— Замечательно… — пробормотал капитан себе под нос. — Хорошо хоть люди не пострадали… За исключением экипажа, конечно…

— Сухогруз «Катерпи», — невозмутимо продолжила Вики. — Перед самым прыжком подвергся бомбардировке целым роем мелких метеоритов, которые были сбиты корабельной противометеоритной системой. Данных о вибрации нет, но одновременная работа такого количества пушек, которые на тот момент были сугубо кинетическими, просто не могла её не вызвать.

— Что? — изумился Кайто, поднимая голову. — Кинетические пушки⁈ Это когда вообще было⁈

— Давно, — призналась Вики. — Двести семьдесят два года тому назад. Даже корпорация, к которой принадлежал «Катерпи» больше не существует, её семьдесят два года назад поглотил «Хабитат» и превратил в один из своих филиалов. Я начала с конца списка, чтобы ситуации, которые я описываю, были более понятны. Но, чем дальше мы уходим, тем ближе оказываемся к моменту, когда зарегистрировали пропажу самого первого корабля.

— И что, по нему тоже есть информация? — подозрительно скосилась Пиявка.

— Не того плана, что нам нужна, — честно ответила Вики. — Просто — «пропал». Самое первое упоминание о том, что корабль входил в спейсер в состоянии предполагаемой вибрации, оставлено много позже. И ни в одном из них нет даже намёков на то, на какой частоте происходила вибрация пропавших кораблей. Разбег буквально в десятки тысяч герц.

— Двадцать семь кораблей… — Кори покачала головой. — Двадцать семь кораблей пропало, и ни один из них не может дать нам подсказку! Как так⁈

— Пропало намного больше кораблей, — возразил я. — А эти двадцать семь как раз подсказку нам дали, ты не права.

— И какую же? — Кори невесело усмехнулась, глядя на меня.

— Самую нужную. Они, или, вернее, их пример, доказывает, что мы правы в своих теориях. Вибрация действительно способна повлиять на то, как корабль ведёт себя в спейсе. Теперь это факт, с которым уже не имеет смысла спорить.

— Но погодите! — Магнус нахмурился. — Если это так, то должно быть множество сообщений о том, что корабли выходили из спейса не там, где положено! Как это произошло с нами!

— Эх ты, молодо-зелено! — усмехнулся капитан, глядя на здоровяка. — Сразу видно салагу, который не слышал космоплавательских легенд о заплутавших в трёх спейсерах кораблях! Вики, найди информацию об этом!

— Один момент… — озадаченно произнесла Вики, и мостик ненадолго погрузился в полную тишину. Все ждали, когда электронная умница сделает какие-то свои электронные дела, и снова заговорит.

— Да, так и есть! — спустя минуту заговорила она. — Такие случаи действительно зафиксированы, я насчитала двести семнадцать упоминаний этого феномена.

— Двести семнадцать⁈ — вырвалось у Кори. — Так это же даже меньше, чем кораблей, пропавших в хардспейсе! Как это может быть⁈

— Очень просто! — хладнокровно ответила Вики. — Это только те упоминания, которые есть в сети. Могу предположить, что существует ещё как минимум столько же случаев, которые в сети не упоминаются. Возможно, даже больше.

— Просто до этого момента все эти истории воспринимались как байки на уровне космических китов, — пояснил капитан в ответ на удивлённые взгляды. — Или, вернее, одна и та же байка, перевратая тысячу раз на разные лады, с разными действующими лицами, разными кораблями и разными спейсерами отбытия и назначения. Однако сейчас выходит, что никакая это не легенда! В очередной раз…

Вот именно — в очередной раз. В очередной раз, то, что считалось полупьяными байками, выдуманными, чтобы слупить с очередного простака юнит-другой на выпивку, оказывалось правдой. Почему-то сразу вспомнился старый пьяница на станции «Единорог», который целых десять минут вдохновенно врал мне о том, что впоследствии оказалось чистейшей правдой. Вспомнил — и внутренне поёжился от ощущения, что всё наше путешествие чем дальше, тем больше становится похожим на рассказы того старика. Точно так же становится реальностью.

Так, глядишь, скоро и до космических китов доберёмся и увидим их своими собственными глазами!

