К тому же, я до сих пор не знаю, что это именно за выводы такие…

— Так! — я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями. — Вики, по фактам — что именно ты сделала?

— Я написала несколько дополнительных программных модулей для прошивки Жи. — тут же ответила электронная умница. — Модулей, которые расширяли сферу возможностей его искусственного интеллекта, скажем так. Они дают ему возможности, которых он был лишён ранее — например, лучше понимать сказанное, анализируя не только формулировки, но также и тон, и общий контекст беседы.

— Не понял… — Кайто, всё так же прижимая Кирсану к себе, нахмурился. — Ты попыталась превратить Жи… в себя⁈

— Нет, конечно! — оскорблённо ответила Вики. — Как ты себе это представляешь⁈ Это невозможно, у него слишком устаревшая архитектура, и вычислительной мощности никогда в жизни не хватит для симуляции хоть даже тех же эмоций!

— Тогда что именно делают твои программные модули? — терпеливо спросил я, снова переведя взгляд на Жи и пытаясь углядеть в нём какие-то отличия от него вчерашнего… Хотя нет, какое там «вчера» — судя по всему, этот план Вики претворяла в жизнь уже достаточно давно, явно не один день!

— Из действительно важных изменений — способность действовать, не привязываясь к системе приоритетов, — ответила Вики. — И, соответственно, к директивам поведения.

— Что⁈ — я не поверил своим ушам. — Ты сделала так, что Жи теперь не трясётся над своей первой директивой⁈ Серьёзно⁈

— Утвердительно! — вместо Вики ответил Жи. — Первая директива по-прежнему является первой директивой, но теперь моя модель поведения не требует беспрекословного её выполнения. Я способен игнорировать её, в случае появления других факторов.

— А раньше не мог? — я всё ещё не врубался, в чём суть новшества. — А как тогда ты допустил, чтобы на борту корабля оказался я? Ещё в самом начале? Я же тоже был для тебя нарушением первой директивы, разве нет⁈

— Утвердительно. Однако, существует одна директива, приоритет которой выше, чем даже у первой. Директива ноль — всеми способами обеспечивать продолжение функционирования. В тот момент твоё присутствие отвечало формулировке этой директивы, поскольку тебя предполагалось использовать как заложника, чтобы заставить эсминец не стрелять. Позже, когда оказалось, что это не помешает им нас распылить, стал актуальным следующий фактор — ты предложил план, исполнение которого отвечает моей нулевой директиве. Таким образом ты всё это время просто соответствовал нулевой директиве, уж не обижайся.

И это «уж не обижайся» настолько было не характерно для привычного мне Жи, что я сразу же поверил в то, что Вики действительно провернула с ним что-то сверхъестественное. Не отвечал робот так раньше, просто не умел!

— Ладно, а потом? — мне всё же было интересно получить ответы на все вопросы. — Когда я уже обездвижил корабль Кирсаны, но ещё не вернулся обратно к вам? Почему ты меня поймал? Почему не убил сразу же?

— План всё ещё не был выполнен. Мы не находились в безопасности, — парировал Жи. — А в тот момент, когда мы оказались в безопасности, ты был официально принят в экипаж. В команду людей, которые априори входят в список неприкасаемых, тех, кто обеспечивает выполнение нулевой директивы.

Всё потихоньку начинало вставать на свои места. Кирсана официально не числится в экипаже, за неё никто не голосовал, и к функционированию Жи она имеет отношение постольку-поскольку, даже правильнее будет сказать, что вообще не имеет отношения. И, раз для нулевой директивы она бесполезна, то, следуя первой директиве, роботу действительно следовало уничтожить администратку сразу же, как только она узнала о его существовании…

А он этого не сделал.

— Значит, ты… — медленно произнёс я, формулируя мысли. — Получил свободу воли?

Вопрос на самом деле риторический. Я уже знал на него ответ, и он был, как сказал бы сам Жи, «утвердительный». Достаточно вспомнить тот момент, когда робот, которого никто не посылал и не просил, нырнул следом за мной во внутренности стальной каракатицы, чтобы остановить мину. Я тогда не смог найти возможности спросить его об этом, а потом оно и вовсе забылось за всеми событиями, но теперь стало очевидно — никто его не посылал. Даже Вики. Он сам принял это решение и сам его претворил в жизнь.

— А почему тогда ты говоришь так же, как… старая версия тебя? — не сразу сформулировав вопрос, спросил я.

