– Ещё не поздно одеть защиту, – хмыкнул он, когда мы встретились на центре, чтобы пожать друг другу руки.

– Она всегда со мной, – кивнул я, коснувшись защитного амулета.

– Ну, ты сам сделал свой выбор. Жалеть я тебя не собираюсь, – его тихий голос пробирал до костей. – Я слишком уважаю себя и спорт, чтобы устраивать тут театр и играть в поддавки.

– И я вам за это очень благодарен, – уважительно сказал я, на что лишь получил уничижительный взгляд противника.

Прозвучал гонг и бой начался. Весь первый раунд я присматривался к огневику, держась на расстоянии. Неуязвимый был очень опытным бойцом и поэтому не стал оголтело лезть на неизученного соперника. Всё‑таки я не являлся классическим магом в его понимании, поэтому мои действия могли стать для профессионального бойца неожиданностью.

Неожиданность, пожалуй, была моим единственным весомым преимуществом. Ну и ещё возможность тщательно изучить прошлые бои Неуязвимого, благодаря чему я мог предугадывать его атаки, едва он начинал движение.

Именно это позволило мне первые два раунда умело избегать серьёзных повреждений, но весь бой так продолжаться просто не могло. Неуязвимый за два раунда успел понять весь ассортимент моих техник и изучить манеру передвижения и сейчас включился на полную.

С первыми секундами решающего третьего раунда он попёр на меня как танк. Мне стоило огромных усилий парировать его атаки, но о контрударах речь даже не шла. Меня спасало то, что я не потратил много сил в начале битвы, грамотно распределив ресурсы организма. Продуманная ещё дома стратегия боя пока работала.

Но всё это было про оборону и выживаемость, я же намеревался сегодня победить. Правда планировать победить и победить – это, как говорится, две большие разницы, потому что действующий чемпион был категорически против.

Он выпустил два огненных хлыста вдоль земли, заставив меня подпрыгнуть и в момент, когда я оказался в воздухе, он победно улыбнулся. Эта улыбка буквально говорила «вот ты и попался в мою ловушку».

Маг огня мгновенно сложил ладони вместе, держа их параллельно полу. Тонкая щель между ними озарилась оранжевым светом и оттуда начали вырываться языки пламени.

Как только я понял, какую технику хочет применить огневик, моя душа ушла в пятки. Не мешкая, я поднял перед собой воздушную стену, которая тут же подняла в воздух комья земляной пыли, превратив мою часть октагона в непроницаемое облако.

– Ты бы не смог убегать от меня вечно, – услышали первые ряды голос чемпиона.

Сразу после этого из его сложенных ладоней вырвался тончайший диск, который разошелся вокруг со скоростью света. Атака была ровно на том уровне, где находился я. Она была столь мощной, что защитная сетка с трудом сдержала её, но при несколько языков пламени всё‑же вырвались и достигли первых рядов.

Болельщики на трибунах ахнули и на арене повисла непривычная тишина. Все всматривались в облако пыли, которое медленно оседало на поверхность, постепенно открывая зрителям то место, где в момент атаки находился молодой парень.

К сетке октагона уже подбежали медики, готовые незамедлительно оказать помощь пострадавшему.

Но когда пыль осела, по трибунам пошло роптание.

Боец исчез. Его не было: ни целого, ни поверженного.

Неуязвимый непонимающе осмотрелся по сторонам, взглянув вверх. Но кроме обжигающего света софитов, не было ничего.

– Где он⁈ – закричал ведущий.

И сквозь гул толпы послышался свист. Свист ветра, разносящийся по всей арене. Зрители вертели головами, надеясь понять что происходит. То же самое делал и стоящий в центре октагона боец.

– Невероятная скорость! – взревел комментатор, когда понял что произошло. – Он прятался за софитами и атаковал из укрытия!

В центре октагона тем временем поднялось огромное пылевое облако. Я же стоял у самой сетки, пытаясь разглядеть последствия моей атаки. Если Неуязвимый выдержал такое, то он полностью оправдывает своё прозвище.

