Но, если так, то когда именно Магнус собрался перевернуть бой?

Сейчас он как будто даже уже сопротивляться не пытается. Лишь закрылся в глухую оборону и постепенно отступает под градом ударов Гектора, периодически пропуская один-другой. Но теперь я видел, что даже пропускает удары Магнус мастерски — в последний момент слегка сдвигает голову и корпус, смотря куда прилетало, так, чтобы пустить его чуть вскользь, чтобы смягчить последствия.

Да, он явно желает отдать победу Гектору!

И при этом явно не желает калечиться…

Бам! — Гектор обошёл защиту длинным хуком, впечатывая кулак Магнусу практически в висок, тот чуть-чуть не успел прикрыться. Совсем чуть-чуть, но при этом удар немного вскользь…

Бам! — тут же прилетает апперкот, который Магнус принимает, прижав подбородок к груди, чтобы минимизировать последствия. Принимает — и тут же отшатывается назад, взмахивая руками и изображая, что поплыл от пропущенного удара. Изображает так же мастерски, как и всё до этого момента изображал, даже собрался в последний момент перед новым ударом и заблокировал его. Заблокировал второй и даже третий, но не четвёртый, оверхенд, поверх его собственного, смазанного, медленного удара.

Бам! — снова прилетело Магнусу в скулу, которую он в последний момент подставил вместо виска, и здоровяк «окончательно поплыл». Отошёл назад, покачиваясь, ударился спиной о силовое поле, которое заменяло нулевому кубу канаты, потерял равновесие, и сполз по нему спиной, повесив голову.

Гектор подскочил к нему, занося кулак, но не ударил. Просто встал над Магнусом, ожидая, не попытается ли тот подняться и продолжить бой. Встал, поднял левую руку и начал отсчитывать секунды, распрямляя палец за пальцем.

— Два! Три! — скандировала толпа с каждым новым пальцем. — Четыре! Пять!

Закончив с пятерней, Гектор снова сжал кулак и по второму кругу начал выпрямлять пальцы.

— Шесть! Семь! — дружно поддерживали его болельщики.

В этот момент Магнус зашевелился и попытался подняться, отчего Гектор бросил считать на пальцах и снова занёс кулак, ожидая, что противник всё-таки поднимется. Но Магнус лишь чуть приподнялся над полом нулевого куба и снова сполз спиной по силовому полю, так и не встав на ноги. Так и не найдя в себе силы на это.

Или, вернее, мастерски сделав вид, что не найдя их.

— Девять! — радостно продолжала подсчёт толпа. — Десять! А-а-а-а!

Трибуны заревели и загрохотали, затопали и захлопали, погружая огромный зал в самое настоящее звуковое безумие.

Из динамиков под потолком прозвенел несуществующий гонг, возвещая о конце боя, и силовые поля, прикрывающие нулевой куб со всех сторон, отключились.

И тут же звуковая волна, которую до этого поля отсекали, обрушилась на бойцов. Обрушилась так резко и мощно, что Гектор даже покачнулся и слегка присел от неожиданности, словно тоже словил лёгкий нокдаун. Быстро огляделся, убеждаясь, что это крики радости, крики его поддержки, и тут же заулыбался во все тридцать два зуба. Отошёл от Магнуса на два шага, поднял вверх руки, празднуя победу, крутнулся вокруг своей оси и несколько раз хлопнул в ладоши.

А потом одну руку опустил к губам, касаясь их выпрямленным указательным пальцем, а другой обвёл вокруг себя, явно веля всем заткнуться и поймать тишину.

И все поймали. В зале стало так тихо, что были слышны шаги, как Гектор снова подошёл к Магнусу, который без поддержки силового поля завалился набок и сейчас лежал как будто без сознания.

Гектор присел возле него, коснулся его плеча и что-то сказал. Даже в наступившей тишине невозможно было разобрать, что именно — слишком далеко было, но Магнус отчётливо, хоть и очень медленно, кивнул.

И тогда Гектор протянул ему руку, и, когда Магнус спустя несколько секунд ответил тем же, схватил его ладонь и потянул на себя, помогая сначала принять сидячее положение, а потом и вовсе — подняться с пола и встать рядом.

Гектор снова хлопнул Магнуса по плечу, от чего тот очень натуралистично зашатался.

Повернувшись лицом к зрителям, Гектор во второй раз вскинул вверх руки. Только теперь уже три — две своих и одну Магнуса, которую он продолжал сжимать.