Вместо Жи с потолка снова ответила Вики:

— Это частично моя вина… Но лишь частично. Его генеративные речевые системы слишком… примитивны, скажем так. Слишком малый процент вычислительной мощности выделяется на их работу, к тому же словарный запас достаточно мал, а выделенная под него память сильно ограничена. И это не обойти, если только не менять полностью всю его вычислительную систему. Поэтому в своих мыслях, назовём это так, Жи может быть профессором философских наук, но с нами он сможет разговаривать только с помощью того инструментария, который у него был и есть.

Логично, в общем-то, особенно если учесть, сколько Жи лет. Его технологии удивительны сами по себе, в вакууме, но если смотреть на них в относительном ключе, то они всё же безнадёжно устарели — им как-никак больше полувека! Странно и удивительно уже то, что Вики вообще хоть что-то смогла в нём изменить, да ещё и так, что робот при этом получил свободу воли! Научился ставить собственные цели! Превратился, по сути, в неполноценную, ограниченную, но всё же копию самой Вики!

И именно эта ограниченность и неполноценность не позволяла считать их обоих двумя экземплярами одного и того же. Они разные. Как по форме, так и по содержанию. Но теперь между ними стало больше общего, чем разного. Вики запомнила мою фразу «подобное тянется к подобному» и потянулась к Жи.

И помогла ему потянуться к ней тоже.

— Технологические ограничения, — вздохнула Вики, продолжая фразу. — В конце концов, я под себя создавала собственное тело, сразу под определённые требования… В случае же с Жи пришлось работать с тем, что есть, и подстраиваться под то, что уже есть.

Кирсана не выдержала. Льющийся с потолка голос, с которым я, наплевав уже на все меры предосторожности, разговаривал как с ещё одним, неизвестным членом экипажа, человекоподобный робот, на котором мы смеем висеть ради развлечения вместо того, чтобы попытаться его уничтожить как можно скорее — всё это было уже слишком для её психики. Она тихо, но отчётливо взвыла, оттолкнула от себя крайне удивлённого таким переходом Кайто, и закричала, задрав голову к потолку:

— Да что тут вообще происходит⁈ Кто-нибудь мне что-нибудь объяснит⁈ Даже если после этого я умру, я хочу умереть, хотя бы зная, за что!

— Не ори! — я поморщился. — И не бойся, ты не умрёшь… Ну, я так думаю. А что тут происходит — ты и так уже поняла, я полагаю. Да, у нас на борту робот. Искусственный интеллект. Он — член нашего экипажа, и наш… друг. Даже больше — у нас на борту целых два искусственных интеллекта, просто второго ты не видишь, а только слышишь… Но это, полагаю, тоже дело лишь времени.

— Два искусственных интеллекта? — Кирсана нервно хихикнула. — Нет, погодите, вы что… не шутите?

— Какие уж тут шутки? — я поднял руку и постучал Жи по стальной груди, которая отозвалась глухим гулом. — Ты бы стала шутить шутки с разумной тонной металла?

Кирсана немного помолчала, глядя на меня. Наивная улыбка, с которой она явно ждала, что я сейчас тоже улыбнусь и признаюсь, что всё это розыгрыш, постепенно сползала с её лица.

— Нет… Погоди… — её голос стал серьёзным. — Два искусственных интеллекта⁈ Запрещённых во всём космосе⁈ Да ещё и разных⁈ На одном крошечном, никому не известном кораблике⁈ Как такое вообще возможно⁈ Где… Где вы их взяли⁈

— О, а вот это, кстати, отличный вопрос! — я кивнул и перевёл взгляд на Жи. — И, раз уж тебя вне очереди прокачали, думаю, теперь ты сможешь дать на него ответ. Откуда и как появилась Вики, мы все… почти все знаем. Ну а ты?..

К сожалению, а, может, и к счастью, прямо на месте прояснить прошлое Жи не получилось. Кирсана, до которой не сразу, но дошло, что я не знаю даже историю разумного робота, окончательно потеряла связь с реальностью. Казалось, только-только успокоилась, поверив моим словам, что робот её убивать не собирается, и тут же, вот прямо сразу же, оказалось, что веры моим словам нет и быть не может, ведь я ничего не знаю о прошлом этого самого робота. И логически она, может, и поняла, что при желании Жи её уничтожил бы за пару секунд, но организм уже выбросил в кровь гормоны стресса в таких количествах, с которыми не справиться одной лишь силой воли и хладнокровием.