Бакалейная лавка Севастьянова

– Даниил, сколько лет, сколько зим! – обрадовался моему появлению Виктор Наумович и, не стесняясь посетителей, подскочил ко мне и крепко обнял как родного. – Какими судьбами? Истосковался по качественным продуктам? А вот то‑то же смотрю как‑то исхудал, поди белков не хватает без моих яичек‑то деревенских?

Среди нескольких покупателей послышались сдержанные смешки. Я тоже не отказал себе в удовольствии улыбнуться. Но улыбка вышла слегка натянутая и дед мигом это приметил.

– Случилось что? – подобрался он, а затем крикнул куда‑то вглубь лавки: – Любочка, обслужи клиентов, у меня неотложные дела!

Из подсобки тут же вынырнула кроткая пассия стильного деда и принялась заниматься покупателями.

– Рассказывай, Данька. Всё как на духу рассказывай. Ты же мне как родной стал, помогу всем, чем смогу! – серьёзным тоном обратился ко мне дед.

– У меня всё в порядке, – заверил я его. – Есть небольшие проблемы с цветочным магазином и хотел вас о небольшой услуге попросить.

– С цветочным? У Верочки стало быть проблемы? – ахнул дед, картинно хватаясь за сердце.

В итоге мне пришлось рассказать суть конфликта с Васнецовым, потому как старик‑бакалейщик стал угрожать что вызовет у себя закупорку сосудов, если я не расскажу ему, кто посмел обидеть мою маму.

– Фиг ему а не мои яйца теперь! Ишь, аристократы, больно много возомнили опять о себе! – насупился Всеволод Викторович, проклиная Васнецова по чём свет стоит.

– Вообщем мне нужно узнать цепочку поставок продуктов в городе. Ну и не только продукции желательно, – объяснил суть моей просьбы.

– Сынок, тут я тебе не помощник, – виновато развёл руками дед. – Мои продукты напрямую с фермы привозят знакомые. А вот по поводу оптовых поставок, что через городские базы идут тебе Евсеев пущай расскажет, он с ними работает. Давай‑ка прямо сейчас к нему и пойдём!

Крикнув Любаве, стоящей за прилавком, что он поехал защищать честь простого люда от произвола аристократов, бойкий старичок поспешил к своему конкуренту.

В итоге Евсеев смог дать мне полную выкладку по цепочкам поставок, промежуточным и конечным поставщикам, нюансам работы и вообще, дал такую выкладку, словно сам собирался заняться оптовой торговлей.

И, вооружившись этими сведениями, я был готов действовать и нанести Васнецову самый первый, а возможно и самый значимый удар.

Москва. Поместье Морозова в Царицыно.

Михаил Морозов сидел в своём рабочем кабинете, когда в его дверь настойчиво постучали.

– Да, – коротко произнёс он, слегка удивлённым тем, что представитель торговой гильдии пришёл раньше назначенного срока.

– Прошу прощения, чиновник из торговой гильдии чуть задержится, – раздался уверенный голос посетителя.

– Ты? – ехидно ухмыльнулся Морозов. – Опять моего сына в водители заделал?

– Нет, сегодня на самолёте, – улыбнулся я, входя в кабинет купца. – Оказывается, если хорошо заплатить, то всем плевать на цвет твоего паспорта.

– Полагаю этот визит стоил вам круглую сумму, значит вы хотите обсудить что‑то важное, – откинулся в кресле хозяин кабинета, жестом приглашая меня присесть.

Подойдя к стоящей у стенки кофемашины, я нажал на кнопку и в белоснежную фарфоровую чашку стало наливаться горячее американо.

– Вы не против? – улыбнулся я.

– Налей мне тоже, – кивнул Морозов, принимая мою дерзость. – И потрудитесь объяснить, почему вы вынуждаете меня задерживать встречу с представителем торговой палаты.

– Михаил Игнатович, я прилетел к вам лично, потому что мой вопрос – личный, – перешёл к делу я, выкладывая на стол папку с документами. – Как вы смотрите на то, чтобы громко заявить о себе в Петербурге и откусить хороший кусок от нашего столичного рынка торговли?