Укрывшись в свете софитов, я дождался, когда мой соперник чуть ослабит бдительность из‑за долгого ожидания атаки. И как только он чуть расслабился, я обрушил на него всю мощь небес. Словно две звезды, в моих руках было две идеальные сферы, в которых таилась мощь тысячи ветров. Спрыгнув вниз, я ускорил себя воздушным потоком, и, подлетая к огневику, бросил в него оба моих снаряда, придав им дополнительный импульс.

Скорость их полёта была невероятной. Моя атака преодолела расстояние от потолка до цели за считанные доли секунды, не давая ему даже шанса увернуться.

– Просто фантастика! Неужели, юноша смог добраться до чемпиона⁈ – кричал вскочивший со своего места ведущий.

Но ответа не последовало. Вместо этого я почувствовал ползущие по земле вибрации. Сам воздух сотрясался от множества колебаний, а нарастающий гул был подобен приближающемуся поезду.

И тут время остановилось. Из облака пыли, появившегося после моей атаки, вынырнула огромная огненная пасть. Два потока пламени, словно челюсти огромного льва устремились ко мне в решительной атаке.

Не думая и действуя лишь на инстинктах, я встретил огненную смерть самой мощной техникой, что мог сплести. Колоссальный массив воздуха сорвался с места, приняв на себя удар пламени. Два разъяренных потока стихии схлестнулись в смертельной битве. Огонь и воздух закружились, сплетаясь и образовывая некое подобие символа инь и янь.

Зрелище было невероятно красивым и я на долю секунды позволил себе просто насладиться безграничной мощью стихии. Ведущий что‑то кричал в микрофон, толпа ревела, но все эти звуки становились бесконечно далёкими. Я фокусировал всё своё внимание на том, чтобы противостоять напирающему пламени, сила которого и не думала ослабевать.

Чего не скажешь о моём ветре. Сказывается разница в нашем с Неуязвимым уровне. Я способен поддерживать подобную мощную технику лишь считанные секунды, которые уже кончались. Огненная пасть сомкнулась, поглотив мою атаку и бросилась на меня.

Не закрывая глаз я принял удар стихии. Мощный поток пламени врезался прямо в грудь, но защитный артефакт не позволил ему испепелить меня. Тем не менее последствия были и очень существенные. Атака Неуязвимого отбросила меня на сетку октагона, выбив весь дух и сломав несколько рёбер. От одежды оставил опалённые лохмотья, а защитный артефакт на груди пылал, обжигая кожу, что означало потерю им защитных свойств.

Упав на землю, я с трудом мог дышать.

– Невероятная атака попала прямо в Уварова! – комментировал происходящее ведущий. – Медики уже появились на арене. Но что это?

Толпа замолкла и внимательно смотрела на октагон.

– Он поднял руку и просит лекарей не вмешиваться… – чуть ли не шёпотом произнёс комментатор. – Даниил решается продолжить бой несмотря на полученные травмы!

Услышав это и увидев, как я медленно поднимаюсь на ноги, арена взорвалась ликующими аплодисментами. По трибунам пошла волна и раздалось скандирование:

– ЧЕМ‑ПИ‑ОН! ЧЕМ‑ПИ‑ОН!

Воздух содрогался от грохота трибун. Поддержка людей придавала мне сил, не позволяя сдаться. Это последний раунд и я продержусь во чтобы то ни стало. И не просто продержусь, а выгрызу эту чёртову победу! Видя бледное лицо Рогова, я улыбнулся.

Что, всё ещё не веришь в меня?

Стоящий напротив чемпион лиги сплюнул накопившуюся во рту кровь. Моя атака всё‑таки смогла добраться до него.

– Зря ты встал, – холодно процедил он.

Я слышал как люди в первых рядах охнули, увидев его кровавый оскал. Но на моём лице не дрогнул ни один мускул. Максимальная фокусировка на цели, на победе.

Пространство вновь задрожало, я увидел как руки соперника вновь стало окутывать пламенем. Будто адские щупальца, языки огня метались из стороны в сторону, поджигая даже землю у ног Неуязвимого.

Время тянулось бесконечно медленно, но я знал что до конца схватки оставалось меньше минуты. Пора было действовать. Но не я один это понимал. Щупальцы, опутывающие руки огневика становились всё толще и длиннее и было ясно – сейчас он атакует.