Мне хотелось перекреститься, но обе руки мёртвой хваткой вцепились в сиденье. Нестор Павлович, не обращая внимания на утренний гололёд и законы физики, мчался по пустой набережной. Вот только была одна проблема: ехали мы в другую сторону.

– Здание правительства ведь в противоположной стороне? – возразил я.

– Не бойся, соседушка, я прекрасно знаю где сидят эти бюрократы. Чай не первый раз туда еду, – бросил он, даже не повернувшись ко мне. – Через соседний мост проскочим быстрее, там полиции не бывает, можем как следует разогнаться.

Как следует разогнаться… А может и не так мне это заседание и нужно? Подумаешь, ну не смогу основать свой род, зато хоть жив останусь.

В какой‑то момент, когда Нестор Павлович ударил по тормозам и в затяжном заносе зарулил на мост Александра Невского, я даже подумал о том, а не подстроил ли всё это Васнецов? А что, устроил вчера кутёж с сотрудниками, чтобы я остался утром без машины и был вынужден поехать с дедом‑самоубийцей. Нет. Слишком сложная комбинация, да и как Иван Васильевич смог дистанционно отключить мой будильник?

– Святая Матрона! – внезапно воскликнул Нестор Павлович. – Держись сосед, похоже они места дежурства сменили.

При этих словах у нас за спиной включилась сирена и, обернувшись, я сразу заметил сине‑красный проблесковый маячок патрульной машины, что бросилась за нами в погоню.

– Может остановимся? – спросил я.

– Может ты займёшься своим галстуком? – недовольно ответил он. – Перед комиссией по рассмотрению вопроса об основании собственного рода надо выглядеть безупречно.

Что? Откуда он знает? Да кто, чёрт побери, такой этот дед? С каждой минутой у меня всё больше вопросов к моему загадочному соседу.

Тем временем полицейские смогли нагнать нас, несмотря на то, что Нестор Павлович умело петлял по узким улочкам центра города. Пожалуй, слишком умело для простого водителя!

Может он бывший таксист? Отсюда навыки вождения, знание города, маршрутов патрульных машин. Но в следующую минуту я понял, что эта версия несостоятельна. Нестор Павлович – точно не простой таксист.

Полиция, наконец, смогла прижать нас к обочине и оттуда спешно вышел офицер, подойдя к двери водителя.

– Нарушаем, уважаемый. Куда так летим, да ещё и в голо… – он мгновенно осёкся, взглянув на лицо Нестора Павловича.

– Мы торопимся, – недовольно буркнул тот.

– Нестор Павлович? – с трепетом произнёс полицейский.

– Я сказал, что мы торопимся, – с нажимом повторил дед за рулём.

– Вас сопроводить? – тут же подобрался офицер.

– Сопроводите себя на место службы, а нам не мешайте, – повернулся Нестор Павлович к нему.

– К‑конечно, – кивнул тот. – Счастливой дороги.

Сказав это, он поспешил к патрульной машине. Причём так спешно, что, поскользнувшись, едва не упал.

– Ничего, успеем, – буркнул дедок за рулём и вновь нажал на газ.

– Кто вы такой, Нестор Павлович? – сузив взгляд, спросил я.

– Тот, кто пообещал привезти тебя вовремя. А ещё тот, кто не любит ненужных вопросов, – холодно ответил он, пресекая любые расспросы на корню.

Через десять минут мы уже подъезжали к зданию правительства. Но чуда не свершилось и, взглянув на часы, я увидел, что заседание начнётся уже через пару минут. А тут только минут пять бежать от парковки до самого здания, проходить проверку на входе…

– Не бзди, сказал успеем – значит успеем, – тихо процедил Нестор Павлович и вместо того, чтобы остановить машину на гостевой парковке, направил её к шлагбауму служебного въезда.

Словно японский пилот‑камикадзе, он нёсся напролом. Приготовившись к удару, я упёрся руками в торпедо перед собой. И не зря. Нестор Павлович ударил по тормозам и машина резко остановилась в считанных сантиметрах от опущенного шлагбаума.

– Что вы творите⁈ – тут же выскочил из будки разъярённый охранник.

