Вейле пришлось даже выделить часть своих людей на работу в этом самом Имперском Банке. Слишком уж массово повалил народ, желая получить деньги в долг. Требовалось отсеять простых жуликов, оценить залоговое имущество тех или иных клиентов, а также тщательно следить за служащими финансового учреждения — мне совсем не улыбалось потерять десятки тысяч золотых из-за схем каких-нибудь хитрых мошенников, желающих набить карманы за счёт государственной казны.

Про армию не хотелось даже вспоминать, сразу начинала болеть голова, а внутренняя жаба усиленно душить и квакать о непомерных затратах. Большая часть денег из Волантиса осталась при Деймоне. Часть пойдет на финансирование нового храма Четырнадцати на месте главного святилища Р'Глора, но большая доля уйдет на развертывание легиона из той половины, что была при Рераксесе.

Дарри я приказал переправиться в Юнкай, оставив Миэрин на Дейроне и Тойне, а также Хиздаре мо Лораке. Им также требовались деньги, хорошо хоть затраты ресурсов были не так велики, у бывших Золотых Мечей имелось отличное снаряжение, да и казна также присутствовала.

В итоге должно было выйти четыре легиона. Да, для завоевания Вестероса этого недостаточно, но для контроля над уже захваченными территориями должно было хватить с лихвой. Да и, если честно, не потянет пока казна более четырех легионов.

Флот также претерпел реорганизацию. Было решено окончательно переформировать его в две самодостаточные армады. Адмиралами, конечно же, оставались Зираро и Нарвос. В армаду входили как боевые галеры, так и суда для перевозки десанта переоборудованные из вместительных торговых посудин. Расширять боевой флот пока не планировалось, только довести число галер до штатного количества, которое сейчас было пока только на бумаге.

Нарвос, как человек более неспешный и основательный, предпочитающий игру от обороны, был мной назначен охранять прибрежные воды Валирийской Империи, а также гонять новобранцев из числа матросов. Зираро же направился патрулировать торговый маршрут между Заливом Работорговцев и Квартом, а также сопровождать большие торговые караваны. Ещё далеко не все пираты были вырезаны, думаю эти разбойники и вовсе никогда не переведутся, как и коррупция среди чиновников.

А вот у Вейлы привалило крайне много работы. Верховный жрец Р'Глора смог ускользнуть из огненной ловушки через подземные катакомбы, как и большинство элиты этих проклятых фанатиков и теперь вся эта кодла скрывалась неизвестно где, при этом очень старательно портя мне жизнь. Не было и единой декады, когда бы мне на стол не ложился новый доклад об нападении на какую-нибудь деревню или же волнениях, вызванных проповедью очередного служителя Р'Глора. Шпионы сбивались с ног, выискивая горожан, что были лояльны к этой вере и укрывали фанатиков, а заместитель Вейлы, казалось, и вовсе не спал роя носом землю и пытаясь выяснить где же засела верхушка этих красных уродов.

Новый Гис также не радовал. Граздан мо Лорхаз прислал единственное письмо, в котором сообщалось об смерти его отца, больше вестей от новоявленного главы благородного дома не поступало. Вейла уже направила в город опытного эмиссара, дабы прояснить причину, по которой мои письма откровенно игнорировались, но вести от разведчика должны были прийти минимум через две декады.

Все эти события меня так вымотали, что я уже попросту стал засыпать прямо у себя в кабинете. В один из таких моментов меня и навестили две гостьи.

— Что случилось? Уже обед? — сонно спросил я у двух девушек, тихо прошмыгнувших внутрь.

Лицо из-за сна прямо на столе побаливало, спина затекла, а по левой руке пробежали тысячи маленьких электрических разрядов — похоже во сне передавил конечность, от чего она пока крайне плохо слушалась.

— Да, господин. — ответила одна из наложниц.

Обе девушки, подаренные мне ещё в Новом Гисе, синхронно переглянулись и стали обходить стол с разных сторон, при этом крайне выразительно улыбаясь. Гисана потянулась к серебряным заколкам в виде спиц и вскоре волна рыжих волос упала на стройную спинку, Зиррая соблазнительно изогнулась, проведя пальчиками по упругой груди и стала на ходу развязывать пояс токара.

