— И что это значит? Если я туда сяду, то умру героической смертью?

— Я не знаю. Ты напрямую подключишься ко всей системе, сольешься с ней. Твое тело может просто не выдержать нагрузки.

— Расслабься. Я не просто так несколько тысяч лет фармил экспу. Я прошел слишком долгий путь, чтобы сдохнуть. Кому как, но я собираюсь жить долго и счастливо! — ухмыльнувшись, я уселся на стул поудобнее и прикрыл глаза. — Давай, запускай свой ржавую железку.

В этот раз все было не так, как обычно.

Боль была, даже очень сильная, но вместо того, чтобы пройти, я ощутил, как нечто вторглось в мой разум. Боль, сожаления, страх, любовь, героизм… всего этого было так много, что казалось, мой разум сейчас просто взорвется.

— Элард! Слушай мой голос!

— Фло?! Я…

— Сосредоточься на моем голосе! Представь, что есть только я. Сосредоточься на нем.

С трудом, но мне удалось это сделать. Отрешиться от нахлынувших эмоций, и они стали отступать.

— Что это было?

— Души. Все механизмы работают на энергии душ, и сейчас они проходят через тебя. Просто не сосредотачивайся на них, сосредотачивайся на себе. Ты должен помнить, кто ты есть, иначе потеряешься в них, утратив свою личность.

— Вот дерьмо… И он?…

— Да, Матиас каждый день существовал в этом. Чувствовал их боль, страдания… Не мудрено, что он стал таким. После поглощения души надо омыть, очистить от личностей, но он держал их тут. Поразительно… Их гораздо больше, чем должно быть…

— В смысле?

— В смысле, их тут сотни миллионов! Я бы даже сказала, миллиарды!

— Чего?!

— Он выжимал из них почти все соки, но ключевое тут «почти». Элард, он действительно спасал людей. Поглощал их души, использовал как топливо все, что мог, не повреждая сути, и отправлял в хранилище. Весь этот город — одно гигантское хранилище….

— Это значит, что мы сможем их вернуть! Рейну, Антаруса, всех!

— Вполне возможно. Для душ нужны сосуды, но в городе есть все необходимое. Мы можем давать им такие же тела, как у Защитников.

Осознание этого шокировало. Все, кто пал в Аридели, или чьи души поглотило божество… Мы можем вернуть к жизни их всех. Или по крайней мере некоторых.

«ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ!»

«ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ!»

«ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ!»

«ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ!»

Перед глазами возникла тревожная надпись, и я попытался разобраться, что происходит. В данный момент я просто висел в абсолютном ничто, просто разум в пустоте, но в следующую секунду я стал собой.

Я возник над Ариделью, которая казалась реальной, а не той проекцией, которую я видел в цифровом мире. И я её чувствовал. Аридель стала частью меня, а я — частью Аридели. Каково чувствовать себя городом? Странно.

Оглядевшись, я понял, что именно происходит, и почему система бьет тревогу. Со всех сторон к Аридели двигались волны черноты. Пустота собиралась покончить с нашим жалким сопротивлением одним махом.

Мне казалось, что все те маленькие фермерские городки, окружающие Аридель, будут уничтожены, но я с удивлением обнаружил что там нет никого. Ни единого жителя.

Вот чьи души поглощал Матиас. Жителей окраин, тех, кто не смог бы добраться до города. Возможно, это была особенность системы поглощения, но, как бы то ни было, Пустота получит лишь бездушные оболочки и строения, но не души.

— Ты молодец, Матиас. Весь в мать, — усмехнулся я, поднимая руки.

Секретные шлюзы, расставленные по разным частям города, принялись открываться, выпуская армию Сокрушающих. Сотни древних боевых машин образовали круг вокруг города, хлопнули в ладони, запуская последовательность, и тут же раскинули руки в стороны, создавая защитное поле. Волна Пустоты наткнулась на него, попробовала смять барьер, но у неё не вышло.

— Элард, времени мало. Нужно действовать! — услышал я голос Керрас.

— Да знаю я, — буркнул я.

Пришло время приступить ко второй части плана всеобщего спасения.