– Мы опаздываем, пусти под мою ответственность, – властно сказал дед‑водитель.

Охранник пригляделся и его взгляд чуть расширился:

– Конечно, можете проезжать, – козырнул он и поспешил открыть шлагбаум.

Да кто же вы такой, Нестор Павлович⁈

И вот наша безумная поездка закончилась. Мы остановились у служебного входа.

– Чего сидишь, иди быстрее, – буркнул дед.

– Спасибо вам огромное, Нестор Павлович, даже не знаю как вас благодарить, – сказал я.

– Прекрати шуметь по вечерам и водить в наш дом чёрти пойми кого, – гневно посмотрел он на меня и достал из бардачка свёрток фольги. Развернув его, он удивлённо посмотрел на меня: – Это мой бутерброд, а тебе пора на заседание.

Здание правительства города Санкт‑Петербурга     

– Заседание начнётся через минуту, – строго сказал Васнецов, пожимая мне руку.

Сегодня он был единственным человеком, кто сильнее меня жаждал, чтобы всё прошло гладко и я получил право на основание собственного рода.

Но как и у любой монеты есть две стороны, так и у моего желания основать свой род были не только доброжелатели, но и противники. И самый ярый из них это…

– Павел Алексеевич, какой неожиданный сюрприз, – с нескрываемым презрением произнёс Васнецов, когда из зала заседаний вышел Юсупов собственной персоной.

– Пришли поддержать бывшего родственника? – спросил я, понимая, что появление здесь Павла не к добру.

– Поддержать в чём? – изобразил удивление он, хотя по его надменной улыбке было очевидно, что ему прекрасно известно о сегодняшнем заседании. – Я всего‑лишь навестил своего давнего друга по личному вопросу, не более. Вы кажется думаете о себе чрезмерно много, полагая, что мир крутится вокруг вас.

Ага, конечно. Давний друг, личный вопрос. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать какой именно личный вопрос Юсупов сейчас обсуждал. И его укол в адрес моего самомнения был просто смешон, учитывая сколько внимания и сил он тратит на то, чтобы испортить мне жизнь.

– Кажется, вам пора, – ухмыльнулся он, взглянув на часы. – Не хочу, чтобы люди подумали, будто я пытаюсь вас задержать.

В чём в чём, а в этом он был прав. Я не для того рисковал жизнью в машине моего чудаковатого соседа, чтобы опоздать из‑за светской болтовни у входа.

Зайдя в небольшой зал, я сразу же прошёл к трибуне в центре, а Васнецов сел на одно из немногочисленных мест для зрителей, что располагались сразу у входа. Хоть это и называлось заседанием, но походило оно больше всего на суд. За столом рядом со мной сидел лучший адвокат Васнецова в сопровождении моего юриста – Евгения. Ну а судьбу моего «дела» должны были решать пять присяжных напротив.

Естественно, никакими присяжными они не были. Это были представители совета по делам аристократии при правительстве города. Именно эти уважаемые люди занимались рассмотрением связанным с аристократами вопросов, что выходили за рамки установленного правового поля. Иными словами, они решали все неоднозначные юридические ситуации, возникающие в высшем сословии. А вопросов таких всегда было хоть отбавляй.

С первых же минут, когда слово взял седовласый старичок в красной мантии, я понял к кому именно заходил Юсупов.

– Это немыслимая ситуация, чтобы никому неизвестный бастард, едва получивший титул барона, претендовал на основание своего рода, – начал он свою пылкую речь, обращаясь к остальным членам совета. – Сам факт проведения этого заседания не имеет никакого смысла.

Но внезапно для всех мой юрист встал со своего места и тут же возразил:

– А может, уважаемый член, – в этом месте он сделал паузу и чуть ухмыльнулся, когда увидел несколько робких улыбок. – Подскажет, какие временные рамки предусмотрены между получением баронского титула и возможностью подавать заявку на основание своего рода?

– Как вы смеете прерывать мою речь и задавать вопросы⁈ – побагровел старичок в мантии. – Вы…

Но мой саркастичный юрист не стал сдерживаться в присутствии столь уважаемых людей. Я не спешил его осаживать, желая насладиться тем, как отреагируют не привыкшие к такому поведению люди.