Сам король так и не получил ни царапины в этом бою. Как ни старался дерзкий пират достать его, Стратос контролировал дистанцию намного лучше, и постоянно держался на том самом уровне, чтобы и противник не мог его достать, и ему самому нужно было сделать лишь короткий подшаг для атаки. А пирату, к тому же, постоянно мешал подельник, который тоже пытался внести свою лепту в бой, несмотря на то что изначально был против него. Видимо, понял, что раз бой уже идёт, то вариантов остаётся только два — или умереть, или убить короля.

Король резко развернулся к нам, отчего его платиновые волосы расстелились по воздуху диковинным шлейфом, и слегка поклонился, разводя руки в стороны:

— Достопочтенная публика, мы закончили. Скажите, как вам наше представление? Понравилось ли вам? Не желаете ли выступления на бис?

Он не то что ни царапины не получил, он даже не запыхался за этот короткий, буквально полторы минуты, бой. Он его будто не просто закончил, а ещё и резко поменял личность в себе, как Кайто менял себя на Вики… А вместе с личностью ещё и тело сменил тоже — то, боевое, уставшее, куда-то спрятал, и достал прежнее, довольное жизнью и улыбающееся.

Краем глаза я увидел, как экипаж переглянулся, явно затрудняясь в поисках правильного ответа на этот вопрос. А Кайто так и вовсе побледнел и едва держал себя в руках, успокаиваясь лишь тем, что сжимал нагрудный карман, да так сильно сжимал, что впору задуматься, а не повредит ли он там Вики. И, наверное, сжимал бы ещё сильнее, если бы не рука Кирсаны, которая всё так же лежала на его плече и сжимала его примерно с той же силой.

Из окружающей нас темноты бесшумно вынырнули две неприметных личности, ухватили мёртвых пиратов за ноги, и утащили обратно во тьму, оставляя на полу размазанные полосы крови. Кайто громко сглотнул.

— Представление прекрасное, спасибо, — я снова взял инициативу в свои руки. — На бис не нужно, спасибо, тем более что… актёры… всё равно закончились.

— О, это заблуждение! — король широко улыбнулся. — Актёров на самом деле намного больше, чем вы думаете!

— Ладно, допустим, — я не стал выяснять, что король имел в виду, а то ещё пустится опять в пространные рассуждения и рассказы. — Но всё равно не нужно. Благодарим вас за представление, король, и, если на этом мы закончили…

— Как закончили⁈ — ахнул король. — Конечно, мы не закончили! Мы только начали, дорогие гости, мы только начали! Это была лишь прелюдия, пролог, увертюра, если угодно! А основное представление ещё впереди, и вы, дорогие гости — самая важная часть этого представления!

— Да, и почему же? — поинтересовался я.

Снаружи я оставался при этом спокойным, но вот внутри резко проснулась и подняла голову осторожность, что уже не раз и не два спасала меня от проблем.

— О, вам понравится! — король снова широко улыбнулся. — Сегодня сама судьба благоволит мне, не иначе. И вы тоже… — он указал на нас, — будете поражены тем, как всё складывается! Кратос и Шелдос — заблудшие души, которых я сегодня вернул на правильный, истинный путь, но вы!.. Вы — совсем другое дело!

Кратос и Шелдос — это, однозначно, те двое, кого король только что обнулил собственными руками.

А сам он — Стратос.

Какие подозрительно похоже составленные имена… Или это не имена?

Если не имена, то, пожалуй, я знаю как минимум два, которые звучат похожим образом.

— Они же когда-то были моими доверенными людьми! — возвышенно продолжал король, подходя ближе. — Я доверял им… Ну не как себе, конечно, но достаточно для того, чтобы назначить именно их двоих ответственными за контроль над этим сектором.

— А Ватрос и Гаргос? — уже не сомневаясь, что эта парочка проходимцев тоже замешана в этой истории, спросил я. — Они тоже здесь как-то замешаны?