Если мы не можем победить Пустоту, то почему бы просто не… сбежать? Да, звучит бредово, сбежать целым городом в пятьдесят миллионов жителей, но что нам остается?

Проблема лишь в том, что так просто из этого места не сбежать, даже если очень хочется. Мы словно оказались в туманном лесу, полном волков. Пока мы будем искать выход, нас съедят.

Поэтому нам нужен маяк. То, что укажет путь.

И установкой этого маяка я и занимался. Тысячи лет плутаний по Прорыву Пустоты, чтобы найти путь в мир, где у неё нет власти. Безумный и рискованный шаг, но оно того стоило.

Барьер выиграет нам немного времени, но так что пора приниматься за дело. Город задрожал. Было слышно, как внутри него пришли в движения древние механизмы.

— Да нет! Быть не может! — удивленно воскликнула Фломелия, которая так же, как и я, парила над Ариделью, но не могла ни на что воздействовать без дозволения. Контроль над городом был у меня.

Город поднимался благодаря сотням гигантских механических ног, скрытых и раньше не использовавшихся. Картина была настолько впечатляющей, что захватывала дух. Кто вообще в здравом уме мог такое придумать?

— Охренеть… Теперь мы можем бегать!

— Лучше бы летать…

— Всему свое время.

Теперь я сосредоточился на Поларисе, активируя его. Нужно было создать Прорыв Пустоты достаточного размера, чтобы в него прошел город целиком.

— Элард, — вновь я услышал голос Керрас. — Ничего не выходит. Поларису не хватает энергии на такой большой разрыв. Решение есть, но оно тебе не понравится.

Я поморщился. Решением в такой ситуации могло быть только одно — поглощение душ. Поглотить жизни части горожан, как это делал Матиас, получив с них энергию. Проблема в том, что я понятия не имею, как это делать. То, что делал Матиас, было крайне сложно, ведь он очищал души, и я не уверен, что смогу сделать так же. С большей вероятностью я просто переработаю их целиком.

— Мы можем поступить иначе, — не согласилась Фло. — Мы можем использовать души из Хранилища.

— Это ещё хуже.

— Элард, — совершенно серьезно сказала Фломелия. — Так или иначе, но придется чем-то пожертвовать. К тому жене все души в хорошем состоянии. Хватает тех, кто выжат настолько, что если поместить эту душу в сосуд, мы получим в лучшем случае умственно отсталого, а в худшем… это будет просто овощь не способный ни на что.

— Ты хочешь отделить такие души от остальных?

— Да, я попробую. Они отдадут свои силы, чтобы выжили другие, и сами обретут долгожданный покой. Разве это так плохо?

Тяжелый выбор, но она права. Не так просто будет разорвать этот порочный круг и выбраться из этого мира.

Барьер начал покрываться трещинами. Я видел, как Сокрушающие оставляли на земле глубокие борозды. Пустота сминала барьер, очень скоро он рухнет.

Как только Фло начала перерабатывать души в энергию, я ощутил поток невероятной силы. Это было невероятным чувством. Сила! Чистейшая и безграничная! В тот миг мне казалось, что я могу взмахом руки уничтожить Пустоту. Бежать? Ха! Да я…

— Элард! Поларис!

Я осекся, возвращая себе трезвость мышления. Эйфория от собственного могущества начала проходить, и я, переборов себя, направил поток силы в механизм. Тот вбирал энергию словно черная дыра.

А затем прямо рядом с городом, на границе с барьером, стали появляться гигантские разломы прямо в воздухе.

Вот он, путь!

Город пришел в движение впервые за всю свою длинную историю. Он шел медленно, не очень уверенно, но с каждой секундой все ближе.

— Давай, малышка. Ты справишься.

Трещины становились все больше и шире, пока в конце концов не стали такими большими чтобы туда могла пройти Аридель. И город двигался прямо туда.

Что нас ждало там, во тьме?

Битва. Ведь Пустые так просто не захотят отдавать лакомый кусочек.

И надежда. Ведь даже после самой темной ночи наступает рассвет.

Мы пройдем этот путь и построим свое будущее.