— Флот, дороги, армия, улучшение укреплений, постройка академий, школ, лазаретов, сеть соглядатаев Вейлы, закупка коней и снаряжения для войска, зарплаты сотням чиновников и прочее. Уильям да мы станем самыми последними бедняками если ещё и легионеров так будем тратить! Сам же прекрасно знаешь, даже рядовой обходиться казны довольно дорого. Обучить, прокормить, одеть, обуть, снарядить. Нет, я прекрасно помню, что за доспех и оружие легионер платит частью своего жалования, но в моменте-то затраты дождаться тяжким грузом именно на мой кошель!

— Конечно я знаю во сколько и что обходиться, я же главнокомандующий, если ты не забыл. — фыркнул Дарри и смахнул капельки вина со своей роскошной бороды, — Вот только приносят легионеры много больше. Того золота, что мы взяли в Астапоре хватит ещё лет на пять даже с твоими безумными реформами и тратами на чиновников и прочие академии с лазаретами. Юнкай и Миэрин не беднее. Да и по расчетам этих же чиновников и твоим собственным при захвате всего Залива Работорговцев контроль над торговыми маршрутами вкупе с не душащими купцов податями вытянет нас на самообеспечение. Что же касается жизней легионеров, то такова наша воинская судьба. Умирать.

Я на его слова лишь скривился. Умом-то я все эти доводы Дарри понимал, но даже после стольких лет в этом жестоком мире мне тяжело давалось посылать людей на смерть. Об этом знали очень немногие. Дарри, Деймон, да Вейла. И то, последние двое как-то сами догадались, проведя со мной столько времени.

— Подождем решения аристократов Юнкая. — решил я отсрочить неприятный разговор и поспешил сменить тему, — Как там расположились бывшие Золотые Мечи? Их спины не сильно болят от уроков дисциплины, которые преподают наши офицеры?

* * *

Год 291 от Завоевания Эйгона.

Эссос. Залив Работорговцев. Юнкай.

Каменный зал выложенный красным песчаником и имеющий ровно тридцать шесть колонн был довольно странной формы, к которой, впрочем, все давно привыкли. Архитектор спланировал зал собраний Мудрых Господ очень верно, хоть и экстравагантно. Помещение представляло из себя треугольник, в одном из углов которого стоял мраморный постамент с удобной кафедрой для пергамента выполненной из розового кедра. Говорящий речь человек стоял лицом к зрительской трибуне, на которой и восседали достопочтенные правители Юнкая. Треугольная форма зала позволяла устроить всё так, что любой из аристократов прекрасно видел докладчика, а из-за акустики — отлично слышал.

В одном лишь был просчет архитектора — зрительская трибуна, а точнее места на ней были вечным предметом спора. Кто из Мудрых Господ будет над кем сидеть, в каком именно ряду… в общем за последние десять лет только из-за таких споров скончалось целых трое глав благородных родов, от чего такой удобный зал предпочитали использовать крайне редко, лишь в особых случаях когда требовалось собраться всем вместе и что-то выслушать, да обсудить.

— … на этом предварительные переговоры были окончены. — закончил свой спич молодой мужчина.

— Аллоззо мо Гориаз, постойте! — остановил молодого мужчину возглас.

Стоя прямо в центре зала было довольно легко определить кому именно принадлежал этот окрик, так что новоявленный глава рода Гориаз без проблем нашел взглядом тучного мужчину сидящего в третьем ряду.

— Вы что-то хотели уточнить, уважаемый Рогазз мо Жоззе?

— Да. Раз уж Вы и так стоите на гласном постаменте, быть может выскажете своё мнение? Безусловно, такой важный вопрос требует голосования Мудрых Господ и раз уж Вы милостью Гарпии теперь новый глава рода Гориаз… — толстяк развел руками и изобразил добродушную улыбку, сверкнув двойкой золотых зубов.

— Совет не имеет возражений? — поинтересовался Аллоззо и внутренне усмехнулся.