— Как хорошо, что вы спросили! — король всплеснул руками. — И в очередной раз я удивляюсь вашей проницательности, потому что вы снова совершенно правы — Ватрос и Гаргос действительно тоже являются моими доверенными лицами! Вернее сказать, являлись… До тех пор, пока мы не потеряли с ними контакт. Что произошло с Гаргосом, нам неизвестно до сих пор, но вот Ватрос после небольшого допроса всё же признался, что его… скажем так, «облапошили» курьеры на «Барракуде». Красноволосая девчонка, молчаливый капитан, и очень дерзкий тип-врекер… Я, конечно, верю в совпадения и чудеса, но в этот раз всё складывается слишком очевидно, не думаете?

Вот оно как бывает… Уж сколько времени назад произошла та история с Ватросом, а её последствия преследуют нас до сих пор. Сначала в виде Гарма с Волькой, благодаря которым у нас появился кометик, теперь… Теперь вот это.

Получив от своего капитана, что первым пересёкся с нами курсом, информацию о «Барракуде», Стратос заинтересовался и решил проверить сразу две вещи — а не скрывается ли на этом корабле парочка, которая скрыться не должна, и не тот ли это корабль, экипаж которого испортил малину Ватросу?

А если бы он знал сейчас, что мы ещё и Гаргоса обнулили, пусть даже и в порядке самозащиты, тогда вообще хрен знает что было бы. Вполне вероятно, что Стратос просто велел бы сжечь нас, не поднимая на борт.

— Ну и я подумал… — Стратос задумчиво пожал плечами. — Что такие удивительные люди, что могут позволить себе идти против пиратов, а значит, и против меня… Ну как минимум достойны, чтобы с ними познакомиться!

— Мы не шли против тебя, — сумрачно возразил капитан. — Мы защищались. Ватрос взял меня в заложники и хотел забрать у нас всё, включая и корабль.

— А вот он мне рассказал другую версию! — король развёл руками. — И, как вы думаете, кому я поверю? Тем, кто надул моего человека, или тому, кто долгое время исправно на меня работал? Тому, кто заверил меня, что не успокоится, пока не найдёт обманщиков и не притащит их ко мне на суд? Тому, в ком у меня не было ни единой причины сомневаться?

Всё понятно. Вот почему и для чего Стратос устраивал это «представление», как он его назвал — чтобы оказать на нас моральное давление. То есть, оно и так было понятно, что цель именно в этом, но неясно было, зачем ему это.

Теперь ясно. Затем, что Стратос — фигляр, который любит эпатаж и пафос. Маска это или часть личности, неважно. Важно то, что ему необходимо не просто приводить свои решения в исполнение, а делать это так, чтобы об этом знало как можно больше людей, и чтобы они как можно больше об этом говорили. Возможно, это даже в какой-то степени помогло ему стать «королём», ведь молва о «сильном решительном лидере» тем охотнее разносится между людьми, чем сильнее её подталкивают.

Поэтому и сейчас Стратос «делает шоу», если можно так выразиться, на сей раз — за наш счёт. Сперва приветствовать на борту своего корабля, а потом наказать тех, кто косвенно, но всё же пошёл против него — это в каком-то смысле биполярка, конечно, но это то, что будут обсуждать ещё очень долго. И неважно, что обсуждать будут в ключе «вот же псих» — главное, что обсуждают.

И Стратос идеально всё рассчитал для этого представления. Он показал, насколько он крутой и сильный воин, он показал, насколько он непредсказуем и психопатичен, и теперь любой другой на нашем месте, приблизившегося вплотную Стратоса и поняв, чем пахнет дело, упал бы на колени и начал молить о пощаде, лишь бы только не оказаться на месте тех двоих, которых утащили в темноту…

Но на нашем месте не «любой другой».

По крайней мере на моём.

Поэтому я дождался, когда король поднимет глаза и произнесёт:

— Выбор вы знаете. Быстрая смерть или честный бой.

Усмехнулся, и ответил:

— Третий вариант. Быстрый бой.

И быстро, без замаха, дёрнул головой вперёд, впечатывая лоб ему в лицо!

Король — знатный боец с немалым опытом, что он совсем недавно продемонстрировал. И пусть опыт его, в основном, касался ножей, но никто же не говорил, что лишь одними ножами он ограничивался. К тому же, бой на ножах — это почти то же самое, что бой врукопашную.