Но этот план стал обходиться для Юсуповых слишком дорого и Кристина это понимала, вот только её отец был ослеплён жаждой уничтожить бизнес Уварова и не хотел её слушать. Они покупали неликвидные, крупные фабрики и платили за них двойную цену. Даже в хорошие времена, они столько не стоили и не было никаких шансов отбить эти деньги. Но в данном случае им приходилось переплачивать, ведь контракт у Заневского вестника был заключен именно с этими фирмами.

Что же, значит такова цена победы и мы её заплатим, – выдохнула Кристина Юсупова, звоня своему брокеру.

Центральный офис фирмы «Склады и перевозки Шишкина»

Подробно изучив все документы, что мне предоставила мама, а также съездив к знакомому юристу, я перешагнул порог фирмы, занимающейся поставкой цветов в нашу лавку, неся в руках пачку подготовленных документов и непоколебимую уверенность в том, что сегодня они пожалеют о том, что решили обидеть мою маму.

– Это ты! Это точно ты! – вскочил со своего места и ткнул в меня пальцем один из работников в офисе, едва я зашёл в помещение.

По правде говоря я уже стал привыкать к подобным ситуациям и внезапно навалившейся известности. Но в этот раз в голосе парня было скорее не восхищение, и даже не удивление. Злость. Вот какую эмоцию я почувствовал в его словах.

– Серый! Вот мы и встретились, предатель! – крупный парень уверенно шёл по узкому проходу между столами других сотрудников.

Его движения был резки и размашисты и он то и дело сбивал лежащие на краях вещи под неодобрительные выкрики коллег. Но парня это не заботило, он шёл ко мне на всех парах и в его глазах я не видел для себя ничего хорошего.

– Дружище, ты меня с кем‑то путаешь, – спокойно сказал я.

– О‑о‑о нет, дружище, – процедил он. – Я тебя, Серёга, очень хорошо запомнил.

– Меня вовсе не так зовут, – не робея, сделал я шаг вперёд, оказавшись лицом к лицу с агрессором.

Без предисловий и объявления войны, он попытался ударить меня, но я был к этому готов и, перехватив его руку, вывернул её ему за спину и прошипел на ухо:

– А ну быстро успокойся, а то сломаю и не поморщусь.

Мой ледяной голос был полон решимости выполнить свою угрозу и парень это почувствовал.

– Ладно, ладно. Всё, отпусти, не трону я тебя, – произнёс странный сотрудник и его плечи понуро опустились.

Разжав хватку на его руке, я одновременно оттолкнул парня, не полагаясь на его честность. Но он не соврал и больше не пытался подойти ко мне.

– Меня зовут Даниил Уваров и ни о каком Сергее я понятия не имею, – вновь повторил я, но парень лишь язвительно хмыкнул:

– Ну‑ну, рассказывай. У меня на лица отличная память, а на лица тех, кто мне жизнь попортил – особенно.

Я промолчал, ожидая пояснений. Впрочем как и навострившие уши сотрудники, сидящие рядом.

– Склады Григорьевских мануфактур. Ты ещё сказал что работаешь недавно и напортачил. Я помог тебе найти потерянные документы, от Михалыча прикрыл, – объяснял мне странный парень, но понятнее не становилось. – А оказалось, что ты вор и обманщик. По камерам тогда посмотрели, что я тебе помогал и меня как соучастника выперли с волчьим билетом.

Шестерёнки в голове шевелились, пытаясь понять о чём он говорит, и память начала подбрасывать какие‑то обрывки воспоминаний.

– Евгений, а ну пошёл вон отсюда! – прогремел на всё пространство зычный голос.

Буквально влетевший в офис мужчина средних лет схватил парня передо мной, словно нашкодившего ребёнка, и силком потащил к выходу. И вот когда мужчина назвал имя агрессора, лампочка в моей голове наконец‑то зажглась, освещая уже забытые события.

Это был тот самый парень Евгений, что помог мне на складе строительных материалов, где я искал улики против мошенника‑строителя, статью о котором мы тогда писали. Действительно. Я ведь тогда прикинулся простым работягой Серёгой, который напортачил с документами. Получается, что этого бедолагу тогда уволили из‑за меня.

