Из-за такого разнообразия гостей требовалось очень тщательно подойти буквально к каждой мелочи. Любой не особо умный выходец из рода Господ мог, к примеру, оскорбить трибуна чьи предки были простыми простолюдинами, мелкий лорд, а ныне капитан боевой галеры, запросто повздорить с влиятельным тороговцем… и так буквально каждый второй гость мог найти причину для ссоры с каждым первым. Слишком уж в некоторых моментах разнились культура и традиции Семи Королевств, Залива Работорговцев и Волантиса. А уж с взаимной неприязнью между аристократами по рождению и теми, кто титул получил за заслуги, могло поспорить лишь пренебрежение царящее между воинами и торговцами.
С местом проведения приёма я определился довольно быстро. Ни один из залов пирамиды не мог вместить в себя такое количество народа, потому само мероприятие будет проходить в саду при моей резиденции. На совете со своими приближенными я услышал множество идей, иногда полностью противоположных. К примеру, Эларио Баско предлагал с самого начала перемешать всех гостей, дабы оказавшись в непривычном окружении люди стали понемногу знакомиться меж собой и тем самым образовывать новые связи, заключать осторожные торговые и политические союзы… в общем заниматься привычными для сильных мира сего вещами. Вейла же наоборот предлагала создать огороженные кустарником и деревьями зоны, тем самым разбив всех приглашенных по группам, что должно было помочь избежать неприятных ситуаций. В итоге мной было принято решение в данной ситуации пойти на компромисс. Совсем уж огораживать друг от друга элиты было глупо — рано или поздно подобное расслоение приведёт к расколу, требовалось создать крепкие связи между всеми власть имущими, а не отдалять их друг от друга ещё больше. Но и рубить с плеча не стоило совершенно точно. Так что садовникам и легионерам пришлось приложить всё своё рвение, переделывая самый большой сад Астапора в эдакий многосекционный лабиринт, состоящий из полян с деревьями и переходов-тропинок огороженных кустарником, что могли привести гостей к центральной большой площадке, где я и собирался разговаривать со всеми приглашенными, изначально разбитыми на группы. Таким образом гости могли сами определится — остаться ли в привычном окружении, либо же искать новые знакомства.
И это ведь только «рассадка»! Слава всем известным богам, что большую часть мороки взяли на себя специально обученные слуги, которые перешли ко мне «по наследству» вместе с пирамидой-резиденцией.
Но к моему счастью все приготовления и ожидания закончились. Суматоха последних дней улеглась, светило лениво перевалило точку зенита и пошло к горизонту, тем самым ознаменовав приход вечерней прохлады, а на территорию сада стали стекаться целые караваны паланкинов, карет и всадников, окружённые десятками слуг и охранников.
Оглядевшись вокруг, в последний раз принялся придирчиво выискивать мелкие недочёты, которые можно было бы ещё успеть исправить. Коротко остриженная трава, мягким зеленым ковром покрывала землю. Чёткий круг большой поляны очерчивали ряды кустов на которых разноцветными бутонами распустились цветы, чей тонкий аромат подхватывал слабый прохладный ветерок, заглушая не слишком благоприятные ароматы большого города. Деревянные столы, вышедшие из-под рук именитых мастеров, удивляли своими сложными замысловатыми узорами, которые трепетно наносили на них резчики. На кружевных скатертях стояла серебряная посуда, вмещающая в себя кулинарные изыски со всех концов света. Рядом с шедеврами приготовленными из рыбы, дичи, домашней птицы, самых разнообразных овощей и фруктов соседствовала выпивка. О-о-о, на сумму потраченную на алкоголь можно было бы приобрести поместье с отличными садами и плодородными полями! Тут было всё, начиная с вин свезенных сюда из Вестероса, Вольных Городов и И-ти, заканчивая традиционными напитками народов давно канувших в лету. О чём говорить если даже кумыс нашёл себе место на одном из столов? По информации от одного из шпионов очень уж любил сей напиток посол Пентоса, думаю гурман оценит внимание к своим вкусам и мне удастся выбить из него солидную скидку на большую партию воска и хлопка, которыми торгует его уважаемый отец.
