Но вот, образовывалось всё больше прорех в деревянной баррикадной стене, в которые стали просачиваться всё больше врагов. Их принимали уже заждавшиеся ровные ряды легионеров, как опытные швеи, работающие иглами пик, пронзая горячую плоть.

- Конница, милорд! – заполонено крикнул паренёк с трубой, стоящий подле Оберина.

- Вижу! – ответил бегающий глазами вдоль фронта столкновения Мартелл, - Труби левый удар!

После сигнала конница под командованием Кворгила принялась огибать холм со стороны удара вражеской кавалерии, решившей, что пришло время вгрызться во фланг легионеров.

Тем временем пехота окончательно сошлась в плотном клинче. Пики были где сломаны, а где просто застряли в телах и щитах врагов, теперь в ход пошли короткие мечи легионеров. Прикрытые скутумами, закованные в железо и действующие под мерные команды своих десятников – солдаты Валирии выглядели самым настоящим воплощением войны и дисциплины по сравнению с окончательно смешавшимися порядками наёмников, превратившихся в одну большую орду. Команда, чуть раздвинуть стену щитов, воткнуть острый меч в бок нападающего на товарища слева воина, явно не ожидающего такой подлости, вынуть клинок, сдвинуть щиты, сдалать шаг назад, команда…

Весь фронт легионеров постоянно, но неуклонно чуть пятился назад. Вражеские командиры, восседающие на конях за спинами своих бойцов, считали это успехом, ведь их парни продавливали ненавистных валирийцев. Легионеры же медленно отступали по одной простой причине – не хотели допускать скопления мертвых тел врагов пред шеренгой, вал из трупов будет мешать эффективно убивать новых наёмников.

Слева послышался треск копий, ржание лошадей и крики раненных – там столкнулись отряды кавалерии. Лобовой удар тяжело бронированной конницы Валирии выбил из сёдел первые ряды противников, не сумевших удержать равнение, после, откинув обломки копий, валирийцы обнажили клинки и смело ринулись в рубку, защищенные латами и глухими шлемами. Один такой отряд из трёх сотен всадников обходился казне как маленький флот, зато мог втоптать в грязь любого дерзнувшего смельчака.

Солнце уже вышло из зенита и стало крениться к западу, когда битва подошла к концу. Давно уже отступила потрёпанная кавалерия противника, уцелевшая лишь на треть. Когда пехота противника побежала, не выдержав потери четверти своей численности, началось сущее Пекло. Позади атаковавших была река, единственное спасение – мост, не отличающийся особо крупными размерами. Туда-то и ринулись потерявшие голову от страха солдаты удачи, устроив самую настоящую давку. Некоторые от безысходности прыгали в реку, но тех почитали за форменных безумцев – в броне, да не умеючи плавать… это просто приговор. Сзади же напирали легионеры, безнаказанно ударив в спину застопорившейся армии наёмников.

- Думаю, Мир теперь выйдет из игры надолго. – утёр пот со лба раскрасневшийся Аррон, лично убивший четверых всадников противника.

- Мир запросит переговоры, тут провидцем быть не нужно. – отпил из фляги Оберин, безразлично смотря на резню у моста.

- Останется Тирош, один на один с нами. – хищно оскалился Кворгил.

- Мы не сможем взять город, мало для этого войск, да и нет осадных машин. Тем более этот Вольный град расположен на острове, что усложняет всё вдвое. – лошадь под Мартеллом всхрапнула, но опытный дорниец одним движением успокоил животное и дал вынутое из седельной сумки красное яблоко.

- Знаю. Но помечтать-то можно? – Кворгил, под просящим взглядом своего коня, тоже дал питомцу яблочко из своей сумки.

- С одной этой битвы заработаем прилично, процент трофеев нам как командирам положен. – успокоил алчность друга Красный Змей и перевёл взгляд на скачущего к ним посыльного.

- Они просят сдачи, мой лорд!

- Нам не к чему эти ублюдки. Рабами всё равно не торгуем, это низко и не по закону. – безразлично заметил Кворгил.