– И я так полагаю, что у вас появились весомые причины мне с этим помочь? – хитро улыбнулся глава старейшего торгового рода Москвы.

– Вы невероятно проницательны, Михаил Игнатович, – отпил я кофе, объясняя свой план.

Через пятнадцать минут я закончил свой рассказ и в кабинете повисла тишина.

– И Николай согласен? – наконец спросил Морозов.

– Да, он смотрит с воодушевление на то, чтобы испытать свои силы в качестве управляющего и инвестора крупной сети, – согласно кивнул я. – Тем более условия для старта очень мягкие: есть готовый магазин со всеми выстроенными процессами и приносящий прибыль, вашему сыну необходимо масштабировать мой цветочный до уровня городской сети.

– А взамен ты поможешь мне выйти на продовольственный рынок Петербурга? – спросил он.

– Всё верно. И в этой папке доказательства того, что я говорю абсолютно серьёзно. Там расписаны существующие цепочки поставок, перечень крупных, промежуточных и конечных поставщиков, склады, логистика – всё, чтобы изучить рынок, конкурентов и дать покупателям то, что мотивирует их уйти к вам, – объяснял я.

– Сплошные плюсы для меня. И сына пристроить, и самому на новый рынок зайти. А в людскую доброту, вы уж простите, но я не верю. В чём подвох, Даниил? Зачем тебе это? – с прищуром посмотрел на меня Морозов.

– Как я уже сказал – это личное. Обстоятельства сложились таким образом, что я вступил в игру с опасным соперником и эта борьба может отнять у меня много сил. Фамилия вашего сына во главе сети цветочных моей матери будет надёжным щитом от всех, кто по указке Васнецова вздумает вставлять палки в колёса моей фирме. А появление нового и мощного игрока, агрессивно захватывающего рынок Петербурга в вашем лице отвлечёт Васнецова от расприй со мной.

– Хотите столкнуть нас с Васнецовым лбами? – ехидно улыбнулся Морозов.

– Если вы смотрите в сторону Петербурга, то рано или поздно вам придётся вступить в схватку с Иваном Васильевичем. И я лишь предлагаю сделать это со мной в союзниках, – пожал я плечами.

Морозов долго и пристально смотрел на меня, пока наконец не встал со своего места и не протянул мне руку.

Дом на Арсенальной набережной.

– Ремонт просто улёт! – присвистнул Вова, впервые зайдя в мою квартиру. – Жаль только часы с кукушкой конечно.

Внутренне поёжившись, я вспомнил кошмарные антикварные часы, что висели здесь раньше.

Ремонт вышел действительно на загляденье. Прораб Михаил со своей бригадой постарались на совесть.

– Я собственно чего пришёл, – хитро улыбнулся Вова. – Собирайся, прокатимся кое‑куда.

– Куда едем‑то? – спросил я, заводя двигатель своей машины.

– В моё поместье, – сказал Вова, доставая из сумки небольшой голубой прямоугольник.

– Ты уже успел всё сделать? Поздравляю! Это невероятно круто, – восхищённо выпалил я.

Адрес мне был не нужен, потому что я прекрасно знал, где расположено родовой поместье Волченко, точнее то, что им когда‑то было.

Родовое поместье Волченко

Впервые поднявшись по главное лестнице как полноправный хозяин этого места, Вова остановился перед центральными дверьми, ведущими внутрь. Его плечи были широко расправлены. Это были плечи главы великого рода, пускай и едва выжившего, но в них чувствовалась аристократическая стать и выправка.

– Всё куда хуже, чем мне казалось, – выдохнул Вова, когда мы шли по одному из покинутых бандитами коридоров. – Тут впору всё сносить и строить заново.

– Решился? – улыбнулся я.

– О‑о‑о‑о нет! – замахал руками он. – Даже не начинай. Мне страшно представить как я буду продавать всё это великолепие, как бы не пришлось доплачивать самому, чтобы забрали всё это чудо.