— Ваше Величество, большая часть гостей уже прибыла. — поклонился мне старый худощавый старик, чьи некогда рыжие волосы полностью покрыл пепел седины.
— Распорядись, чтобы слуги уже начали объяснять правила проведения приёма всем приглашенным. — ответил я мужчине, служившему в пирамиде уже почитай сорок лет.
Вейла призывала меня сменить управляющего слугами на другого, но я дал ему шанс. Слишком уж не хотелось мне подыскивать на эту довольно важную должность подходящего человека. Ведь нужен очень опытный в таких делах управленец, при этом ещё и не знатный, дабы не слишком сильно зарывался в интриги и прочее непотребство. В итоге я пока ничуть не пожалел о сделанном выборе, старик работал честно и на совесть, не допустил ещё ни одной крупной промашки, а уж после того как ему было дано обещание пристроить всех внуков сначала в академию, а затем и на хорошие посты, мне на стол в один из дней лег довольно объёмный список с именами всех неблагонадёжных людей из числа прислуги. Вейла же просто приставила к пожилому управляющему несколько своих парней, которые контролировали личные контакты гискарца и его переписку. Всё-таки слуги часто могли «случайно» услышать довольно опасную в умелых руках информацию, молчу уж про начальника всей прислуги, от того контроль должен был быть максимальный.
Отвлёкшись от размышлений, сосредоточил своё внимание на нескольких арках-проходах, ведущих сквозь стены кустарника, из которых уже стали показываться группки гостей, в сопровождении показывающих им дорогу слуг.
Первым ко мне направил свои стопы Рейгар Пейминион, облаченный в белоснежную тогу с красной окантовкой. Седой жрец шёл с гордо поднятой головой, широкие плечи старика напоминали об его совсем не мирном прошлом, как и развитые предплечья опытного фехтовальщика. Была ещё парочка гостей, что не прочь были первыми завязать разговор со мной, но прочие гости не решились перегораживать путь служителю Вхагара.
— Ваше Величество. — с уважением склонился Пейминион, — Премного благодарен Вам за возможность лично встретиться с самыми достойными людьми государства, чьим гражданином мне недавно посчастливилось стать. — слова на высоком валирийском прозвучали пением соловья, по сравнению с теми диалектами на которых говорило большинство жителей этой части Эссоса.
— Вы скрасите этот вечер своей мудростью и учёностью, Рейгар. Уверен, Вы сможете найти общий язык со многими гостями. Тут имеются как воины, так и представители духовенства. А уж искусством слова и опытом управления тут владеет каждый второй. — завязав беседу, парой заметных для опытного глаза движений показал волантийцу направление и мы неторопливо зашагали к одному из отдаленных столиков.
— Уже предвкушаю то разнообразие людей с которыми меня сегодня сведёт судьба. — тихо посмеялся собеседник.
Я ответил ему лишь понимающей улыбкой. На таких мероприятиях редко получалось поговорить на интересные темы даже с очень образованным и умным человеком, разделяющим твои увлечения. Для аристократов приём — это поле боя, только за место мечей тут слова, а отравленные кинжалы заменяют фальшивые улыбки и вовремя данные намёки. Пир не празднество для большинства таких людей, а работа. Заключение новых союзов, кратковременных сделок, аккуратное распространение нужных слухов и прочие политические забавы тут были прикрыты роскошью нарядов, торжественной, немного пафосной, атмосферой и сдобрены вкуснейшими деликатесами.
— Главное поменьше общаться с пустословами, у которых за душой только наследство более достойных предков. — искоса глянул визави на столик неподалёку, который окружила троица молодых гискарских аристократов уже успевших осушить по кубку вина и сейчас что-то бурно обсуждающих. Спор сопровождался активной жестикуляцией и взрывами смеха.
— Почему же? Подобные люди склонны тратить золото и влияние с таким трудом доставшееся их дедам и отцам, ведь им почему-то не привили умение ценить то, что они имеют. От того и расстаются они со всеми своими богатствами легко, без всяких долгих раздумий. Умеючи можно довольно хорошо на таких заработать. — возразил я собеседнику.
