— Ладно, это всё, конечно, интересно и познавательно! — Магнус хлопнул ладонями по коленям, переполошив кометика, спящего на подлокотнике его кресла. — Но делать-то мы что будем с этой информацией? Нашей задачей, как я помню, было не выяснить, кто такие «потерянные братья» и откуда берут своё начало, а выйти с ними на контакт. В идеале — вообще добыть у них Н-двигатель, если вдруг окажется, что они им обладают. Как всё то, что мы сейчас узнали, поможет нам в достижении этой цели?

— Непосредственно! — улыбнулся я. — Эта информация стоит намного больше, чем ты себе представляешь. Мы докопались до самой сути появления «потеряшек», до самых, так сказать, истоков. Мы знаем, на что они реагируют и даже знаем почему они это делают. И если первое знание ценно само по себе, то второе ценно только как подводка к другому факту.

— И какому же? — вздохнул Магнус.

— К тому факту, что, если у них будет информация о том, что «Кракен» собирается провести новый эксперимент с пространством, они ни при каких обстоятельствах не пропустят его, — ухмыльнулся я. — Вот что за факты нас интересуют.

— Отлично, а откуда мы узнаем, когда, как и где «Кракен» надумает проводить новый эксперимент? — Магнус помахал рукой в сторону лобовика, где до сих пор висел список. — Предугадаем на основе имеющихся данных? Так вообще можно?

— Конечно, нет! — я покачал головой. — Но нам и не нужно гадать. Ведь я ничего не говорил про эксперимент. Я говорил про «информацию об эксперименте».

— А в чём разница? — нахмурился здоровяк.

— В том, что для того, чтобы прошёл эксперимент, необходимо провести эксперимент. А для того, чтобы появилась информация о грядущем эксперименте, его проводить не обязательно…

— Достаточно рисунка эксперимента! — благоговейно прошептал Кайто, и его глаза фанатично загорелись! — Это гениально! Я в деле!

Конечно, никакого «рисунка эксперимента» я не имел в виду, но Кайто простительно. Главное, что он правильно понял задумку и даже почти правильно изложил её остальным с моего молчаливого согласия. Впрочем, это даже не странно — в чём там ошибаться-то? Всю идею можно упаковать в пять слов, что Кайто и сделал.

— Не понял, — нахмурился Магнус. — Ты предлагаешь имитировать эксперимент Кракен'?

— Да нет же! — я ответил вместо Кайто, пока он опять не начал отвечать не теми словами и окончательно не ввёл всех в заблуждение. — Мы не будем имитировать эксперимент, как ты себе это представляешь?

— Ну… — Магнус на мгновение задумался. — Вопрос, конечно, интересный, но, думаю, что-то придумать можно. Например, при происшествии с «Навуходоносором», как мы знаем, имел место выплеск огромного количества энергии, причём, скорее всего, не обычный энергии, не привычной человечеству, а какой-то аномальной, такой же аномальной, как и тематика экспериментов. Думаю, именно эту энергию и засекли «потерянные братья», после чего произошла их атака.

— Скорее всего, так и было, — согласился я. — В противном случае, «Навуходоносор» не успел бы провести ни одного эксперимента, а с самого начала оказался бы под атакой, а они вон сколько всего успели натворить!

— Ну вот! — Магнус обрадовался. — Значит, нам тоже надо выделить огромное количество аномальной энергии, и «братья» появятся, как песчаные акулы на вибрацию от упавшего на песок камешка!

— Это байка, — меланхолично заметила Пиявка. — У них далеко не такой хороший слух, как принято считать.

— Я знаю, — скривился Магнус. — Я же это просто для сравнения.

— Давайте вернёмся к делу, — напомнил я. — У тебя есть идеи, как именно выделить это самое огромное количество энергии?

— Ну… — Магнус задумался. — Прямо сейчас нет. Впрочем, если немного подумать… Например, у нас есть «Сизиф», который по-прежнему висит рядом с хардспейсом. Мы можем пожертвовать им, например, перегрузить реактор, и взорвать его, как это произошло с «Навуходоносором».

— Отлично, умник! — хмыкнул я. — А спейсер мы куда при этом денем? А деть его точно надо, потому что не от взрыва, так от обломков он точно пострадает! А запасного, чтобы использовать его как донора запчастей, у нас нет.

