Выйдя довольным из небольшой резной двери ателье, я сел в машину и завёл двигатель. Бросив колкий взгляд в зеркало заднего вида, я вновь аккуратно поправил его и поехал в офис моей газеты.

Въехав в родной Заневский район, я резко повернул руль вправо, стремительно меняя маршрут. Вскоре я остановился у кофейни, чтобы взять себе большой и горячий американо.

Возвращаясь к машине, я неловко оступился и пролил обжигающий чёрный напиток на курящего рядом мужчину.

– Миллион извинений! – тут же начал суетиться я, смотря как облитый человек резко отскочил от меня на пару шагов.

– Позвольте я вам помогу, – предложил ему, доставая влажные салфетки.

Но мужчина лишь бросил на меня колкий взгляд и машинально отшагнул ещё.

– Давайте я заплачу вам за новую рубашку. Мне право очень неудобно перед вами, – продолжал настаивать, подходя к мужчине, но он смотрел на меня, неуверенно отнекиваясь и отступая. – У меня с собой нет наличных, скажите номер своего счёта и я переведу вам необходимую сумму.

– Ничего не надо, до свидания, – коротко буркнул он и пошёл прочь.

Я так и остался стоять на тротуаре, смотря вслед уходящему незнакомцу. В какой‑то момент, он обернулся и, заметив мой пристальный взгляд, пошёл дальше, ускорив шаг.

Когда он скрылся за поворотом, я, наконец, сел в машину и отправился в редакцию.

Редакция газеты Невский вестник.

Сразу по приезду в офис, я собрал самых приближённых ко мне сотрудников для проведения небольшой планёрки.

– Практически все газеты Юсупова словно по волшебству прекратили писать про Карамзина, – перво‑наперво доложила Вика, не в силах держать возмущение в себе. – Кто‑то сообщил ему и предупредил! Ну не могло это быть совпадением!

– Намекаешь, что кто‑то из нас поднял трубку и просто позвонил Павлу Алексеевичу? – с улыбкой посмотрел я на журналистку.

Она чуть замялась, смотря на сидящих в переговорке людей, но затем всё‑таки сказала:

– Ну а как иначе он узнал? Он точно знает!

– Это не удивительно, у Юсупова повсюду свои люди. Не стоит думать, что в особом отделе работают сплошь идейные сотрудники. Им, как и многим другим, не чужда жажда наживы, так что я был готов к подобному, – кивнул я, успокаивая возмущённую девушку и давая ей понять, что я держу ситуацию под контролем.

Вика ещё раз посмотрела на каждого из присутствующих и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку стула.

– Нам нужно срочно заниматься масштабированием типографии, – взял слово Дима.

Рыжий парень за эти месяцы вырос с большого начальника и теперь смотрел на вещи гораздо глобальнее. Он не затыкал дырки, а строил новый, бронированный корабль, которому не страшны никакие волнения. И хоть Дима об этом не знает, но я уже активно над этим работаю.

– Если нам нужно будет срочно печатать огромный тираж, рассчитанный на весь город… – он сделал паузу, прикидывая что‑то в уме. – То работая в три смены, мы успеем это сделать за два дня, но встаёт вопрос с расходными материалами. Тут надо действовать, причём уже вчера. Как минимум чернила и бумага. Мы израсходовали почти все резервы на увеличенный тираж Голоса улиц. А на следующей неделе Станислав требует ещё увеличить количество выпускаемых газет.

Ладно, насчёт «незатыкания дыр» я пожалуй погорячился. Пока новый бронекатер не построен, то нам надо плыть на том, что есть под рукой.

– У нашей народной газеты как я понял дела идут отлично? – повернулся я уже к управляющему.

Гагарин слегка поёрзал на стуле, словно выигрывая себе немного времени, чтобы решить какой ответ мне дать.

– Популярность и отклик у людей превзошли все наши самые смелые прогнозы, – начал он с осторожностью.

– Ваши, – улыбнулся я, вспоминая, что они так и не поверили мне, когда я доказывал всем, что народная газета будет сверх популярна.

