— И ты нам поможешь? — кажется, за все время разговора, голос малурки дрогнул.

— Как будто у меня есть выбор, — невесело усмехнулся я. — По приказу моих богов я должен избавиться от этих талуров, и на все про все у меня лишь четыре дня. Даже чуть меньше… Для этого вы мне и нужны.

— Чтобы помочь тебе?

— Помочь друг другу, — поправил я Шантру. — Мне не интересно место вожака. Я покину это место, когда мои боги призовут меня назад. Но прежде мне нужна помощь в сражении с талурами. Один я не выстою, но вместе… вместе у нас есть шансы.

— Значит, хочешь использовать мой прайд для своей войны? — взгляд малурки стал совсем колючим, но я его выдержал.

— Твой и другие тоже, если сможем убедить их сражаться на нашей стороне. Талуров больше, но у них очень плохая дисциплина. Если действовать хитро, у нас есть шансы на победу.

— За четыре дня это будет сложно. Такого не было много поколений…

— Нисколько не сомневаюсь. Но это вопрос выживания. Поодиночке вас перебьют.

Шантра молчала в задумчивости, всерьез размышляя над услышанным. По крайней мере, я на это надеялся.

— Я могу увидеть прайд?

— Не думаю, что ты достаточно восстановился. Твои раны все ещё свежи, нужно соблюдать покой.

— На том свете отосплюсь, — криво усмехнулся я и кое как сумел подняться с лежанки. Шантра тут же оказалась рядом, помогая мне удержать равновесие. — Спасибо.

— Вожаку не нужно благодарить старшую самку, — сообщила она. — Я существую, чтобы служить тебе и давать советы в случае необходимости.

— Я это ценю…

В итоге я все-равно был вынужден вернуться в постель. Для того, чтобы собрать прайд, нужно время, так что я терпеливо дожидался, попутно обновив повязки. Кшера и впрямь молодец, но неопытность сказывалась на качестве оказания медицинских услуг. А чего я хотел, оплачивая все жареной рыбой?

Стоило подумать о моей спутнице, как та тут же заявилась, причем словно украдкой, не забыв при этом пожаловаться на то, что Шантра после оказания первой помощи её больше не пускала в жилище вожака.

— Я ведь первая самка! — бурчала девушка. — Да как она смеет!

— Шантра так и не сказала, что с Арширом.

— Залечивает свои раны внизу, — безразлично отозвалась Кшера. — Он больше не часть прайда. Он проиграл, но остался жив. Это… очень бьет по чести проигравшего.

— Да? — это стало для меня интересным известием.

— Обычно подобные схватки бывают до смерти. Оставлять в живых противника можно, но… Это проявление неуважения к нему. Словно он не стоит того, чтобы ты отнимал его жизнь. Для Вожака пасть в схватке – честь, ведь это значит, что прайдом будет руководить куда более сильный. Жертва, которую приносит павший, считается жертвой во имя сильного прайда.

— Выходит, я, оставив его в живых, оскорбил не только его, но и прайд?

— В каком-то роде. Но не думай об этом. В схватку вмешался Лумарш, и ты просто не мог закончить начатое. Это двойной позор для нас. Особенно для Шантры, ведь она отвечала за воспитание молодняка. Она недоглядела и не вложила в его голову, что нарушение традиций …

— Что это я там недосмотрела? — послышался холодный голос Шантры, бесшумно возникшей на входе, отчего Кшера встрепенулась.

— Н-нет… ничего… — тут же заискивающе улыбнулась девушка, строя из себя сущую невинность.

— Правда что ли?

— Я, пожалуй, пойду… Ник… — тут же сказала девушка и поспешила скрыться с глаз Шантры. Та проводила её холодным взором, после чего обратила внимание уже на меня.

— Не стоит на неё сердится. Она просто волнуется обо мне.

— Разумеется. Я была такой же в её возрасте, но дисциплину никто не отменял. И она правильно сказала. Я, наверное, была слишком мягкой, если позволила сопливому юнцу поддаться порыву и вмешаться в схватку вожаков. Больше такого не повторится.

