— А за это время Визерис вполне сможет перебросить часть армии туда, героически спасая единоверцев. Да, это будет не лучший, но хороший исход. — качнула головой Вейла.

Встав из кресла, Вейла дошла до массивного дубового шкафа и выбрав наряд из белой рубахи и плотных штанов, принялась одеваться.

— Что там по внутренней обстановке? Как настроения среди горожан и знати? — затянув шнуровку на штанах, брюнетка сделала пару разминочных движений и взяла в руки рубаху с расшитыми золотой нитью рукавами.

— Простые люди рады вестям о славной победе и взятии Юнкая.

— Скорее они были рады тем бочкам вина и столам, что были заставлены мясом и хлебом. — фыркнула Вейла, — Но я признаю ум и опыт сира Уильяма, его распоряжение оставленное вместе с указами Визериса изрядно подняло настроение черни.

— Оно и так было высоко. Понижение налогов, приобретение новых прав, разрешение торговать всем свободным людям, а не только кланам аристократов. В народе любят Визериса Таргариена, а в Вольных Городах уже начались тихие шепотки, что люди у нас живут получше чем в этих самых "вольных" полисах.

— Начал изучать древний валирийский? — хмыкнула Вейла, услышав знакомое по старым книгам слово.

— Есть такой грешок. — растянул губы в подобии улыбки Хорказз.

Собеседница не видела лица мужчины, ведь он сидел к ней спиной, смотря на огонь и потягивая горячий напиток, но отлично уловила нотки довольства в его хриплом голосе, отчего тут же поспешила кинуть пару кислых лимонов в его "излишне" хорошее настроение.

— А что же аристократы? — застегнув последнюю пуговицу под горлом, Вейла накинула на плечи плащ и вернулась в кресло.

— Тут все не так однозначно, увы. Вестеросцы рады земле, а те кто ещё её не получил — работают в поте лица. Но в то же время ворчат про "попрания прав", ведь судом и сбором податей занимается пока ещё не окрепшие, но оттого ещё более "дерзкие" судьи-назначенцы и магистраты. Ещё и это создание городского совета, что может направить жалобу в Малый Совет или же самому Императору…

— Не говоря уж о том, что даже крестьянина не выпорешь и доярку не "испробуешь", выборный деревенский голова пожалуется в городской совет, а там и в Магистрат Астапора письмо прийти может. — усмехнулась Вейла, в силу происхождения не особо любящая всех этих напыщенных увальней, хвастающих делами своих предков, которые уже сдохли пару веков назад.

Хотя глава имперской разведки и признавала, что те, кому землю пожаловал Визерис её заслужили потом и кровью. Ну и сами лорды с рыцарями хоть и ворчали, да ругались, но право устанавливать правила игры за Таргариеном признавали. Всё-таки владения им давал именно правитель, выделяя их, считай, из своих. Получается не старину рушил и притеснял в свободах, а нарезал территории в феоды с условиями, не такими уж и обременительными.

Вейла не особо разбиралась во всех этих хитросплетениях политики и традиций Семи Королевств, но того что она знала хватало, чтобы понять — в самом Вестеросе такой манёвр вряд-ли будет успешным.

Там, за Узким морем, землёй могли владеть десятками поколений, сотни и сотни лет, и по факту лорды хоть и присягали королю, власть его над ними была ограничена. Они в своих владениях были сами себе правителями и подчинялись только более сильному, вышестоящему, но такому же аристократу. Так повелось в Семи Королевствах ещё с тех пор, как Таргариены утеряли драконов. А раньше, ещё до Эйгона Завоевателя, и вовсе было нормой, ведь существовали в тех землях десятки королей и их потомки прекрасно помнили о тех временах и стремились отхватить себе привилегий побольше, ведь по "праву крови" они на своей отчизне хозяева.

— Часть налогов с земель всё равно по закону идёт в карман аристократа, да и крестьяне платят десятину за то, что обрабатывают землю во владениях лорда. — почесал щеку мужчина, — Ну и не им жаловаться, у "закатных лордов" большой приток новых жителей за счёт беглых рабов, ведь у них на землях всяк человек волен и не может продаваться как скотина на торгу.

