Я сидел на крылечке, встречая рассвет, попивал горячий травяной чай и наблюдал за тем, как тренируется Блохастая. Её целеустремленности можно только позавидовать. Она почти каждый день просыпается раньше всех, чтобы начать тренировки, в отличие от таких ленивцев, как мы с Мелкой.
Спал откровенно хреново, да и как тут поспишь, когда объявившийся глава дома устроил ночь любви со служанкой? Их любовные утехи разносились на весь второй этаж особняка. Зато теперь мне кое-что стало понятно. Например, откуда у Лейлы такие удивительно неплохие навыки в работе ртом.
Вот только от этого открытия на душе легче не становилось.
Ревную?
Может. Я уже привык тут быть альфа-самцом, вокруг которого девушки водят хороводы, и появление конкурента мне было не по душе.
Я решил переключить мысли на что-нибудь более радостное. За те несколько дней, что Роксана занималась с луком, её меткость заметно подросла. Напрягало только, что она пускала стрелы уже по пятой мишени с моим изображением. Такими темпами ещё перепутает и выстрелит по мне. Но с другой стороны, если ненависть ко мне помогает ей становиться сильнее, то пусть. Если раньше она попадала в лучшем случае один раз из десяти, то сейчас две из трех стрел попадали в дерево.
Оторвав взгляд от практикующейся лучницы, я переключил внимание на небольшую деревянную коробочку с замком. Подняв её и отворив крышку, увидел четыре закупоренные колбочки с красной жидкостью.
Кровь.
ОЯШ и его гарем честно исполнили свою часть нашего небольшого соглашения и в тот же день прислали пробирки с кровью. На одной из них даже была приклеена небольшая записка.
«Чтоб ты сдох, мусор!»
— Со-о-о-оня. Видимо, это любовь, — ухмыльнулся я, вспоминая темноволосую кошку-лучницу. Именно она проявляла ко мне самую большую антипатию.
Её кровь я и взял первой.
— Хоть бы не менструальная… — поморщился я, после чего большим пальцем откупорил крышку и влил себе в горло.
Хорошо пошла…
Сладкая, с легким привкусом ванили, как бы странно это не казалось. Я расслабился и приготовился к плюшкопаду, но ничего особенного не произошло.
Максимум, что дала мне кровь Сони, это легкий прилив сил и пять единиц маны. Никаких оповещений о получении новых способностей или вроде того.
Вот теперь сиди и думай, то ли обманула, то ли просто не повезло.
Одно расстройство.
Покачав головой, потянулся за следующей.
— Ну, а ты кто будешь? — усмехнулся я, но никаких обозначений на второй пробирке не было, как и на оставшихся двух.
Вкус крови отличался от первой. Они определенно принадлежали разным людям. Если первая кровь была сладкой, то эта скорее отдавала какой-то перчинкой.
Но увы, и тут облом. Плюс двадцать единиц маны — все, чем меня порадовал обладатель данной крови. Начинает казаться, что для получения лучшего результата мне нужно именно кусать жертву, а не просто пить. Надо будет проверить на ком-нибудь. Может, Мелкой или Блохастой?
Уже ни на что не надеясь, откупориваю третью и… свезло.
«Получена пассивная способность: крепкое тело»
«Физические характеристики: +10 %»
«Время полного восстановления после повреждений: -10 %»
Не мана небесная, но лучше, чем ничего. Чем больше у меня пассивных способностей, тем я сильнее. Их, в отличие от активных, использовать не надо. Они просто есть и помогают тебе в трудную минуту.
Кровь, к слову, на вкус была словно с мятой. Учитывая полученную пассивку, подозреваю, что она принадлежала нэке-рыцарше.
Осталась одна.
Ладно, не будем тянуть кота за бубенцы.
Первое впечатление: ничего. Вообще. Ни прилива сил, ни прибавки маны. Словно это не кровь была, а что-то другое. А в следующий миг горло словно вспыхнуло адским пламенем.
Закашлявшись, я вскочил с места и рванул на кухню. Пока судорожно набирал себе воды, перед глазами неожиданно вспыхнуло сообщение.
«Внимание! Опасность! Избыточная концентрация маны в организме!»
Какого?!
Бросил взгляд на одну из важнейших своих характеристик и выплюнул из себя целый поток ругательств, попутно заливая воду в горло.
«Запас маны: 344\174»
Причем первое значение горело ярко красным, ни предвещая ничего хорошего.
Несмотря на воду, легче не стало. Напротив, мне в грудь словно раскаленных углей насыпали.