Мне уже почти жаль Кшеру… накликала проблем своим же языком…

— Все готово. Малуры Аркьяшара готовы встретить и выслушать своего нового Вожака. Но лишь в том случае, если ты пойдешь туда сам. Они должны видеть, что ты крепок, даже когда едва стоишь на ногах. Нельзя демонстрировать слабость.

Вкалывать себе очередную дозу химии я не стал, хватит с меня её. Нужно дать телу немного отдохнуть, а не выжимать из него последние соки, когда там и так мало что осталось. В этот раз я поднимался самостоятельно, женщина и не думала мне помогать, наблюдая за этим спокойным, равнодушным взглядом. Морщась от боли, я прошелся по этому не слишком надежному помещению, собранному из веток и лиан, пытаясь встать прямо и не выказывать слабости.

— Ещё чуть-чуть… — попросил я времени, после чего активировал аргейтовскую броню. Как и ожидалось, та почти полностью восстановилась, пока была в деактивированном состоянии. Мышечные усилители сразу стали неплохим подспорьем для тела, благодаря чему я мог стоять почти прямо и без помощи.

— Как я смотрюсь? — поинтересовался я мнением женщины.

— Ты все ещё слаб, но иного ожидать и не следовало. Пошли, нас ждут.

Я вышел из крупного деревянного жилища вожака малуров и направился по навесному мостику в центр деревни, где располагалась самая большая платформа.

Десятки малуров стояли там и шептались, но при моем появлении утихли и разошлись, пропуская меня в центр.

— Слушайте сюда, малуры! — громко и твердо крикнул я. Шантра права, сейчас я должен быть крепким и непоколебимым, как скала. — Я Ник! Ваш новый Вожак! Вы уже, наверное, слышали, что талуры вторглись в ваши земли. Их много, сотни, и среди них есть колдуны, способные воскрешать мертвецов.

От услышанного среди толпы дикарей послышался ропот. Кто-то был испуган, кто-то рычал и бил себя кулаком в грудь, будучи уверенным, что они порвут вторженцев голыми руками. Эх… мне бы их уверенность.

— Именно поэтому я тут. Я не хотел становиться Вожаком, да и вы, скорее всего, не слишком радуетесь тому, что во главе оказался бледнокожий и бесхвостый уродец, — услышав это, некоторые малуры рассмеялись. — Но это самый эффективный путь. Я собираюсь одолеть талуров, но в одиночку мне этого не сделать. Мне нужны вы!

Малуры снова отреагировали неоднозначно. Кто-то был готов сражаться, кто-то втягивал голову в плечи и вставал на четвереньки, слыша о талурах, иные просто смотрели на меня с недоверием.

— У нас есть всего четыре дня. Этого слишком мало, чтобы превратить вас всех в настоящую армию, но я собираюсь приложить для этого все силы. Но и от вас я хочу того же!

Я замолчал, делая небольшую театральную паузу. Нужно дать малурам возможность прочувствовать момент, осознать услышанное. Вряд ли они понимают в полном смысле, что такое война. Для них соперничество между деревнями обычно представляет собой схватку вожаков или когтей, но тут другое.

— Вам придется отказаться от когтей, — вот уже эти слова вызвали бурную негативную реакцию. Можно понять малуров. Кшера уже говорила, что они смутно представляют себе, что такое инструменты и оружие, но считают, что малурам это не нужно. Использование оружия – признак слабости, и я собирался переломить это, нравится малуром подобное или нет.

— ТИХО! — крикнула Шантра, и все тут же затихли. — Вожак говорит! Проявите уважение!

— Спасибо, — поблагодарил я её и продолжил. — Я покажу вам, как сделать оружие, и научу им пользоваться! С ним у нас может появиться шанс на победу, особенно если к нам присоединятся другие деревни. Вместе мы прогоним талуров с этой земли или заставим их заплатить кровью!

Последний возглас все-так достучался до их сердец, и большая часть племени громко приветствовала это.

— Но! — немного осадил их я. — Первый мой указ, как Вожака, будет касаться вовсе не предстоящей войны. С этого дня вы все должны носить штаны!

— Ты сказала, что Аршир все ещё в деревне. Мне бы хотелось с ним увидеться, — прямо сказал я Шантре, как только закончилось собрание, и малуры отправились исполнять мои первые приказы.