– Мне кажется вы ничего не боитесь, – милым голосом сказала она, а затем картинно ахнула: – А ведь вокруг происходят столь ужасные вещи. Я наслышана об ужасно несправедливом задержании Николая Морозова и вашей матери по ложному обвинению. Кто мог пойти на такое?

– Кто бы это ни был, он сильно пожалеет, – холодно сказал я.

Анастасия прекрасно знала, что эта тема мне неприятна и таким образом решила вновь перехватить инициативу. Это был не просто светский разговор, это была настоящая словесная дуэль. И мой соперник был чертовски в этом хорош.

– Как же хорошо, что Роман Юсупов взял на себя смелость удостовериться в обстоятельствах произошедшего и помог следователям быстро исправить страшную ошибку, – изображала она встревоженность, рассказывая об этом.

Было забавно, учитывая, что за всем этим стою я. Мои долгие и сложные инструкции сработали в точности так, как я задумывал, и следующая фраза Анастасии это подтвердила:

– Говорят, что он очень обеспокоен чрезмерной увлечённостью его отца борьбой с неким молодым бароном, – кокетливо подмигнула она мне. – Именно поэтому Роман решил проверить лично виновность наследника Морозовых, пока их газеты не сели в лужу, как это было с делом Карамзина.

Ух. Да она всерьёз на меня нацелилась. Эти ненужные уточнения предназначаются явно для меня, вернее для моего самолюбия. Что же, наличие племянницы самого Императора в моих фанатках – весьма и весьма недурно. Но нужно быть предельно осторожным, чтобы не обидеть её, иначе вместо фанатки, я могу получить мстительную, обиженную девушку с дядей‑Императором.

Впрочем, есть отличный способ узнать о том, насколько силён её интерес ко мне.

– Анастасия Николаевна, позвольте пригласить вас на танец? – протянул я ей руку, чуть поклонившись.

– Конечно, Даниил Александрович, – попыталась нейтрально ответить она, но дрогнувший вверх уголок губ выдал её с потрохами.

* * *

Алиса Распутина в изящной маске лисицы весь вечер старательно пыталась не смотреть на Даниила, находящегося в обществе Анастасии Романовой. Да ещё это показательное награждение.

Все как‑будто с ума посходили от этого Уварова, – мысленно возмущалась она.

– Откуда в тебе эта тяга к бунту? – тихо спросил Распутин, подойдя к дочери.

Он проследил за её взглядом и увидел Даниила Уварова, кружащего в танце племянницу самого Императора.

– Когда Уваров был безродным выскочкой, то ты хвостом за ним увивалась, а как только он стал бароном и основал свой род – ты стала его сторониться как огня, – холодно произнёс он.

– Ничего я не увивалась! – в сердцах бросила она, ревностно смотря на бессовестно шикарное платье Анастасии, которым она слишком уж сильно прижималась к Даниилу, который был незаконно прекрасен в этом новом белоснежном костюме.

– Хорошо, хорошо, – позволил себе ухмыльнуться отец. – А сейчас‑то что?

– Ты и сам прекрасно знаешь, – задрала она аккуратный носик.

– Позволь объясниться, – властно приказал он.

И тогда Алиса повернулась и яростно посмотрела прямо ему в глаза. Ревность, злость и обида взяли в ней верх и она выпалила:

– Можешь не притворяться, я знаю, что ты с Уваровым договорился о нашей с ним свадьбе. И про приданное миллионное знаю. Вот только фиг вам, а не свадьба. Мне надоело, что за меня везде и всё решают. Я не товар!

Несколько гостей, стоящих неподалёку от них удивлённо обернулись, услышав её громкий голос.

Распутин побагровел, крепко схватил дочь за руку, отчего та ойкнула, и силой отвёл в сторону, подальше от чужих глаз.

– Во‑первых, я хочу знать какого чёрта ты подслушиваешь мои разговоры с гостями, – яростно процедил он, не отпуская мёртвой хватки на её руке. – А во‑вторых, откуда ты, дура, выдумала эту чушь⁈ Я обсуждал с Уваровым инвестиции в твой проект с рекламными экранами в транспорте и миллион – это деньги, которые я планирую вложить в вашу фирму.

