтал лет тридцать назад. Тяжело парню без отца расти. Без примера и мудрого совета, – протянул он.

Сказав это, он вытащил из своей шавермы солидный кусок мяса. Причём долго ковырял в поисках чистого филе без жира. Опустив руку вниз он угостил щенка, который теперь был его верным спутником. Пёсель начал жадно есть прямо из ладони сурового полицейского, а тот и не думал кидать мясо на асфальт, покорно ожидая, когда его пушистый ребёнок доест и тщательно вылижет кормящую руку.

– Колька уже несколько месяцев у меня работает, парни мои за ним приглядывают. Так что встал на путь исправления и не думает с него сходить, – сообщил я Гончему радостную весть.

– Вот это ты действительно молодец! – непривычно эмоционально обрадовался он. – Поражаюсь твоему умению влиять на судьбы людей рядом.

– Кстати об этом, – сразу решил перейти я к цели нашей встречи. – Я скоро и свою судьбу буду кардинально менять. И мне очень понадобится твоя помощь.

Гончий внимательно посмотрел на меня в ожидании дальнейших объяснений.

– Сейчас я планирую основать свой род. И будь уверен, что сделаю это и довольно скоро, – твёрдо сказал я. – Хочу, чтобы ты стал главой охраны.

Он долго смотрел мне в глаза и наконец спросил:

– Хочешь, чтобы я стал твоим слугой?

– Тебе не нравится должность главы охраны? – усмехнулся я.

– Мне надо будет подумать над этим, – безэмоционально сказал он.

Ожидать мгновенного ответа не стоило. Так что я не воспринял это за отказ. Впрочем сегодняшнее поведение Гончего меня неуловимо смущало. Периодически он так смотрел на меня, словно видел перед собой покойника. Порой мне даже казалось, что он открывает рот, чтобы что‑то сказать, но затем не решается.

– Станислав, есть что‑то о чём мне надо знать? – наконец, не выдержал я.

– Нет, – коротко ответил он после слишком долгой паузы.

Было очевидно, что он что‑то недоговаривает и это было странно. Впрочем узнать у опытного следака что‑то против его воли было решительно невозможно.

Когда наша встреча закончилась и я собрался идти к машине, он внезапно спросил:

– Ты домой?

– Ну да, – нахмурился я. – Подвести?

– А, нет. Я с Ëне прогуляюсь, – хмуро ответил он и взял поводок.

Всю дорогу до дома меня не отпускало тревожное ощущение после встречи с Гончим. Да уж, похоже надо выпить ромашкового чаю и расслабиться.

И действительно. Чашка крепкого травяного настоя, горячий душ и все тревоги как рукой сняло. Сидя на кухне, я позволил себе расслабиться, забыть о всех делах и почитать любимую новенькую книгу о невероятных приключениях молодого графа, попавшего в шторм и очнувшегося на неизвестном доселе материке. Погрузившись в чтение, я не сразу услышал собачий лай в коридоре.

Акали уже несколько недель, словно сторожевой пёс, дежурит у входной двери. Поначалу мне казалось это странным, но потом я просто привык к такому поведению своей питомицы.

– Место, – строго отдал я команду ей, указывая в сторону кухни, где была её лежанка.

Она оскалила зубы и грозно рычала, отказываясь повиноваться, но я добавил в голос стали и повторил приказ:

– Место!

Собака ещё раз гавкнула на дверь и нехотя ушла на кухню. Вот так‑то лучше.

Я уже хотел пойти за ней, но в дверь аккуратно постучали.

– Кто? – спросил я, не узнавая мужчину в глазок.

– Откройте, это полиция, – спокойно ответили из‑за двери.

Очень интересно, что им опять надо?

Едва я щёлкнул замком, как дверь снаружи тут же потянули и две мощные руки ловким и отработанным движением вытащили меня наружу, мгновенно захлопнув за собой дверь.

Я тут же попытался высвободиться, создав расходящуюся воздушную волну вокруг себя, но моя техника мгновенно развеялась из‑за присутствия рядом нескольких мощных защитных артефактов. Повернув голову, я тут же узнал двух держащих меня человек. Это были сотрудники особого отдела, которые меньше месяца назад брали у меня автографы. Вот оно как в жизни бывает. Вчера они берут у тебя автографы и фотографируются, а сегодня заковывают тебя в артефактные наручники. Но больше всего меня напряг появившийся чёрный мешок, который быстро накинули мне на голову.

С надетым на голову мешком, я был лишён зрения, зато остальные чувства обострились и я достаточно неплохо понимал, где мы едем. Поэтому, когда микроавтобус внезапно остановился, мне было понятно, что увезли меня не очень далеко. Мы точно не успели доехать ни до Литейного, где располагалось Управление особого отдела, ни до дворца Меньшикова. По ощущениям, дорога заняла не более десяти минут, значит мы всё ещё находились на территории Заневского района.

Кто‑то дёрнул за раздвижную дверь и в салон ворвался холодный декабрьский воздух.

– За мной, – сухо скомандовал один из моих «похитителей» и я почувствовал как на моей руке сомкнулась мёртвая хватка и дёрнула на улицу.

– Ты раньше только картошку носил? – спросил я.

– Чего? – послышался удивлённый голос.

– Поаккуратнее говорю. Ты сейчас аристократа ведёшь, – грозно произнёс я.

Он хохотнул, а затем толкнул меня внутрь какого‑то помещения и громко сказал кому‑то:

– Парни, я вам тут аристократа привёз оказывается.

Послышался шум басистых голосов, раздались смешки и язвительные фразочки.

– Сними наручники и мы посмотрим, как вы заговорите, – ледяным тоном добавил я.

– Воу‑воу‑воу! Полегче, юноша! – раздавшийся голос показался мне почему‑то знакомым, а ещё он показался мне…

Да нет, не показался, он был навеселе. Как и многие другие. Получается, что это…

– Сюрпри‑и‑и‑и‑и‑и‑з! – раздался шквал голосов и аплодисментов, как только с моей головы сорвали мешок.

Яркий свет ударил в глаза и я не сразу осознал где нахожусь и кто передо мной находится.

– И ты, Брут? – с улыбкой посмотрел я на Гончего, стоящего рядом с другими полицейскими из Заневского отделения.

Помимо работников полиции я сразу же заметил нескольких следователей из особого отдела. Двоих, что «похищали» меня и ещё троих, кто угощал меня чаем во время моего недолгого пребывания в их Управлении.

– Прости, Даниил, но мы как узнали про то, что ты получил титул барона, не смогли оставить это без праздника, – виновато улыбнулся Гончий.

Всё‑таки недаром его поведение при нашей прошлой встрече мне показалось странным и подозрительным.

– Даниил, ну не можем мы оставить тебя без праздника! – вышел из толпы Игорь Дмитриевич – полицейский, что помогал мне во время разборок с банком и в караоке.