И зал взорвался криками во второй раз.

В идеале, конечно, было бы свалить с «Талоса» сразу же после боя… Но, когда вообще хотя бы что-то проходило по идеальному сценарию?

Вот и сейчас не пошло, потому что Гектору мало было просто победить. После победы он захотел это дело ещё и отпраздновать, и, конечно же, без нас праздник не был бы праздником, ведь именно наше присутствие на станции сделало его вообще возможным.

Одноглазый правитель «Талоса» наобещал горы органической еды, реки алкоголя и всё прочее, что обычно говорят, когда хотят кого-нибудь куда-нибудь заманить, и от такого предложения отказаться было ой как трудно. К тому же, Магнус отвёл капитана в сторону и несколько минут вполголоса о чём-то с ним говорил, после чего капитан кивнул и вынес вердикт:

— Остаёмся. От пары-тройки часов ничего не изменится.

И я был с ним согласен. Когда в ближайших перспективах маячит пир с органической едой, пара-тройка часов действительно ничего не решает. К тому же, у нас всё равно до сих пор не было чёткого плана дальнейших действий, его ещё только предстояло придумать.

Я думал, что нам придётся ждать не меньше часа, пока люди Гектора приготовятся к неожиданному пиршеству, но оказалось, что нет. После боя прошло всего пятнадцать минут, которые протекли в раздаче автографов и фотографировании со всеми желающими (причём, что интересно, вниманием пользовался не только один лишь Гектор, но и Магнус тоже, да причём Магнус, пожалуй, даже побольше).

Но, когда мы поднялись на всё том же лифте на самые верхние уровни станции, где и обитал Гектор-Вектор, там уже было всё готово. То ли здешний персонал настолько выдрессирован, что научился останавливать время, лишь бы угодить своему начальнику… То ли тут всегда так, и единственное отличие с тем, что есть сейчас — в масштабах. Просто взяли да выкатили на стоящие рядами столы сразу всё, что предполагалось в иных условиях употребить внутрь за пару-тройку дней.

Скорее всего, так оно и было, потому что столы ломились от совершенно разнообразных блюд, начиная от каш с фруктами, которые логичнее было бы есть на завтрак, до запечённой рыбы и жареной картошки. Были закуски вроде варёных яиц, разрезанных пополам, место желтка в которых занимал какой-то фарш из сырого на вид мяса. Были маленькие канапе на длинных шпажках. Были даже такие блюда, о существовании которых я полностью успел позабыть, настолько они были редкими и дорогими. Например, омары и гусиная печень, как там её… фуятля… Нет, как-то по-другому.

Короче, это уже была не просто органическая еда, а самые что ни на есть произведения гастрономического искусства, поданные и сервированные так, что их цена становилась очевидна даже тем, кто не знал, что это такое.

Вот тебе и дикие сектора, вот тебе и полубомжи-отщепенцы, главарь которых любит самолично почесать кулаки в нулевом кубе. Гектор-Вектор явно не бедствует, да что там — он охренеть как зарабатывает на своём бизнесе, и это не может не вызывать уважение! Особенно если учесть, что он не допускает подставных боев и всё своё состояние сделал на честности.

Возможно, мы даже сможем найти с ним общий язык. Я тоже всегда говорил и считал, что честным быть выгоднее, чем отъявленным лжецом — тебя невозможно припереть к стене или лишить всего, что нажито ложью. К тому же быть честным ещё и правильнее с точки зрения морали.

Гектор, конечно же, занял место во главе самого большого из столов, а нас пригласил сесть по правую руку от себя. Что касается Магнуса, ему он доброжелательно указал на место рядом с собой, и здоровяку пришлось сесть туда, что обрадовало Гектора ещё больше, даже, пожалуй, больше, чем сама по себе победа в бою.

Кроме нас на этом праздничном обеде-ужине присутствовало ещё два десятка человек, но кто они такие — оставалось загадкой, скорее всего, какие-то приближенные Вектора, те, кто работает на него. Нам это было не особо важно, мы уже привыкли в подобных ситуациях находиться среди неизвестных нам людей — сначала «Двухвостка» и тамошние посиделки в баре, потом почти месяц на базе роботов наедине с людьми «Шестой луны», теперь вот это вот… Но ладно, до тех пор, пока они к нам не лезут, всё в порядке.