Когда Пукл попытался объехать мою ногу, которой уже не было на том месте, где она стояла, он опасно приблизился к кометику, и тот несколько раз яростно фыркнув, отступил под защиту Магнуса, прямо ему под ноги. Я проследил взглядом за зверьком, и перевёл взгляд на здоровяка:

— А ты уже придумал ему имя?

— Кому? — не понял Магнус. Потом перевёл взгляд на кометика и нахмурился.

Кометик тоже поднял на него взгляд и — клянусь! — тоже нахмурился!

— Думаешь, надо? — спросил Магнус, снова возвращая взгляд ко мне.

— Сам решай! — я пожал плечами и, дождавшись, когда Пукл окажется подальше, шагнул вперёд, проверяя устойчивость. — Но у нас даже у робота есть имя. А у зверька, который один раз, можно сказать, вытащил нас из задницы приличной такой глубины, имени нет. Несправедливо как-то. Он же уже часть экипажа почти.

— Что-то в этом есть, — согласился Магнус. — Я подумаю над твоим предложением.

— Отлично! — я кивнул. — А сейчас кто-нибудь, дайте мне, пожалуйста, моё оружие.

Оружие мне дали. И даже дали броню — капитан сам лично за ней сходил. Правда она не пригодилась — оказалось, что моё хорошее состояние было наполовину дутым. Стоять самостоятельно, ходить и даже немного бежать я мог, но, как только сверху придавило дополнительными семью килограммами брони и тремя — оружия, — всё это сошло на нет. Я чувствовал себя перегруженным тягачом, который дует в дюзы на всю мощность, но тащится от силы с половиной скорости от положенной ему на бумаге.

Пришлось оставить броню и взять с собой один лишь бластер. В конце концов, если «лунатики» действительно давно уже штурмуют эсминец, то шанс того, что я окажусь непосредственно в эпицентре боя — исчезающе мал. Я, может, и боя-то вовсе не увижу.

Но оружие взять с собой всё же придётся. На случай, если бой я всё-таки увижу.

Поэтому я осмотрел бластер, убедился, что он цел, достал из кармана запасную батарею, которую предусмотрительно захватил с собой ещё до вылазки в шлюз, вставил её в оружие, и перекинул ремень через шею.

— Ну? — спросил я, обводя всех собравшихся в лазарете взглядом. — Кто со мной?

Конечно же, со мной пошли все. Все, кроме тех, от кого там не было бы толка — то есть, кроме Жи и Кайто. Даже Пиявка вызвалась с нами, резонно заметив, что если вдруг со мной произойдёт что-то не то, ей было бы крайне желательно находиться рядом, чтобы успеть что-нибудь с этим сделать.

Поэтому у переходного шлюза, в который лично я уже как-то, прямо скажем, зачастил, мы стояли вчетвером. Могли бы и впятером, но Магнус ухитрился закрыть двери лазарета прямо перед носом кометика раньше, чем тот даже нос наружу высунул, так что зверьку только и оставалось что царапаться изнутри и тихо, едва слышно, повизгивать.

— Готовьтесь! — раздался из динамиков голос Кори. — Уже почти-почти…

«Шестая луна» воспользовалась тем же способом проникновения на корабль Администрации, каким мы пользовались для проникновения на «Василиск-33». Один из кораблей, пробившихся в мёртвую зону пушек эсминца, подошёл вплотную к одному из шлюзов и вышедшая наружу команда, получившая ещё раньше, в момент планирования, от нас прямые и чёткие инструкции, перевела его в сервисный режим, после чего корабль пристыковался к нему в ручном режиме.

А к этому кораблю, к другому его шлюзу, пристыковался ещё один корабль.

А к нему — ещё один.

И так, по цепочке, корабли «Шестой луны» — все пять, что были снабжены двумя стыковочными шлюзами, — собрались в одну огромную гирлянду, которая присосалась к борту «Алого» и позволила крупной штурмовой группе одним махом проникнуть на борт. Конечно, в тот же момент, как только шлюз перешёл в сервисный режим, на борту «Алого» поняли, что происходит, и отправили аварийную команду на защиту корабля, но к тому моменту было уже поздно.