Понимая, что нужно что-то срочно сделать, иначе просто сгорю заживо, ломанулся на улицу, попутно успев ещё и чихнуть, устроив небольшой пожар во дворе.
«Кинжал Тени»
«Доспех Тени»
Был ещё Шаг в тень, но все это было бесполезно. К моему несказанному удивлению, я только сейчас понял, что у меня крайне мало способностей, завязанных именно на ману. Три основных, которыми я пользуюсь в бою, и ещё одна новая — Оружие Легиона, мощь которого я видел и поэтому побаивался использовать тут. Ещё несколько завязанных на подкласс рабовладельца, которые в данной ситуации применить затруднительно. Все же остальные способности были жреческими и использовали благодать.
Мне срочно надо сжечь ману!
Я уже собирался плюнуть на все и таки использовать Оружие Легиона, но тут вспомнил о другой способности — Гармонии. Она позволяет трансформировать одну энергию в другую, но обычно я использовал её для превращения благодати в ману. Но я же могу и наоборот!
«Запас маны: 321\174»
«Запас маны: 308\174»
«Запас маны: 285\174»
«Запас маны: 242\174»
«Запас маны: 174\174»
С каждой потерянной единицей маны, трансформированной в благодать, мне становилось легче дышать. Жжение стало проходить, и я, раскинув руки, развалился на траве, восстанавливая дыхание.
Это было страшно! Реально страшно! Надо поставить себе на память зарубку относительно того, что если у жертвы слишком много маны в крови, то есть риск умереть самому. Теперь идея покусать АрхиВладыку не казалась мне настолько интересной.
Самое паршивое, что не смотря на произошедшее, максимальный запас маны так и не увеличился. Не могу представить, сколько у обладателя этой крови маны, если такое количество почти в два раза превысило мой максимальный лимит.
В итоге все мои страдания оказались бессмысленны. Стоила ли та пассивка дуэли? Сомнительно…
Пока я валялся, пожар потушила Блохастая, после чего, не проронив ни слова, вернулась к тренировкам.
Умница.
Чесити бы притащила колбаски и стала жарить, ещё обидевшись, что я мешаю барбекю.
— Элард! Нам срочно нужно поговорить! — Эстелинда свалилась, как снег на голову.
— Что ещё случилось? — раздраженно буркнул я, находясь не в лучшем расположении духа. Нехотя я поднялся с травы и вопросительно уставился на неё, ожидая объяснений.
— Я кое-что узнала! Это правда важно! — в руках у неё был тот самый блокнот, который я добыл в странном подземелье.
Темная эльфийка особо не церемонилась, просто схватила меня за руку и потянула за собой. Не успел я и глазом моргнуть, как очутился в её комнате, где она всучила мне какие-то листы бумаги.
— Смотри! — сказала она, и я ленивым взглядом пробежался по тексту, попутно про себя отметив, что почерк у эльфийки весьма красивый.
— Не очень понимаю, — вздохнул я, не проявляя особого энтузиазма. Написано было уж слишком путано и сложно, отчего смысл ускользал от меня. Да и ситуация в доме не располагала к археологическим изысканиям.
— Керрас не первая жена АрхиВладыки! Она его мать!
— Погоди… Чего?! — от услышанного даже у меня челюсть отвисла.
— Как так получилось, что Керрас стали ассоциировать с его женой, да ещё и поминать в качестве ругательства, мне не ясно. Но, если верить написанному, она его мать!
— То есть, она его родила?
— В том-то и дело, что нет! — глаза темной эльфийки буквально горели. — Он его создала!
— В смысле, создала? — все никак не мог я взять в толк.
— Я не знаю, — с легким разочарованием выдохнула Эстелинда. — То, что ты принес — это не дневник. Это нечто вроде рабочего блокнота женщины по имени Керрас. Я перевела далеко не все, да и то, что смогла, слишком сложно для моего понимания. Но и этого достаточно, чтобы перевернуть представление об очень многом. Она была гениальным изобретателем и инженером на службе кого-то по имени Гарлион. Она не раз упоминает его и его требования, но кто он такой, не говорит. Я попробую поискать информацию в библиотеке, но надежды мало. Уж слишком древний текст. Так вот, — вернулась она к теме. — Керрас создавала и проектировала оружие. Разного рода машины для войны. Собственно, большая часть того, что есть в блокноте, это разного рода идеи и проекты, часто с подробными зарисовками. Видимо, она носила его с собой для записи того, что приходило в голову. Но порой, крайне редко, записывала туда и личные вещи. Их мало, но они есть.