- Вряд ли среди них найдется кто-то благородных кровей, а выкупиться наёмничьи офицеры могут только золотом из своего лагеря, который мы, итак, скоро захватим. – кивнул Оберин, - Пусть те, кто согласен стать новобранцами отделяться от тех, кто просто сдаётся в плен. – дал приказ Мартелл.

- А остальные? – уточнил посыльный.

- Нам ни к чему кандалы на ногах. Пленные задержат войско.

- Понял. – кивнул посыльный и, развернув коня, припустил в сторону затихшей битвы.

Год 293 от Завоевания Эйгона.

Эссос. Степь. Вершина Матери Гор.

Высокая гора, покрытая лесом и травой, прибывала в тишине. Звери, почуяв огромного огнедышащего сверххищника, забились в самые глубокие норы, даже волки затаились, ведомые древними инстинктами. На вершине Матери Гор стоял величественный храм из мрамора и розового кедра. Обычно тут было людно – каждый славный воин из народа гордых дотракийцев почитал за честь подняться к святилищу по извилистой горной тропе и возложить дары к алтарю. Но ныне храм был окутан мраком. Не горели жаровни, валялись затушенные факелы на отполированном мраморе пола, а из живых здесь не было никого. Лишь порубленные храмовые рабы и посетители, даже не успевшие покинуть стены святилища через единственные священные врата, украшенные статуями золотых коней.

- Горный воздух, лес, обед на природе. После шумного города самое то, да, Аверо? – спросил я.

Сидя прямо на крыльце храма, на покрытых кровью и телами наружной храмовой стражи ступенях, я чистил свой меч. Рядом на камне было расстелено расшитое узорами белое полотенце, на которой были расставлены тарелки с вяленным мясом, сыром, вином и сушенными фруктами. Край белоснежной ткани окрасился в алый, тонкая струйка крови стекала с вышестоящей ступеньки и текла дальше, краешком чуть задев мой импровизированный плед для пикника. К трупам я уже настолько привык в этом мире, что они для меня мало чем отличались от окружающих деревьев и камней. Бил я аккуратно, стараясь не причинять лишние страдания, так что животы не задевал, от чего противного запаха не было. Разве что кровью пахло, но тут дело привычки.

Дракон на мой вопрос согласно взрыкнул, передавая по связующей нас мистической нити чувство довольства и лёгкого предвкушения. Аверо уже знал, чувствовал – скоро его ждет очередная «охота».

С моего места был открыт отличный вид на город, распростёршийся у подножия священной для дотракийцев горы. Ваэс Дотрак - город всадников. Единственное постоянное поселение этих кочевников, столица всей Степи. Тут уже собрались все кхалы, решившие избрать целью великого похода Валирию. Мою империю. Ваэс Дотрак был по-своему величественен. По площади поселение превосходило все виденные мной в этом мире ранее. Не было никакой стены, лишь титанические врата-арка из двух вставших на дыбы коней, отлитых из бронзы. Постройки были самыми разнообразными – от мраморных дворцов, каменных поместий и до пирамид из песчаника. Дома дотракийцам строили захваченные рабы, потому стили построек были очень разнообразными, нередко кочевники даже умудрялись разбирать здания захваченных народов и городов, перевозить в свой священный Ваэс Дотрак и возводить вновь. Но, конечно, в основном архитектура была представлена в виде землянок, бараков и лачуг из соломы и глины – там жили многочисленные рабы и степняки из бедных, составляющие самую многочисленную часть кхаласаров. Некоторые части Ваэс Дотрак и вовсе были простыми вытоптанными земляными площадками, там ставили шатры.

В центре же высилось большое круглое здание с громадным входом, направленным в сторону Матери Гор - храм дош кхалин. Стены из драгоценного певучего кедра из И-Ти, куполообразная крыша, покрытая соломой, которую рабы меняют каждый первый день нового месяца и большая пустая площадь вокруг. Тут жили и давали советы кхалам жрицы дотракийского народа – вдовы почивших вождей, крайне уважаемые женщины, помнящие все традиции и историю кочевого народа от первого дотракийца, вышедшего на своём коне из Истока Мира, озера, раскинувшегося неподалеку от священного Ваэс Дотрака.