От осознания этого стало неуютно, ведь этот Евгений просто захотел помочь своему коллеге, а вон оно как по итогу обернулось…

– Простите великодушно, – раздался голос вернувшегося мужчины. – Этого остолопа вы больше не увидите. Ещё раз приношу свои самые глубочайшие сожаления от лица нашей фирмы.

Он лебезил и расплывался передо мной в любезностях, потому что видел перед собой солидного и богатого мужчину в дорогой одежде. И от этого рыл себе ещё более глубокую яму, показывая что говорить так со мной вынуждает мой высокий статус. Будь я обычным его клиентом, то висел бы по полчаса на телефоне, в ожидании дежурного ответа.

– Сегодня вам придётся очень много сожалеть и извиняться, – ледяным тоном произнёс я и предложил пройти в его кабинет.

Уже через десять минут «переговоров» человек, отвечающий за поставку цветов в мамину лавку, сидел передо мной красный как рак. В его глазах было сожаление от того, что он выгнал Евгения и не дал тому набить мне морду. Впрочем, тем действием он спас скорее своего сотрудника, нежели меня.

– Это просто смешно! Мы выполняем все свои обязательства точно и в срок! – уже не мог сдерживать эмоций он. – Ни о каких проблемах с качеством речи не шло, нет ни одного документа…

– Вы получали письменные претензии каждый раз, – тихим и спокойным голосом говорил я.

Моё спокойствие ещё сильнее выводило из себя мужчину.

– Не знаю ни о каких претензиях, – отмахнулся он, но я подался вперёд и продолжил:

– Я уже провёл независимую экспертизу качества вашей последней поставки, у меня есть копии каждой претензии, отправленной вам. В соответствии с договором, мы имеем право отказываться в приёмке товара при наличии претензий к качеству с требованием проведения независимой экспертизы, – давил я.

Подкреплённый знаниями и советами опытного юриста, я сыпал фактами, законами и последствиями. Словно лев, я вгрызся в глотку своей жертвы и не отпускал, пока он наконец не произнёс:

– Хорошо, что вы хотите, чтобы загладить это недоразумение?

И тут я откинулся на спинку кресла и хищно улыбнулся:

– Вы будете поставлять самые лучшие цветы, что возможно доставить в нашу империю. Я хочу, чтобы сначала цветы шли в нашу лавку, и только потом в императорский дворец. И, само собой, ближайшие поставки будут выполнены за ваш счёт, чтобы покрыть сорванные отгрузки и связанные с этим потери нашего цветочного.

– Вы с ума сошли! – стукнул он ладонью по столу.

Но я уже поднялся со своего места и выходил из его кабинета, давая понять: торговаться я не намерен и он должен поступить именно так, как я сказал.

– Я сообщу всё своему господину! Он уважаемый торговец и мигом поставит вас на место! Вы ещё пожалеете, что решили нам угрожать! – взорвался мужчина.

– Передайте своему хозяину, чтобы лучше следил за своими животными, а то не ровен день, когда они принесут в его дом такую кость, что станет ему поперёк горла, – задержавшись в дверях, я с нескрываемой угрозой в голосе ответил ему.

Выйдя из кабинета, я подошёл в ближайшему столу и спросил у сидящей там сотрудницы:

– Прошу прощения, а где рабочее место Евгения?

Она вздрогнула и покорно указала на один из столов, расположенных у окна.

– Большое спасибо, – очаровательно улыбнулся я и пошёл к указанному месту.

Взяв лежащую у стола сумку, я сгрёб туда все вещи Евгения и вышел из офиса под изумлённые взгляды окружающих.

– Поехали, ты тут больше не работаешь, – сказал я курящему у входа в здание парню, кидая ему сумку.

– Чего⁈ Что ты наплёл Шишкину? Он что, меня реально уволил? За что ты так со мной? – глаза парня расширились, а из пальцев упала недокуренная сигарета.

– Ты сам уволился, – коротко отрезал я, подходя к своей роскошной машине. – Не мусори, выкини окурок в урну и поехали.

– Куда? – спросил Евгений, покорно выполняя мой приказ.