– Полагаю, тебе это пригодится, – раздался рядом голос Распутина.

Он протянул мне свою маску медведя.

– Меня срочно вызывают, так что я вынужден покинуть мероприятие. Оставляю Алису в твоих руках. Уверен, ты не дашь её в обиду, – кивнул он, а затем добавил: – И верни её домой… сегодня.

Я кивнул в ответ и надел его маску. Само собой, никаких дел у него не было. Но он просто не мог остаться в стороне, как и не мог вступать в открытый конфликт с членом правящей семьи. Да уж, ему сейчас не позавидуешь, ведь несмотря на всю холодность, было ясно, что он очень любит свою дочь и страшно представить, как разрывалось отцовское сердце, видя открытые унижения его Алисы.

В последующий часы я не отходил от неё. Какой же это был контраст с тем, что происходило в начале вечера. Восхищённые и завистливые взгляды сменились осуждающими. Рой впечатлённых моим успехом подхалимов превратился в демонстративную отстранённость.

– Ну что, каково тебе быть изгоем? – спросила Распутина, не отпуская мой локоть.

– Знаешь, так намного уютнее и привычнее, – рассмеялся я и она хихикнула. – И гораздо, гораздо честнее.

– Вот и мне не привыкать к такому, – с некой тоской сказала она.

– Зачем тогда сюда пришла? Из‑за отца? – спросил я.

Она согласно кивнула и добавила:

– А ещё, чтобы тебя позлить.

– И чем же я заслужил такое? – усмехнулся, услышав её ответ.

На что Алиса улыбнулась и смущённо ответила:

– Тем, что я чуточку сумасшедшая.

– Чуточку – это слабо сказано, – подмигнул я.

– Уваров, да иди ты! – стукнула она меня кулаком в бок.

– А пойду, – хитро посмотрел я на неё. – И тебя с собой возьму.

С этими словами я крепко взял её руку и уверенно повёл к выходу.

Не торопясь, я демонстративно помог ей одеть белоснежную шубку, что практически касалась пола. В этот момент на нас было устремлено множество глаз и каждый думал лишь о том, какой же я глупец, что предпочёл племяннице Императора взбалмошную Распутину с подмоченной репутацией. Но глупцами были они, потому что не понимали, какой бриллиант я забираю сейчас на самом деле.

Едва мы вышли на улицу, как перед крыльцом тут же появилась серебристая машина. Я сделал шаг вперёд, а Алиса же тем временем оглядывалась по сторонам, не понимая, что это мой внедорожник.

– Роскошный зверь, – восхищённо прокомментировал парковщик, отдавая мне ключ.

– Спасибо, поклонница подарила, – улыбнулся я, посмотрев на Распутину.

– Что? Это твоя? А что с цветом? – удивилась она.

– А разве так не лучше? – подмигнул я, распахнув перед ней пассажирскую дверь.

– Какая красота… – тихо произнесла Алиса, сидя на ещё тёплом капоте. – В городе их совсем не видно.

Я расстелил на нём клетчатый плед, что всегда лежал в багажнике, и мы с ней молча сидели в вечерней темноте. Небольшой клочок асфальта на берегу финского залива не был освещён ни одним фонарём и отсюда можно было насладиться россыпью звёзд на фоне чёрного неба. Ну а если повернуться влево и взглянуть в сторону города, то насладиться ещё кое чем.

– Этот небоскрёб выглядит так мрачно без подсветки, словно мёртвый гигант на фоне освещённого города, – поёжилась сидящая рядом Алиса, проследив за направлением моего взгляда.

– Для меня это особенное место, – сказал я, вглядываясь в чёрную гладь Финского залива. Мой взор был устремлён на одну точку. Ту самую, где седьмого сентября двадцать пятого года прервалась моя жизнь в прошлом мире.

– Почему? – спросила Алиса.

– Тут я начал жить заново, – задумчиво ответил я.

Интересно, смогу ли я открыть свой главный секрет хоть кому‑то в этом мире? Найдётся ли человек, доверяющий мне настолько, что поверит в историю о попаданце из другого мира?

– Чудной ты Уваров конечно, – усмехнулась она.

– Не чуднее тебя, – улыбнулся я. – Лучше расскажи что такого произошло в уборной, что ты решилась на конфликт с племянницей императора?