Это дядя хорошо придумал. Рогазз, будучи братом матери новоявленного главы был бесспорным союзником рода Гориаз и даже в такой сложной ситуации побеспокоился о союзниках. Мудрым Господам, слишком занятым новыми вводными, было не до того, так что против никто не был. А значит быть теперь Аллоззо распорядителем Совета. Лишнего голоса на собрании это не добавит, зато твое слово всегда первое, да и решаешь ты кому следующим говорить. Вроде и не слишком много, да и придется заполнять много листов пергамента, зато можно слегка корректировать ход заседания, а вместе с тем и мнение Совета по тому или иному вопросу в лучшую для тебя и союзников сторону.

— Что же. Я, как и все здесь собравшиеся, прекрасно осознаю угрозу над нами нависшую. Армия разбита. Воинский дух в упадке, еды хватит самое большее на три месяца осады. Даже если Визерис мо Таргариен просто сядет под стенами Юнкая и начнет пить вино вместе со своими командирами и войском — нас хватит на пол года, это если сильно сократить расходы еды и ловить рыбу в реке. И с моря, и с суши мы отрезаны от всего мира. — прервавшись на миг, гискарец отпил из маленькой серебряной фляжки вина и продолжил, — Это если валириец усидит на месте. А он не усидит, я уверен. У человека с его славой и репутацией не тот характер, чтобы ждать. Он поведет свои легионы на штурм и легко возьмёт Юнкай! Думаю ваши люди и так уже доложили вам, достопочтенные господа, что город ещё не сдан только благодаря бесстрашным и верным безупречным. Если бы не эти кастраты лишенные страха вместе со своими яйцами, то наёмники и остатки ополчения уже бы открыли ворота. Слишком уж их дух подавлен после разгрома при Рогах Хаззата. Но безупречных слишком мало, их просто сметут легионеры и сожжёт дракон, а остальные "воины" разбегутся в ужасе.

— И что Вы предлагаете, достопочтенный? — вежливо поинтересовался бледный сухощавый старик сидящий в пятом ряду.

От такого уважительного обращения Аллоззо внутренне широко улыбнулся, впрочем сохранив маску ледяного спокойствия на лице. Ха! Похоже этот старый козел уже не так высокомерен и спесив. А стоило всего-то потерять наследника, что и проиграл битву юному Кровавому Дракону. Да, этого старого лиса похоже вскоре точно скинут с пьедестала одного из могущественнейших Господ. О-о-о, ему припомнят и призывы о немедленном выступлении против "грязного валирийца", и опростоволосившегося сына которого он пропихнул в командующие войском. Впрочем эту чванливую развалину уже стали "топить", ведь именно его вассалов изначально избрали козлами отпущения. Ну ничего, старый крокодил, будь уверен — как бы не кончилась эта история, глава рода Гориаз ещё помочиться на твою могилу!

— Моё предложение довольно простое. Нужно тщательно обсудить предложение Визериса мо Таргариена. Раз уж Ваш сын не смог одолеть армию Таргариена, а лишь зазря угробил столь дорогое войско, то нам надо как-то выходить из того щекотливого положения, в который всех нас поставили некоторые из Мудрых Господ, желающие показать одному валирийцу "его место". — ответил молодой мужчина, так и сочась ядом в каждом слове.

От его речи старик побледнел ещё больше, как и несколько сидящих рядом с ним союзников. Взгляды Мудрых Господ из других фракций не сулили альянсу подмявшему под себя большую часть торговли рабами для утех ничего хорошего. Конкуренция она такая. Стоит один раз споткнуться и ты уже вряд-ли поднимешься.

Год 291 от Завоевания Эйгона.

Эссос. Залив Работорговцев. Каструм Первого Легиона.

Мой сон был нарушен самым наглым образом — кто-то решил поспорить прямо у входа в мой шатер, ни капли не боясь меня разбудить.

— Грёбаные болваны, если Его Величество не получит это донесение вовремя, он спустит шкуру и с меня, и с вас! — разорялся Деймон Рераксес.

— Не положено, господин легат.

— Да чтоб вас всех! Пусть один из вас пойдет и доложит о моём прибытии!

— Не… — начал было преторианец, но его прервал мой окрик.

— Впустите!

Как только Деймон зашёл внутрь, остатки сонливости с меня соскользнули окончательно. Рераксес был облачён в полный латный доспех, на его плечах покоился красный плащ закреплённый золотой фибулой, а под мышкой был зажат шлем с характерным легатским гребнем.