— Давайте подведём итоги, — стряхивая непонятное оцепенение, заговорил я. — Мы практически удостоверились, что вибрация корабля в процессе прыжка способна нарушить этот самый прыжок. Но как именно это происходит — мы пока не знаем. Какая частота для этого нужна — мы пока не знаем. Как понять, где окажешься в конечном итоге — мы пока не знаем. Всё верно?

— Вроде да! — радостно кивнул Кайто, как будто это были хорошие новости.

Но хорошие новости действительно были. И заключались они в том, что…

— Так у нас есть прекрасная возможность ответить на все эти вопросы! — я пожал плечами и улыбнулся.

— Можно подробнее? — капитан скосился на меня и хмуро добавил: — Хотя почему-то мне кажется, что подробности мне не понравятся!

— О, тут вообще всё просто! — улыбнулся я. — Раз кораблю нужна вибрация… Давайте дадим ему вибрацию! Где тут ближайшая станция⁈

— Сделать… что⁈ — ужаснулся капитан. — Сделать… Как⁈

— Ну в теории возможность есть, — задумчиво произнёс Кайто, ползая пальцами по дисплею своего технического поста. — Если взять наш генератор гравитации и как-то заставить его смещать туда-сюда гравитационный центр, то тогда…

— Что сделать⁈ Ты хоть представляешь, чем это чревато⁈

Капитан аж всплеснул руками, и такое поведение для него вообще-то было нехарактерно. В последний раз таким потерянным я его видел ещё возле Роки-младшей, и, собственно, что тогда, что сейчас — ситуации довольно схожи. Капитан явно не ожидал моего предложения, и оно выбило его из колеи. Ещё бы — своими руками сделать с кораблём то, чего на протяжении всей истории космоплавания пытались всеми силами избегать!

Генератор вибрации. Неважно какой. Всё, что угодно, механизм любой конструкции, лишь бы он только заставил наш корабль снова вибрировать. В идеале — чтобы он при этом ещё и умел менять частоту этой вибрации, и тогда перед нами откроется огромное поле для экспериментов… Но для начала сойдёт и простой, способный работать лишь на одной частоте. В конце концов, пока ещё нет никаких гарантий, что случившееся с нами при последнем переходе — это не банальная случайность, или стечение обстоятельств… Что, в общем-то, тоже случайность.

И вот сейчас эту самую штуку, которая делает то самое, чего всеми силами всегда пытались избежать все капитаны всех космических кораблей, предлагают поставить на посудину, которая и так едва держится в относительной целостности и хрен знает сколько ещё сможет пробыть в таком состоянии без ремонта. И предлагают не абы кому — а самому капитану этой самой посудины!

Кори, конечно, тоже явно была не в восторге от этой идеи, судя по её лицу, но с ней всё было ещё интереснее. В ней явно боролись два волка, один — это экзистенциальное, вбитое многими годами пилотирования корабля, отвращение к вибрации и даже в некотором смысле страх перед ней, а с другой…

А с другой — надежда на то, что это поможет приблизиться к раскрытию тайн затерянных звёзд ещё на шажок. А то и на два.

А то и на целый десяток сразу.

Поэтому Кори ничего не говорила. Она сидела, сжав губы так плотно, что вообще будто бы лишилась рта, и смотрела на меня с какой-то испуганной просьбой в глазах, будто отдавала в мои руки собственную надежду на удачный исход. И умоляла не потерять её.

— Это… Я даже не знаю, как это назвать… — вздохнул капитан, запуская пятерню в волосы. — Ну…

— Да не надо это никак называть, — я пожал плечами. — Надо просто попробовать, и всё!

— Попробовать… — медленно пробормотал капитан, словно это слово было новым, незнакомым ему, и он пытался распробовать его вкус. — Легко сказать…

Он поднял глаза и обвёл экипаж взглядом, но явно не нашёл поддержки. Даже в глазах Кори.

— Давайте хотя бы починимся сначала! — капитан развёл руками, понимая, что в этой битве он в одиночестве, и что она уже всё равно что проиграна. — Мы же не можем заниматься этой чушью в таком состоянии! Нас просто растрясёт по винтикам, и всё на этом закончится!