– Вы… вы обсуждали работу? – с глазами, полными ужаса, пролепетала она.

– Конечно работу, – презрительно выплюнул Распутин и, отбросив руку дочери в сторону, молча ушёл обратно в главный зал.

Алиса на ватных ногах медленно пошла в ту же сторону. Каждый шаг в роскошных туфлях на огромных шпильках, которые она специально одела, чтобы произвести впечатление на Даниила, давался ей с огромным трудом. Она вновь взглянула, как племянница Императора, прижавшись к Даниилу, кружится в танце. На лице Анастасии была очаровательная улыбка, но Алису было не провести, она знала: это улыбка охотницы, которая поймала свою добычу и уже не отпустит.

– Алиса, какая же ты… – тихо произнесла она себе под нос, понимая, что Даниил не упустит представившейся ему возможности.

Она знала, что он метит на самый верх. А что может быть выше, чем императорская семья? Что она, Алиса Распутина может противопоставить молодой и очаровательной племяннице Императора?

Весь вечер я ловил на себе множество взглядов. И в этом не было ничего удивительного, учитывая речь Меньшикова и то, что представительница правящей династии внезапно стала моей спутницей.

Словно по мановению волшебной палочки, рядом со мной вновь и вновь оказывались аристократы, желающие выразить мне своё почтение. Внезапно оказалось, что всем им прекрасно известно кто я такой, что они давно следят за моим бизнесом и мечтают посотрудничать.

Ну‑ну, какая неожиданность.

Впрочем, я не дурак, чтобы воротить нос от подобной возможности. Мне прекрасно понятно, как устроен этот мир и что всё здесь держится на связях и статусе, так что такое паломничество ко мне – лишь показатель моего высокого положения в здешнем обществе.

Краем глаза я заметил, как официанты тоже постоянно переговаривались, поглядывая в мою сторону. Вроде как, это тоже были представители низших ветвей аристократических родов, которые работали на Меньшикова за огромные деньги.

– Хотят ваш автограф или фото, – презрительно фыркнула Анастасия, видя как я смотрю на официантов. – Ведут себя, словно простолюдины.

– Знаете, в своё первое появление в высшем свете я был одет в костюм официанта, – ностальгически улыбнулся я, вспоминая то, как ещё недавно пробирался на приём в картинной галерее, чтобы поговорить с Васнецовым. Наш спор с Хвалынским и череду последовавших за ним событий.

– Какой кошмар, – хихикнула Анастасия. – Ну у вас и шуточки, Даниил Александрович.

Но в этой короткой фразе я почувствовал незримое пренебрежение к людям, ниже её по статусу. Причём она скрывала эти эмоции за безупречной улыбкой и манерами, отчего было лишь хуже.

– Да, я тот ещё шутник, – поддержал я её слова и, подмигнув, направился к перешёптывающимся официантам.

Они, заметив моё движение в их сторону, тут же вытянулись по струнке, гордо подняв голову. Но глаза выдавали испуг – они думают, что я буду устраивать скандал. И тут они правы, скандала сегодня не избежать, вот только они к нему не будут иметь отношения.

– Привет! Может сфоткаемся? – весело спросил я.

Глаза официантов округлились, но они продолжали стоять в стойке. А затем осторожно переглянулись между собой, словно спрашивая «ты тоже это слышал?».

– Ну нет, так нет, – пожал я плечами и развернулся.

– Пожалуйста, постойте, – раздался голос сзади и я улыбнулся.

Один из парней достал свой телефон и все принялись по очереди позировать вместе со мной. Они расслабились и позволили себе улыбаться и дурачиться. Осуждающие взгляды уже никого не смущали, пока не раздался вежливый женский голос:

– Господа, вам разве не нужно работать?

Анастасия стояла за моей спиной. Она была безупречно мила, вежлива и прекрасна. Но за всем этим незримо проступало вселенское пренебрежение.

Официанты тут же встали в свои стойки, изображая почётный караул.

– Анастасия Николаевна, как я рад, что вы подошли, – просиял я, чем явно порадовал девушку. – Будьте так любезны, сделайте пару общих фотографий.