— Да, Визерис тогда знатно обвел вокруг пальца бывших Господ. Пообещал сохранить рабство, но ввел закон "о детях свободных", что делает отпрысков рабов уже вольными людьми. А эта афера с выступлением Лорика Райдщилда Освободителя? "Я, как и все лорды и рыцари, как человек чести и добрый семибожник, прошу своего сюзерина, Визериса Таргариена, дать нам право даровать свободу всякому человеку, живущему на землях, что нам принадлежат милостью Вашей." — процитировала Вейла слова выступления, которое писала в компании Визериса и Уильяма Дарри, — Ха! И ведь гискарская знать и вправду купилась. Долго потом мусолили эту тему, обсуждая "глупых вояк ничего не смыслящий в том, как надо делать деньги и почему чернь должна быть в цепях". Провели этих болванов, как детей, а они ещё посмеивались. Теперь только за голову хватаются и пороги магистрата обивают, прося разрешить розыск беглых рабов на всей территории Валирийской Империи.

— Кхм. — прокашлялся мужчина, скрывая довольную улыбку от завуалированной похвалы. Всё-таки именно он отвечал за реализацию того плана и между прочим потратил не один день, втолковывая слова выступления тому лорду, Лорику Райдщилду и подогревая всю остальную "закатную знать" к выступлению за свободу людей на их землях.

— Думаю, теперь стоит обсудить список аристократов, замеченных в сомнительной компании. — отбила дробь по стенке кубка Вейла.

— Да, конечно же. — покивал головой Хорказз, — Наши подозрения подтвердились, Роззу мо Гонализз и вправду передавала письма соглядатаю в Трёх Кружках, а тот в свою очередь связан с Пентосом, а если точнее то с…

Вейла слушала хриплый голос своей правой руки, смотрела на языки пламени и попивала глинтвейн, то и дело мыслями возвращаясь к армии, что сейчас, возможно, уже направлялась в сторону Миэрина. С армии и похода мысли соскакивали на военачальников, а следом раз за разом цеплялись за воспоминания об одном среброволосом нахале…

* * *

Год 291 от Завоевания Эйгона.

Семь Королевств. Север. Дредфорт.

Домерик Болтон не часто захаживал в северное крыло родового замка. Да что там говорить, сюда он приходил лишь когда отец хотел о чем-то с ним поговорить с глазу на глаз, без посторонних. И то, такие приватные беседы обычно происходили во время конной прогулки или же на охоте, от того молодой парень и был удивлен вызовом отца, они только приехали с охоты и могли бы обсудить всё именно там. Зачем нужно было тянуть и ждать прибытия в Дредфорт?

Северное крыло, особенно закрытая его часть, больше походило на крипту, чем на жилую часть замка. Узкие окна с вечно закрытыми ставнями, полумрак каменных коридоров который разгонял свет горящих факелов и ниши, десятки углублений в стенах с человеческий рост. В таких обычно стоят старые доспехи славных предков, Домерик видел такое когда гостил в замках других лордов, но у Болтонов хвастать и гордиться было принято совсем другим.

"У голого человека секретов немного — а у ободранного их и вовсе нет". Такова любимая присказка его отца, отца его отца и всех прочих предков. Герб Болтонов — ободранный человек, лишенный кожи. Фамильное оружие — свежевальный нож из валирийской стали. Экспонаты в нишах были соответствующие. Человеческие кожи, аккуратно срезанные и мастерски обработанные, с медными табличками внизу. Вот останки Дикона Старка, Короля Зимы, правящего четыре тысячи лет назад и начавшего войну с Красным Королем Роббом Болтоном. А вон та, с остатками усов, принадлежала очередному самозваному королю одичалых,что посмели напасть на Дредфорт. Сотни экспонатов мимо которых шел Домерик, он помнил почти все, история дома Болтонов — обязательна к изучению, если ты наследник бывших Красных Королей.

Дойдя до нужной двери, молодой парень пятнадцати лет отроду, на миг замер, оглядел свою одежду, поправил чуть съехавший плащ красного цвета и положив руку на яблоко меча висевшего на поясе, постарался придать лицу как можно более безэмоциональное выражение и набрав в грудь побольше воздуха, решительно толкнул толстую дубовую створку внутрь.