– Да так, оскорбила близкого мне человека, – отвернулась Алиса.

– Ну тогда ей ещё повезло, что её белоснежные волосы остались невредимы, – хохотнул я и получил искреннюю улыбку в ответ.

– Ты между прочим так и не пригласил меня на танец сегодня, – внезапно перевела она тему.

– Вечер ещё не закончился, – подмигнул я и спрыгнул с капота.

– Уваров, ты куда? – подняла она бровь.

Ничего не ответив, я сел в машину, и завёл двигатель. Под капотом проснулся спящий зверь и попытался вырваться наружу. Раздалось утробное рычание и по кузову побежали вибрации.

– Ува‑а‑а‑аров, ты что творишь, – с придыханием произнесла Алиса, почувствовав как стал вибрировать капот под ней.

Я опять промолчал, вместо этого включив фары, что выхватили небольшой заснеженный кусочек асфальта перед нами, а затем – открыл окна и включил медленную музыку.

– Алиса Сергеевна, позвольте пригласить вас на танец, – протянул я её руку.

– Прямо тут? На улице? – округлились её глаза.

– Разве звёздное небо не лучшая декорация для этого? По мне тут куда приятнее, чем в душном зале Меньшикова, – не дожидаясь её ответа, я схватил девушку и потянул на себя.

Соскользнув с капота, она упала в мои объятия. Медленно поставив её на землю, я протянул к ней руки.

– Что ты делаешь? – испуганно посмотрела на меня она.

Вся её прыть улетучилась и девушка покорно замерла, с трепетом наблюдая, как я расстёгиваю её белоснежную шубу.

Моя правая рука скользнула под шубу и легла на тонкий шёлк её платья. Ничего не говоря, я обнял её за талию и крепко прижал к себе. Мы были так близко, что я чувствовал, как бешено колотится её сердце.

Нежно взяв её руку, я начал кружить её в танце и она сдалась, полностью отдав мне контроль. Тело Алисы наконец расслабилось и обмякло, голова нежно легла мне на плечо. Она была в моей власти. Каждый сантиметр её тела, каждый вдох, каждый шаг сейчас принадлежал лишь мне.

Мы танцевали под медленную музыку, освещаемые фарами моей машины. С неба падал крупный снег, быстро засыпая небольшие следы, оставляемые элегантными туфлями Алисы.

Её рыжие волосы быстро превращались в белые, а туфли постепенно намокали. По хрупкому телу периодически пробегала лёгкая дрожь, отчего Алиса лишь сильнее прижималась ко мне.

– Замёрзла? – спросил я.

Она отрицательно замотала головой, всё также прижимаясь к моему плечу. Я прекрасно понимал, что она замёрзла, но ей не хотелось, чтобы этот момент заканчивался.

– Поехали, – шепнул я ей.

– Куда? – со смесью страха и желания уточнила она, подняв на меня взгляд.

– Сегодня – домой. Я обещал твоему отцу, что верну тебя. И своё слово я сдержу, – сказал я, открывая перед ней пассажирскую дверь.

Когда она садилась в машину, опираясь на мою руку, то я увидел лёгкую досаду, что мелькнула на её лице.

Дворец Меньшикова     

– Анастасия Николаевна, ваш спутник уже ушёл? – раздался рядом с племянницей Императора ровный мужской голос. – Признаться, многим на мгновение показалось, что вы всерьёз нацелились на Уварова. Но, как я понял, слухи не врут.

– Слухи? – невзначай поинтересовалась она.

– Касательно особо тёплых отношениях юного барона с наследницей Распутина, – уточнил он и чуть улыбнулся.

От Анастасии не укрылась эта усмешка. Без сомнения, это лёгкое пренебрежение предназначалось для неё и виноват в этом был Уваров.

Он, он… Он предпочёл её, встал на её сторону и унизил меня. У всех на глазах, – не верила в произошедшее Анастасия Романова.

Внезапно, находиться тут, среди гостей для неё стало унизительным.

– Если быть откровенным, то поступок Уварова для меня был высшим проявлением неуважения, – словно прочитал её мысли собеседник. – Полагаю, узнай об этом ваш дядя, дни этого выскочки в высшем свете были бы сочтены.