— Тогда сначала оттащим спейсер на том же «Сизифе» подальше, — Магнус пожал плечами. — Ах да, мы же тогда не сможем его вернуть обратно…

— Вот-вот! — поддакнул я. — И это всё не говоря уже о том, что в предыдущий раз, когда возле хардспейса взорвалось что-то массивное, «братья» явились туда такими злыми, что расхерачили целый боевой корабль Администрации, а потом ещё и на станцию его приписки заявились. Сомневаюсь, что в этот раз будет как-то иначе. Хардспейс для них, скорее всего, что-то вроде священного места, и они защищают его как… Как святое место! Другого слова и не подобрать.

— Кстати, да! — капитан поджал губы. — Очень похоже на то. Вспомните, что они сделали с кораблём, и что — с «Василиском тридцать три». Корабль они просто уничтожили, а «Василиск» подвергли… Даже не знаю, как это назвать…

— Казни, — тихо ответила за него Кори. — Показательная казнь, вот как это можно назвать. У них были все возможности для того, чтобы уничтожить станцию, как они уничтожили «объект ноль восемь», как уничтожили корабль Администрации… Но они вместо этого решили оставить послание. Сохранить форму, но наполнить её другой сутью.

— Вот да! — капитан указал на дочь пальцем. — Казнь! Лучше и не скажешь! И, кстати, в ситуации с «Навуходоносором» происходило всё то же самое! Непосредственный виновник, то есть, тот, кто оказался максимально близко к точке, в которой произошло какое-то происшествие, был уничтожен… Ну, «братья» решили, что он уничтожен. А вот всё, что связано с этим непосредственным виновником — то есть, флот поддержки, — тоже казнили с помощью этих пирамидок. По ходу, у них это вообще стандартная практика для всех, без оглядки на позывной, порт приписки или фракцию.

— Значит, даже если мы сможем привлечь «потеряшек» через имитацию эксперимента, то они или сожгут нас, или нашлют на нас свои пирамидки? — недобро усмехнулся Магнус. — Ладно, моё предложение снимается. А ты сам-то что хотел предложить, Кар?

— Нам не нужно имитировать эксперимент, — с улыбкой ответил я. — Нам достаточно сделать так, чтобы «братья» узнали о том, что «Кракен» собирается проводить новый эксперимент.

— Предлагаешь ждать, когда они одуплятся? — нахмурилась Кори. — До второго Большого Взрыва ждать придётся. Да и как мы узнаем о том, что они его планируют?

— Нет, ждать мы не будем, — я покачал головой. — Точно не сейчас, когда у них там информационная буря в связи с нашим проникновением. Им сейчас не до экспериментов.

— Это точно! — внезапно хохотнул Кайто. — Там такой бардак, что даже…

Он внезапно заткнулся и испуганно округлил глаза.

— Договаривай! — спокойно произнёс капитан, глядя куда-то мимо техника.

— Э-э-э… Ну… — Кайто почесал в затылке. — Ну эти… Гаргос и его команда… Я их имею в виду…

— А как они связаны с бардаком? — даже я не понял, о чём говорит техник.

— Ну это… — Кайто всё никак не мог подобрать слов. — Они же потому и оказались на объекте ноль восемь. Из-за бардака. Как ты и говорил, в «Кракене» после нашей атаки начался хаос и паника, петабайты данных, которые до этого пылились на защищённых серверах, пришли в движение. А когда такое количество информации одновременно начинает двигаться, какую-то её часть обязательно перехватят. Вот и информацию про объект ноль восемь, судя по всему, перехватили.

— Кто перехватил? — быстро спросила Кори.

— Да кто угодно! — Кайто развёл руками. — Перехватили-то многие, да только мало кто понял, о чём в ней говорится! Но перехватить информацию мало, её ещё надо расшифровать, и одними из первых, кто понял, что такое объект ноль восемь и что на нём может скрываться, был «Каргон».

— А «Каргон» тут при чём⁈ — нахмурилась Кори. — У них же нет представительства в этом секторе!

— Вот именно! — Кайто кивнул. — У них нет представительства. И тем не менее, перехваченная информация им, конечно же, не помешала бы, но наверняка они предполагали, что эта утечка из «Кракена» — это какая-то подстава.