Я придумал безукоризненный план, который позволил скрывающимся за астероидами кораблям «Шестой луны» оказаться в мёртвой зоне эсминца так быстро, что там даже не успели их засечь. А если не успели засечь — то и не успели заранее отправить аварийную команду отбивать возможный абордаж.

А не отправили заранее — значит, пропустили момент, когда противники уже проникли на борт и закрепились на позициях.

Именно это и было слабым местом всех больших кораблей, из-за которого они до сих пор не заняли безраздельно весь обжитый космос. Кучка мелких засранцев без особых усилий могла загрызть огромного неповоротливого левиафана, который чем к ним ближе, тем меньше опасности из себя представляет.

Именно поэтому кораблям типа «Алого» было строго-настрого запрещено соваться в такие опасные и узкие места без сопровождения роя более мелких кораблей… Но, с другой стороны, им и по астероидам стрелять антиматериальными торпедами тоже запрещено. А они стреляют.

Слишком уж сильно задели капитана «Алого» слова нашего капитана. Слишком уж сильно ему хотелось если не поймать нас, то хотя бы уничтожить и потом хвалиться перед своими сослуживцами, что он сжёг самых разыскиваемых преступников во всей вселенной.

Инструкции инструкциями. Звания званиями. А человеческий фактор никто не отменял.

— Готово! — заявила Кори в динамиках, когда «Затерянные звёзды» пристыковались к самому крайнему кораблю «Шестой луны». — Подождите, я сейчас!

Через двадцать секунд она уже стояла рядом с нами и лихорадочно блестела глазами:

— Я готова!

Я оглядел всю нашу команду, вернее, ту её часть, которая собиралась отправиться на борт чужого корабля, и вызвал по комлинку Кайто:

— Кай. Как там связь? Всё заглушено? Они точно не смогут передать сигнал о нападении на них?

— Всё работает, Кар! Все глушилки включены, сигнал туда-сюда не ходи! Только внутри сферы, только комлинки!

— Хорошая работа! — улыбнулся я и отключился. — Ну, тогда вперёд!

И мы шагнули на борт корабля «лунатиков», прошли его насквозь, прошли ещё один, ещё один, в четвёртом встретили удивлённую женщину азиатской внешности, которая копалась в каком-то мешке, ещё один…

И наконец шагнули на борт «Алого».

И первое, что нам бросилось в глаза — брызги крови на белоснежной стене и мёртвый администрат, валяющийся изломанной куклой неподалёку.

— Ну, вот опять. — вздохнул я.

— Что именно «опять»? — заинтересовалась Кори.

— Опять, куда бы мы ни пристыковались, нас встречает труп. — я посмотрел вдоль коридора и добавил: — Или даже два.

План сработал даже лучше, чем я предполагал. Мы прошли уже три отсека, но нигде не увидели ни одного мёртвого «лунатика». Зато администратов в разбитой и прожжённой броне я успел насчитать уже целый десяток — как раз столько, сколько входит в аварийную анти-абордажную команду. И то, что все они не были сосредоточены в одном месте, как это должно быть по регламенту, а раскиданы аж по трём отсекам, как ничто другое говорило о том, насколько неожиданной стала атака «Шестой луны». Администраты не успели даже занять позиции, как на них накинулись противники, заставляя лихорадочно отступать и терять бойца за бойцом, превращаясь в растянутую цепочку трупов.

Отступая, они, конечно же, закрывали за собой двери и блокировали их, но едва ли это было способно остановить «лунатиков». Максимум — слегка замедлить. Замедлить ровно настолько, сколько нужно времени для того, чтобы налепить два кумулятивных заряда на две точки, о которых я рассказал бойцам, наглядно продемонстрировав их расположение, и активировать их. В переборке образовывалась всего лишь маленькая дырочка, диаметром буквально с наручные часы, но вот в глубине металла кабели, питающие сервомоторы, безальтернативно выходили из чата. И основной, и дублирующий, проходящий с другой стороны от двери.

Моторы лишались питания, и бронированная герметичная переборка сдавалась под натиском всего двух заострённых ломов, вбитых между створками. Даже лазерный врекерский резак не нужен был. С ним, конечно, было бы быстрее, но две минуты на переборку — тоже вполне неплохой результат. По крайней мере, администраты явно не ожидали такой скорости продвижения.