Я уже было настроился провести приятные пару часов в компании своих наложниц, так вовремя решивших помочь мне сбросить накопившуюся усталость, но тут мой взгляд упал на ворот одеяний Зирраи. Идеально белая ткань по краям имела красивый оранжевый узор, вот только было одно но… маленькое красное пятнышко, на одеяниях одержимой чистотой девушки.

— Сначала я. — со смешком оповестила Зиррая, обхватив моё лицо тёплыми ладошками.

— Ладно, но в следующий раз будет мой черёд. — обдала мой затылок горячим дыханием Гисана, прижавшись мягкими грудями сзади.

Чувство опасности внезапно взвыло, меня всего обдало жаром предчувствия, а в живот устремился тонкий стилет, маслянисто блеснувший на свету.

Год 292 от Завоевания Эйгона.

Эссос. Валирийская Империя. Астапор.

Рефлексы, вбитые в подкорку сотнями тренировочных и не очень сражений, заставили действовать тело раньше, чем мозг вообще смог осознать ситуацию.

Левая ладонь хлёстко отбила в сторону нацеленный в живот стилет, сам же я пригнулся вперёд, от чего спицы стоящей сзади предательницы лишь вспороли кожу на шее.

Магическое сосредоточение, казалось, готово было порваться от напряжения, но всё-таки высвободило необходимый объем энергии. Время на миг замерло, пространство вокруг пошло рябью от жара, а в следующую секунду весь мир окрасился в красные тона. Всю комнату затопило неистовое пламя.

Я чувствовал, как одежда на теле обугливается и рассыпается в прах, за гулом огня слышались крики предательниц, в нос ударил уже ставший привычным запах гари. Ножки кресла, на котором сидел, подломились и мебель стала заваливаться назад, но я уже вскочил на ноги.

— Кха! — схватившись за грудь, упал на колени.

Огонь погас, открывая вид на обгоревшую от высоких температур комнату. Неподалёку лежало тело когда-то прекрасной женщины, сейчас застывшее на полу в позе мучительной агонии, в одной из её рук был сжат почерневший стилет.

В груди нещадно болело, магическое сосредоточение полностью опустело, да так резко, что буквально горело раскалёнными углями у меня в нутре.

— Император! — дверь с шумом слетела с петель и внутрь влетела двойка преторианцев.

Мужчины быстро сориентировались, и не взирая на адский для них жар, ринулись ко мне. Силы покидали тело, сознание застилала какая-то тяжёлая, давящая пелена, а мир в глазах стал расплываться.

Крепкие руки подхватили меня с двух сторон и потащили к дверному проёму. Вскоре мы оказались в коридоре, прохладный воздух ворвался в лёгкие и придал сил, но не надолго.

— Раны на шее и левой руке. — слышались рубленые фразы десятника, — Вены в местах рассечения потемнели и вздулись. Это яд, чтоб мне в Пекло провалиться!

Меня, кажется, стали перевязывать, но я почти этого не ощущал. Мир в глазах сжался в одну точку, сознание погружалось в спасительную тьму.

— В мейстерские палаты надо нести.

— Далеко. На этаж ниже поселился этот Квиберн, слышал он лекарь и бывший мейстер. Надо к нему. Иначе… — успел расслышать я, но фраза оборвалась на полуслове…

* * *

Год 292 от Завоевания Эйгона.

Эссос. Валирийская Империя. Астапор.

Вейла ходила из стороны в сторону, то и дело поправляя ножны с коротким клинком, оправляя рукава свободной рубахи и то и дело поглядывая в сторону запертой двери.

Коридор, который казался раньше даже излишне просторным, теперь давил своими каменными стенами и потолком. Роскошное мягкое кресло принесенные слугами казалось неудобным, от чего на нём получалось просидеть совсем недолго, ноги затем будто сами поднимали тело и вновь начинали нервно ходить. Десять шагов влево от двери, разворот, двадцать шагов в другую сторону, новый поворот и так по кругу.