Он с улыбкой кивнул, понимая о чём я говорю и продолжил:

– Мы уже нарастили тираж для следующего номера, но понимаем – этого недостаточно.

– Я лично видел как люди перепродавали Голос улиц друг другу, – стукнул кулаком по столу Дима, явно возмущённый этим фактом. – Они зарабатывают на нашей бесплатной газете!

– И это ведь замечательно, – снова улыбнулся я. – Всё это говорит о невероятной популярности и правильности выбранного нами пути.

– Правильного? – не согласился эмоциональный начальник типографии. – Мы отдаём людям газеты бесплатно, а они продают их!

– И что ты предлагаешь? – спросил я, посмотрев ему в глаза.

– Назначить за неё цену! – как само собой разумеющееся выпалил он.

И судя по коротким кивкам, последовавших за его предложением, считал так явно не он один.

– Нет, это народная газета и она будет бесплатной, – строго сказал я, чем явно не порадовал присутствующих.

Их можно было понять. Голос улиц пока что генерировал лишь колоссальные убытки. Но они не видели главного – незримой выгоды, которую невозможно посчитать и оценить. Репутация, популярность и растущая ценность нового бренда стоят куда больше, чем вложенные нами средства.

– Наша первостепенная задача – создать уникальный и революционный продукт и мы не предадим нашу идею и наших читателей ради сиюминутной выгоды, – окинул я присутствующих строгим взглядом. – А по поводу растущих расходов не переживайте – я найду инвесторов, как только будет понятно, что мы не справляемся.

– Тогда тебе уже стоит начинать поиски, – без злобы, но твёрдо сказал Гагарин. – А насчёт уродов, что решили на нас нажиться – я думаю что люди быстро им «втолкуют» что так не следует поступать. Ну а если какие‑то лотки или киоски вздумают назначать цены на Голос улиц – там уже их ждёт судебное разбирательство, а нас – солидная компенсация.

Одобрительно кивнув и записав себе этот вопрос, я вернулся к основной теме сбора:

– По поводу расходных материалов – вы уже подготовили новые договора с бумажной фабрикой и фирмой, что занимается производством типографской краски?

– Дима подсчитал необходимое количество, мы взяли запас на возможный рост тиража и согласовали все условия, – отчиталась Аня. – Алла Леонидовна передала документы, а я лично всё проверила.

– Прекрасно, – кивнул я, принимая из рук девушки бумаги. – Тогда давайте работать.

Сказав это, я уверенным росчерком поставил пару своих подписей на документах и вернул их Ане.

Она взяла их, бросила на меня неуверенный взгляд, но, увидев мою улыбку, тут же улыбнулась в ответ и спрятала бумаги в папку.

– И ещё раз прошу всех сохранять предельную бдительность, – обратился я к сидящим в переговорке людям. – Это наш шанс заявить о новой газете и всё должно пройти идеально. Нам нельзя допускать осечек. Не в этот раз. Второго подобного шанса может просто не быть.

Все переглянулись и утвердительно кивнули.

Поместье Юсуповых.

Кристина Юсупова без стука вошла в кабинет отца, где тот обсуждал дела с сыном.

Глава рода недовольно посмотрел на неё, он терпеть не мог, когда кто‑то позволял себе заходить и отвлекать его, даже если это был член семьи.

– Это срочно, – коротко бросила она и посмотрела на Романа, который готовился к тому, что отец сейчас сорвётся и устроит взбучку его сестре.

Но к его удивлению, глава рода коротко кивнул и попросил Романа выйти, оставив Кристину с отцом наедине.

Она проводила брата торжествующим взглядом. Девушка знала об их встрече и пришла именно в этот момент намеренно, чтобы показать брату: у нас с отцом есть свои секреты, которые куда важнее того, что доверено знать ему. Её это невероятно радовало, ведь наконец‑то отец выделил именно Кристину и она могла сполна насладиться этим, лишний раз указав Роме на его место.

– Ну, – сухо произнёс Юсупов, когда дверь за Романом закрылась.